Смена климата
Шрифт:
В поднявшейся суматохе бойцы «Крепости» могли бы уходить, не скрываясь. Может, они так и поступили, отсюда было не видно.
— У нас пять минут, — сказал Хасан, — можешь убивать, кого захочешь.
Лучшие слова за последние сутки. Да что там, за последние несколько лет Заноза не слышал ничего прекраснее. Он не любил убивать, не стремился к убийствам, но венаторы — так много сразу, в одном месте — это же совсем другое дело. До точки сбора десять минут, если идти по улицам, как люди. Ну, не идти — бежать. Как подготовленные люди в боевой выкладке. Так
Он думал, Турок уйдет вслед за своими. Прикрыть их, присмотреть, чтоб все было нормально…
Вдвоем, из четырех стволов, то выпадая из-под «тумана», то вновь скрываясь за ним, они выстелили задымленную улицу телами венаторов. По четыре пули каждому. Ни разу не выбрали одну и ту же цель, ни разу не взглянули друг на друга, чтобы скоординировать действия. Десять трупов с пробитыми черепами. Три секунды на все.
Надо на крышу. Оттуда дальше видно и по крышам удобнее передвигаться.
Заноза даже обдумать эту мысль не успел — хотя, что там думать, это и мыслью-то не назвать, — когда Турок взглядом указал вверх.
У него не было дайнов силы. Заноза знал это. Чуть не списал знание на остаточный эффект чар…
Вообще-то, не сказать, чтоб он сильно за это заморочился. Пистолеты — в кобуры. Схватить Турка в охапку. И — вверх. Одним прыжком. Жалкие пятнадцать метров, говорить не о чем.
Сообразил, что если б у Хасана были дайны силы, тот не ждал бы, запрыгнул на крышу сам. Отсюда и знание, что их нет. И чары ни при чем.
В это время они уже расстреливали снайперов на соседних домах. Троих, как и предполагалось. Именно там, где отмечал их расположение Хасан. Уничтожение «Саксонов» и стрельба на северном перекрестке не внесли корректив. Это для вампиров, для таких вампиров, как Турок, как Заноза, три секунды — огромный запас времени. Для людей, даже для венаторов, это мгновение. «Саксоны» взорвались сейчас. Стрельба шла — сейчас. Отставание человеческого «сейчас» от мертвецкого оказалось фатальным. Снайперы не успели сориентироваться, не успели даже попытаться понять, что происходит и как действовать. Не удержали прикрывающий их отвод глаз — он требовал сосредоточенности, так же, как требует сосредоточенности «туман».
С крыши на крышу. С северо-востока — на север. Перехватить группу венаторов, бегущую к «Крепости» с северного перекрестка. Накрыть огнем бегущих с запада. Грохот выстрелов и щелчки сменяемых обойм сливались в единую ленту звука.
За окнами-бойницами «Крепости» полыхнуло пламя. Здание провалилось внутрь себя. Медленно. Неохотно. Почти гордо. Трещинами пошла мостовая, выгнулась вверх, потом — осела. Вампиры комеса, которые уже должны были ломиться к выходам на поверхность, не нашли заложенные в подземельях мины. Вряд ли они сдохнут там, внизу, но откапываться будут долго. Снова звенело разбитое стекло, вздрагивали дома, что-то рушилось, ломалось. Оставалось надеяться, что необратимого ущерба взрывы не нанесли. Блэкинг хороший сапер, ведь так? Даже очень хороший.
Теперь — на юг.
Слуги
На полную зачистку квартала от венаторов ушла минута. От взрыва «Саксонов» до последних четырех пуль в голову последнего живого. Тридцать восемь бойцов. У лондонского подразделения «Мюррей» еще оставались функционеры, но они лишились солдат и остались один на один с Рейвеном, которого больше не контролируют.
Долго им будет помниться охота на Хасана Намик-Карасара.
Использовать автомастерские как прикрытие… для всего, было общепринятой традицией. Удобно же. Если умеешь пользоваться, конечно. Заноза умел, и пользовался сразу пятью в разных районах тийра. Сколькими владела «Крепость» он не знал, да и не интересовался. Чтобы смыться из города хватит одной.
Увидеть на крытой стоянке фургон с аппаратурой, целый и невредимый, оказалось приятно, хоть Арни и раскорячился в дверях, всем своим видом показывая, что без специального приказа Занозу внутрь не пустит.
Специальный приказ был отдан незамедлительно.
— Он поведет, — бросил Хасан, проходя мимо Арни и забираясь в кабину фургона с пассажирской стороны. — Пристегнись.
Остальные разбежались по машинам, не дожидаясь дополнительных указаний. Каждый знал свое место, с этим тут было четко, никакого бардака, никаких заминок.
Где-то по краю сознания скользнуло ощущение себя частью этого порядка. Неприятно настолько, что Заноза рефлекторно выставил колючки, ежей и надолбы, и моментально выкопал противотанковый ров.
Быть частью системы, выполнять приказы, делать, что говорят… неприемлемо. Невозможно. Бесит настолько, что хочется убраться как можно дальше, и похрен на безопасность, венаторов, войну с Рейвеном.
На Турка — не похрен.
Значит, убегать нельзя.
Шайзе!
— Сможешь донести до Ясаки слухи о том, что венаторы убили тебя по приказу Рейвена? — спросил Хасан, когда вырвались в пригороды.
— Это не очень-то хорошо.
— А я его не очень-то и люблю.
Ехать с привычной скоростью было нельзя — фургон возглавлял колонну, указывал дорогу по путанной сети проселков. Так что Заноза мог позволить себе вопросительный взгляд в сторону Турка.
Тот говорил… не о Рейвене. Точно не о Рейвене.
И, вообще-то, Ясаки его тоже — не очень.
Сколько у японца было шансов добраться до тийрмастера? Нет, не так. Сколько у него было шансов добраться до тийрмастера раньше, чем выяснится, что слухи преувеличены? Маловато данных для анализа. Ясаки слишком старый и слишком странный, чтобы о нем когда-либо удалось собрать достаточную информацию. Значит, надо пользоваться любой возможностью узнать побольше.