«СМЕРШ»: операции и исполнители
Шрифт:
Но плененные парашютисты сообщили, что получили задание пробраться в город Торопец и собрать там сведения о военном гарнизоне и его вооружении, установить характер грузов, прибывающих на станцию Торопец, и выяснить, производится ли переброска воинских частей по дорогам, ведущим к городам Холм и Великие Луки. Через пятнадцать дней после переброски в расположение советских войск агенты должны были закопать рацию и вернуться обратно.
Изъятую радиостанцию включили в игру, дав ей условное наименование «Пешеходы». Радиоигра велась Управлением «СМЕРШ» с 9 по 20 мая 1943 года. За это время радиостанция «Пешеходы» передала шесть радиограмм, содержащих дезинформационные
В мае 1944 года в район станции Низовской Ленинградской железной дороги были заброшены на парашютах агенты Шатров и Малахов. Во время обычной проверки документов они были задержаны патрулем. Проверяющих смутил «упитанный вид» двоих сержантов. Прибывающие с фронта солдаты выглядели усталыми, раздраженными и исхудалыми. Задержанных передали в «СМЕРШ», дальше — вопрос техники. Оказалось, что Шатров и Малахов — в прошлом военнослужащие Красной Армии, попавшие в плен к гитлеровцам, — впоследствии были завербованы и направлены на обучение в разведывательную школу в город Валки (Латвия). Агенты имели задание пробраться в район Гатчины и установить численность и боеспособность гарнизона, а также вести наблюдения за передвижением воинских эшелонов по железным дорогам на линиях Красногвардейск — Псков и Красногвардейск — Волосов.
В это же время в районе города Невеля органы советской контрразведки проводили радиоигру, в ходе которой передавалась дезинформация о передислокации 11-й Гвардейской армии. Чтобы закрепить передаваемые сведения, решили включить в игру радиостанцию, изъятую у Шатрова и Малахова. Для этого «отбили» за линию фронта несколько радиограмм, подтверждающих данные о перемещении 11-й Гвардейской армии. Противник поверил, и задача, поставленная перед игрой, была выполнена. Шатров и Малахов об этом уже ничего не узнали. Их расстреляли через две недели после задержания.
Из курса лекций:
«Если в 1943 году на прифронтовую зону приходилось около 55 % от общего количества разоблаченных органами военной контрразведки агентов нацистских спецслужб, то в 1944–1945 годах эта цифра возросла до 88 %).
— Мы вынуждены, — отвечал на допросе фельдмаршал Кейтель, — держать в конце войны основные силы нашей агентуры в тактической зоне.
К маю 1945 года успехи военных контрразведчиков по борьбе со спецслужбами Германии были значительны.
Ими за время войны было обезврежено:
— более тридцати тысяч шпионов;
— свыше шести тысяч террористов;
— около четырех тысяч диверсантов.
В 1944 году было сорвано готовящееся покушение на Верховного главнокомандующего И. В. Сталина.
Ряд прицельных ударов в этот период был нанесен армейскими контрразведчиками по диверсионно-разведывательным формированиям противника.
Например, в ходе Висло-Одерской операции (январь 1945 года) при участии чекистов управления «СМЕРШ» Его Белорусского фронта было ликвидировано шестьдесят
В ходе Кенигсбергской операции (апрель 1945 года) чекисты управления «СМЕРШ» 3-го Белорусского фронта пресекли преступную деятельность двадцати одной диверсионно-разведывательной группы. При этом борьба с диверсионно-разведывательными группами противника носила зачастую характер не отдельных мероприятий, а хорошо скоординированных оперативно-войсковых (специальных) операций.
Чекистами управлений «СМЕРШ» 1-го Белорусского, 1-го, 2-го и 3-го Украинских фронтов в течение первой половины 1944 года в тылу действующей армии было задержано около трех тысяч участников ОУН, ликвидировано более двух тысяч боевиков и разгромлено несколько десятков крупных националистических банд.
Более двадцати банд было ликвидировано армейскими чекистами в Прибалтике, в частности крупная и хорошо законспирированная банда под руководством матерых абверовцев Розенберга и Олтера.
Большую работу проделали военные контрразведчики отдела «СМЕРШ» 3-й ударной армии Нго Белорусского фронта по зачистке рейхстага и рейхсканцелярии в Берлине в начале мая 1945 года. Здесь они не только задержали несколько важных нацистов, но и участвовали в опознании трупов Гитлера и Геббельса, а также в захвате значительного количества важных документов».
Отдельные радиостанции превращались в «блуждающие» или «кочующие», то есть следовали за наступающими войсками и передавали противнику «оперативную дезу».
В практике работы по радиоиграм, проводившимся в тыловых районах фронтов, иногда возникали случаи, когда передача дезинформации, по соображениям Генерального штаба, в данный момент была нецелесообразной. Поэтому, начав радиоигру, приходилось до подходящего момента вести передачи, которые могли бы оправдать невозможность добычи агентами нужной информации.
Примером такой игры является радиоточка «Двина», задействованная 8 июня 1944 года в тылу 3-го Прибалтийского фронта.
Радиоигра велась от имени агента-радиста Биганова и его напарника Иванова, выброшенных немцами с самолета в ночь на 17 мая 1944 года в районе деревни Воротаево Поддорского района Ленинградской области. На другой день они установили связь с радиоцентром, сообщив о благополучном приземлении, и… были замечены местными крестьянами, которые сообщили о подозрительных личностях в милицию. За дело взялся «СМЕРШ». Уже на следующее утро и Биганов, и Иванов были задержаны, а через три дня доставлены в Ленинград.
Агенты имели задание осесть в районе г. Ново-ржева, установить дислокацию штаба 10-й Гвардейской армии, а также частей, входящих в состав этой армии, их названия и номера, звания и фамилии командиров этих частей.
Для выполнения задания агенты были снабжены портативной коротковолновой радиостанцией, фиктивными документами военного образца: удостоверениями личности офицерского состава, командировочными предписаниями по созданию отрядов по проверке мостов и шоссейных дорог, вещевыми книжками, бланками отпускных билетов и продовольственными аттестатами. Все документы были выданы от имени штаба 1-й ударной армии. Кроме того, они были снабжены удостоверениями на право проверки документов от имени 314-й стрелковой дивизии, деньгами в сумме двадцати четырех тысяч рублей и личным оружием.