Смерть на подиуме
Шрифт:
Снизу послышалось требовательное мяуканье – это Ришелье напоминал о своих интересах.
– Риш, тебе нельзя фуа-гра! – В голосе дяди Бо слышалось непритворное огорчение. – Доктор сказал, что он плохо действует на твою печень…
Ришелье тут же развернулся и направился к Тине, она знала, что кот понимает человеческую речь. После долгих уговоров кот согласился на половинку куриной грудки.
«Как хорошо на душе после визитов к дяде! – думала Тина. – Только он умеет привести меня в норму! Даже простуда куда-то подевалась…»
Тина
На площадке было полутемно, опять перегорела одна лампочка из двух, и никому из соседей не пришло в голову ее заменить. Впрочем, сама она тоже забывала об этой лампочке, едва переступив порог своей квартиры.
На коврике перед дверью что-то темнело. Тина наклонилась, осторожно подняла этот предмет. Это была длинноногая кукла Барби. Может быть, кто-то из соседских детей потерял ее… Отступив ближе к свету, Тина разглядела куклу. Светло-золотистые волосы, голубые пуговицы глаз, короткое платье из кремового шелка…
На какую-то долю секунды ей показалось, что она держит в руке крошечную Алису Липецкую.
Мертвую Алису Липецкую.
Стены качнулись, поплыли перед глазами. Тина с трудом удержалась на ногах.
Черт, разве можно так распускаться! Разве можно впадать в панику от вида самой обыкновенной куклы!
Ну да, светлые волосы, голубые глаза… но это не кукла похожа на Алису. Это покойная Алиса была вылитая Барби. И тщательно культивировала в себе это сходство. Джентльмены предпочитают блондинок… Так что ничего странного и тем более сверхъестественного в этом нет.
А платье… Ну в самом деле – что в этом странного? Цвет действительно похож, но это всего лишь случайное совпадение…
Тем не менее Тина чувствовала какое-то смутное беспокойство.
Брезгливо, двумя пальцами держа куклу, она положила ее на широкий подоконник. Если потерял кто-то из соседей – он найдет свою пропажу…
Ей снова показалось, что на подоконнике лежит крошечная Алиса.
Бросив на куклу последний взгляд, Тина заметила, что голова Барби откинута назад под странным, неестественным углом. Она еще раз пригляделась к игрушке и с невольным отвращением заметила, что горло куклы надрезано бритвой и голова держится на узком лоскутке.
Это было чересчур.
Тина поспешно отвернулась, в два шага пересекла площадку и открыла свою дверь.
Ее колотил страшный озноб – казалось, она только что выбралась из ледяной воды…
Быстро раздевшись, побросала вещи в коридоре и устремилась в ванную комнату. Встала под горячий душ и долго стояла под ним, старательно смывая с себя сегодняшний день – усталость, страх, раздражение… и то отвратительное чувство, которое она испытала, увидев перерезанное горло куклы.
Горячие струи постепенно сделали свое дело – озноб прошел, Тина согрелась и расслабилась, и невидимый обруч, сжимавший ее голову, распался.
– Я должна быть честна с собой, – проговорила она, шевеля мокрыми губами. – Я должна трезво оценивать собственные мысли, собственные чувства и поступки. Только тогда я смогу стать внутренне свободной…
Это были чужие слова, но
Тина вышла из-под душа, растерлась жестким полотенцем, всунула ноги в мягкие пушистые тапочки.
Сейчас ей хотелось только одного – добраться до постели и заснуть…
Но это было ей не суждено.
Едва выйдя из ванной, она услышала голос Таниты Тикарам – голос своего собственного мобильника.
Музыка доносилась откуда-то снизу, и Тина не сразу сообразила, что мобильник валяется на полу, под грудой одежды, которую она сбросила с себя, войдя в квартиру.
Откопав телефон, она увидела на дисплее, кто звонит, и поднесла трубку к уху.
– Зоомагазин, – проговорила она деловым тоном.
Это была ее обычная шутка, и Леня всегда охотно поддерживал эту игру, он спрашивал, есть ли в продаже крокодилы или кенгуру. Но сегодня он был не в настроении.
– Куда ты пропала? – проворчал он недовольно. – Я звоню тебе уже полчаса!
– Я была в ванной, – ответила Тина чистую правду.
– Отлично, значит, ты почти готова!
– Готова к чему? – переспросила Тина с испугом.
– Как – к чему? Ты что, забыла? Мы же с тобой сегодня идем на открытие нового клуба!
– О Господи! – простонала Тина.
Она действительно напрочь забыла о его планах. И ей сейчас совершенно никуда не хотелось идти. Хотелось забраться под одеяло, выпить большую кружку чаю с лимоном (без сахара, разумеется) и посмотреть по телевизору какой-нибудь сериал или старую комедию про колхоз. Там все такие смешные – толстые, ужасно одетые женщины говорят звонкими голосами, все время поют и пляшут. И все влюблены в председателя колхоза. Или в агронома. Такие фильмы очень успокаивают. Как было бы здорово провести дома тихий, спокойный вечер!
Идти сегодня никуда не хочется. Особенно с Леонидом.
Это вовсе не значит, что он был ей неприятен.
Они познакомились с Леонидом пару месяцев назад, на показе новой коллекции Алены Ахмадулиной.
Толстый лысый мужик лет сорока подошел к ней после показа, пригласил в приличный ресторан. Тине никуда не хотелось, но она перехватила оценивающий, заинтересованный взгляд Алисы Липецкой и согласилась – исключительно из вредности.
Впрочем, очень скоро она оценила несомненные достоинства Леонида.
Он был достаточно богат – не олигарх, конечно, но очень неплохой уровень, владелец собственной компании сотовой связи. Впрочем, вокруг моделей бедные люди не вьются. Важнее было другое: Леонид оказался довольно остроумным, внимательным, а самое удивительное – он вовсе не торопился затащить ее в постель.
Позднее, когда они пригляделись друг к другу, он объяснил Тине, что она нужна ему, чтобы оградить от бесчисленных охотниц за деньгами.
– У тебя в глазах нет этого хищного блеска, – пояснил как-то Леонид за ужином в Вог-кафе. – Ты не представляешь для меня угрозы. Ну, и внешность, конечно… – добавил он, заметив недовольную складку между бровей. – С тобой прилично появиться где угодно. Ты не только красива – ты умеешь хорошо держаться…