Смена правил

Стерлинг Джеймс

ГЛАВА 11. Многие парни обманывают

Джек

После игры и совещания команды, я переоделся, быстро принял душ и направился в сторону темно-синей двери раздевалки. Я протискивался сквозь толпу, выискивая Кэсси. Одного взгляда в её усталые зелёные глаза мне хватило, чтобы понять, что что-то произошло.

— Что случилось? — спросил я, когда внутри у меня пробудился к жизни инстинкт защищать её.

Её губы сложились в натянутую улыбку, а мои глаза наткнулись на футболку с символикой Mets, подчеркивающую

изгибы её тела.

— Ничего не случилось. Как тебе моя новая футболка?

Она повернулась и придержала волосы, с гордостью показывая мою фамилию и номер в команде, напечатанный на спине — Картер, 23.

— Нравится ли мне? Чертовски нравится, — ответил я, и её лицо смягчилось, но тревожная морщинке между бровей никуда не исчезла.

Я тут же вспомнил тот день, когда её ограбили на Фултон Стейт. Она была в компании моих товарищей по команде, когда они направлялись в кампус, чтобы встретиться со мной. На них напал какой-то верзила под кайфом, который стал угрожать пистолетом. Той ночью я первый раз подавал за команду по софтболу, но перед второй подачей я услышал, как все вокруг зашептались о том, что случилось. Я рванул вслед за Дином и Бреттом. Я помню, как бежал через парковку так быстро, как только мог, на ходу выискивая какие-нибудь признаки присутствия Кэсси. Когда я, наконец, нашел её, она не могла передвигаться самостоятельно, её поддерживал мой друг Коул. В тот момент я чуть не рухнул на землю от боли. Это была моя работа защищать Кэсси, и обеспечивать ей безопасность, и я её провалил.

Когда я вспоминал её лицо в синяках, моя кровь закипала. Я пообещал в ту ночь, что больше никому не позволю обидеть её, и я собирался сдержать своё обещание. Только от одной мысли, что её кто-то обидел, я мог развалиться на куски. Никто не мог обращаться с моим Котенком подобным образом.

— Ты собираешься рассказать мне, что случилось? — потребовал я ещё раз, но Кэсси отказывалась смотреть мне в глаза.

— В самом деле, ничего не случилось. Я просто хочу домой. Я устала.

Я наклонил голову, и когда мои губы оказались на уровне её уха, я прошептал:

— Я знаю, что ты врешь. Расскажешь мне обо всем в машине.

Я поцеловал её в ухо, прежде чем отстранился и опустил руки ей на плечи.

Я расслабился только в тот момент, когда Кэсси прижалась ко мне и произнесла:

— Я люблю тебя. И я так чертовски рада, что ты здесь. Что мы здесь вместе. Ты же знаешь это, не так ли?

Она улыбалась, произнося эти слова.

Боже, как же я любил эту улыбку. Я любил всё, что касалось этой женщины.

— Я тоже рад. Люблю тебя.

Я не стал раздавать автографы и фотографироваться с фанатами. Вместо этого я быстрым шагом двигался прямо к машине, обнимая свою девочку.

Тело Кэсси напрягалось всякий раз, когда вокруг нас вспыхивали камеры. Я привык к этому, но она нет. Я прижал её к себе крепче, желая оградить от всего, что беспокоило её.

— Привет, Маттео.

— Привет, Джек, Кэсси. — его улыбка сникла, когда он произнес имя Кэсси. Он тоже это заметил. Что-то было не так.

Когда мы оказались наедине на заднем сиденье машины, я взял Кэсси за руку, и стал поглаживать её большим

пальцем.

— Скажи мне, что случилось, Котенок.

Машина тронулась, и Маттео бросил на нас взгляд в зеркало заднего вида.

— Я просто устала, Джек. Это был долгий день, я приехала сюда сразу после работы, ты же знаешь?

Кэсси была права. Она уехала утром еще до того, как я проснулся, а домой мы попадем только после одиннадцати вечера.

— Ты не должна приходить на все мои игры. — Предложил я такой выход. Но хотел ли я, чтобы она присутствовала на стадионе? Конечно, хотел. Я хотел, чтобы эта девочка была там, где и я. Возможно, было неразумно просить её приезжать на игры, в которых я даже не принимал участия.

Взгляд Кэсси смягчился. И мне захотелось прикоснуться к ней. Я приподнял её подбородок ладонями, и она закрыла глаза.

— Я хочу присутствовать на твоих играх, Джек. Мне и так придется многие пропустить из-за работы. Но я хочу присутствовать на всех играх, на которых могу быть.

Я вздохнул. Тяжело вздохнул.

Маттео, скорее всего, думал, какая же я большая заноза в заднице. Черт, я уже и сам стал думать, что был занозой в заднице.

Я сменил тему разговора. У Кэсси была причина, чтобы не отвечать на мой вопрос, и я не стал давить на неё сейчас. Я спрошу об этом еще раз, когда мы окажемся дома… наедине. Вместо этого я протянул ей пакет из плотной бумаги.

— Что это? — Кэсси сморщила свой носик, и это было так чертовски мило, что я мгновенно стал твердым.

— Это расписание моих игр на следующие три недели.

Её глаза расширились от удивления.

— О! Я хотела спросить тебя об этом, но совершенно забыла.

— Вот, пожалуйста, моё расписание, — я скользнул рукой по её бедру, — ну или хотя бы его часть, — добавил я, когда она хлопнула меня по руке.

— Прекрати, — прошептала она, когда её щеки порозовели.

Мне нравился тот эффект, который я оказывал на свою девочку. Я стал ещё тверже, и попытался поправить свои джины, чтобы унять в них давление.

Кэсси пролистывала бумаги, останавливаясь на некоторых из них, чтобы прочитать текст более внимательно. Я прижался к её шее. Запах её кожи обострил все мои чувства. Я нежно поцеловал её и провел языком вверх-вниз по шее, когда она тихонько застонала.

— Я трахну тебя прямо здесь, на заднем сиденье этой машины, и Маттео будет понаблюдать за нами, если ты не перестанешь издавать такие звуки.

Её челюсть отвисла, когда взгляд наткнулся на выпуклость в моих штанах, и её глаза расширились от смущения.

— Джек!

— От того, что ты закричишь мое имя, ничего не изменится, — подразнил я, мой язык нашел мочку её уха, и я осторожно втянул её в рот.

— О мой Бог, — прошептала Кэсси, — прекрати.

Она выпрямилась и отодвинула рукой моё лицо от себя.

— Подожди, пока мы не доберемся до дома. — Умоляла она, бросив взгляд в сторону Маттео.

Я снова провел рукой по её бедру, и остановился до того, как достиг горячей точки. Желание наполнило её глаза, даже несмотря на мольбы и попытки остановить меня. Я быстро отстранился, закинул руки за голову и откинулся на сиденье.