Смерть на подиуме
Шрифт:
– Что, и сегодня у тебя не было никакого клиента? – удивленно переспросила Тина.
Она отчетливо слышала разговор, доносящийся из дядиного кабинета, в то время, когда рылась в его вещах.
Дядя Бо еще сильнее помрачнел.
– У меня был не клиент. У меня был кредитор, который пришел требовать свои деньги. Он угрожал отобрать у меня все, все… и он угрожал мне. Угрожал изувечить Иннокентия… я еле уговорил подождать еще немного. Я сумел уверить его, что скоро получу наследство… и я должен его получить, у меня просто нет другого выхода! Пойми, Принцесса, у меня действительно
– Но зачем ты убил Лену Сумягину?! – поспешно проговорила Тина, чтобы выиграть еще немного времени.
– Она что-то знала об убийстве Алисы, – проговорил дядя Бо, отстранившись, справившись со своим лицом и пригладив волосы. – Я услышал ваш разговор, в котором она сказала тебе, что Алису отравили духами и она знает, кто это сделал. Я не мог допустить, чтобы она кому-то это рассказала. Особенно тебе, Принцесса!
Тина вспомнила этот разговор с Леной. Вспомнила и странную женщину в баре, которая внимательно прислушивалась к их разговору.
Так вот кто это был – переодетый дядя Бо!
– Да-да, – подтвердил дядя, – мне, знаешь, с юности очень хорошо удавались роли женщин, главное – это психология… Очень удобно: женщину никто не заподозрит, всюду можно пройти…
Как она ошибалась в нем! Он вовсе не тот милый старик, каким она привыкла его считать, он постоянно меняет личины, и осталось ли под этими бесчисленными масками его подлинное лицо? Или подлинное лицо то, что увидела Тина секунду назад, страшное, уродливое лицо безжалостного убийцы?
И был ли он таким всегда – или его сделала таким сегодняшняя жизнь, где все меряется деньгами?
– А зачем ты подстроил взрыв, изуродовавший этого душевнобольного, Диму? То есть я понимаю, что это произошло случайно, ты метил в Наташку… но чем тебе помешала эта малолетка?
– Да, случилась досадная ошибка… – поморщился старик. – Кто мог подумать, что этот придурок украдет зажигалку? А эта девчонка… ваша Эльза продвигала ее всеми силами, она могла предложить ее Райнеру, и тогда ты не уехала бы в Германию. Конечно, это было еще неясно, но я решил подстраховаться. Я ведь и не собирался ее убивать – хотел только изуродовать, чтобы устранить из модельного бизнеса…
Тина слушала его с ужасом.
Как легко он готов был сломать судьбу молоденькой девчонки ради своих корыстных интересов! Конечно, она не симпатизировала Наташке, но, так или иначе, та не заслужила такого несчастья…
– А Эльзу? Зачем ты убил Эльзу Михайловну?
– Честно говоря, Принцесса, я просто разозлился. Она постоянно мешала мне, срывала мои планы. А когда я узнал, что мюнхенский контракт для тебя потерян, что его уже заключили с другой моделью, я просто сорвался. В конце концов, Принцесса, я тоже человек и у меня есть простые человеческие чувства. Я убил ее за то, что она помешала исполнению моего замысла… и еще за то, как она мучила тебя, Принцесса!
– По крайней мере она не пыталась меня убить! – пробормотала Тина вполголоса.
Дядя Бо, однако, прекрасно расслышал ее слова.
– Я тоже не стал
– Последний вопрос! – выпалила Тина. – Еще только один вопрос! Зачем ты подбрасывал мне кукол? Ведь ты говоришь, что поначалу не желал мне зла… зачем же ты запугивал меня?
– Я тебя вовсе не запугивал. – Старик поморщился. – У меня и в мыслях такого не было. Я только хотел попробовать на тебе старинный способ психологического воздействия… ритуальные куклы помогали в прошлом обрести власть над душой человека, а мне нужна была власть над тобой, чтобы довести до конца задуманное…
«Сумасшедший! – окончательно уверилась Тина. – Он совершенно свихнулся!»
Видимо, она произнесла это вслух, или дядя Бо настолько привык к ней, настолько проник в ее сознание за долгие годы общения, что научился читать ее мысли.
– Я вовсе не сумасшедший! – проговорил он жестко и неприязненно. – Не смей так думать! Люди недооценивают знания предков, недооценивают тайные умения древних народов… а они умели такое, что нам сейчас и не снится! Ты понятия не имеешь, о чем берешься судить!
– Отчего же не имею? Ты говоришь о вотяцких шаманах! – проговорила Тина.
– Ты знаешь об этом? – удивленно спросил дядя Бо. – Откуда? Ведь ты никогда не интересовалась такими вопросами…
– Я читала книгу… – отозвалась Тина. – Я унесла ее к себе и прочла…
– Унесла? – удивленно воскликнул дядя Бо. – Но она мне очень нужна…
Он инстинктивно обернулся к книжному шкафу, отвернувшись от Тины и утратив бдительность.
Тина воспользовалась этим мгновением, попыталась подняться, протянула руку…
Но она все еще была слишком слаба, у нее не хватило сил, чтобы встать. Она схватилась рукой за край скатерти, потянула ее на себя…
Старинные фарфоровые часы съехали со стола, упали на пол и с жалобным звоном разлетелись на куски. По полу рассыпались фарфоровые осколки, раскатились человечки, за которыми Тина столько раз наблюдала, – рыцарь, и монах, и купец на ослике…
Скелет с косой на плече подкатился к ногам дяди Бо.
Старик изумленно повернулся на этот звук, сделал шаг в сторону и наступил на фигурку смерти. Коса в руках скелета вонзилась в его ногу, он вскрикнул, поскользнулся, потерял равновесие и рухнул на пол поверх разноцветных фарфоровых осколков…
Тина снова попыталась встать – теперь, когда старик упал, у нее появился хоть какой-то шанс на спасение.
Она напрягла всю свою волю – и сумела с трудом приподняться, спустить ноги на пол… но теперь ей снова пришлось переждать приступ мучительной слабости.
Она с ужасом ждала, что дядя Бо поднимется, чтобы покончить с ней – но он почему-то лежал в прежней позе, даже не пытаясь подняться и не издавая ни звука.
Тина перевела дыхание, поднялась, с трудом удержала равновесие и шагнула в сторону. Первым ее желанием было броситься прочь из этой комнаты, пока страшный старик не встал на ноги, но потом, заинтригованная его неподвижностью, она повернулась к нему…