Смайли
Шрифт:
– Это настоящий, реальный страх, когда спариваешься с людьми, и боишься, что они увидят в ваших действиях насилие и решат, что мы представляем для них опасность. Смайли уже беспокоится, что вы передумаете и уедете отсюда. Вы стали огромной его частью.
– Я люблю Смайли.
Черты его лица смягчилось:
– Хорошо. Продолжайте говорить ему это как можно чаще. Ему это необходимо для уверенности в себе.
– В самом деле?
–
– Джерико взглянул на стеклянную стену, а затем опять на нее.
– Мы чувствуем слишком глубоко, просто пытаемся это скрывать. Это наш недостаток.
– Почему?
Он сердито на нее посмотрел:
– Назовите это инстинктами, или генетикой, но мы более эмоционально уязвимы по сравнению с клыкастыми или кошачьими. Никогда об этом не забывайте, Вэнни. Вы можете разрушить его изнутри.
– Я бы ни за что такого не сделала.
– Тем лучше. Просто чаще к нему прикасайтесь, и чаще говорите, как много он для вас значит, если вы действительно его любите. Он всегда будет принимать все, что вы говорите, близко к сердцу. И не забывайте об этом, если вам придется с ним поспорить. Думайте, прежде чем что-то сказать.
Она оценила его совет:
– Спасибо.
Он пожал плечами:
– Я хочу, чтобы вы оба были счастливы. Терпеть не могу видеть Смайли в депрессии. Мне и раньше было непросто смотреть, как стойко он выносит свои невзгоды - и никогда не захочется увидеть этого снова.
– Вы вместе были заперты в клетке, когда вас держали в "Meрсил Индастриз"?
– Я имел в виду - когда вы сбежали от членов целевой группы, назначенных, чтобы привести вас в Медицинский центр, и он боялся, что вы уже мертвы или пострадали во внешнем мире. У меня сердце разрывалось на клочки - видеть его в таком состоянии. Я уж боялся, что он выберется за наши стены и начнет вас искать самостоятельно. Его вполне могли там убить. У нас слишком много врагов. Все, о чем он тогда мог думать - это о вас, и о том, как бы ему убедиться, что у вас все хорошо. Он был связан с вами с самого начала.
Вэнни смахнула слезы со щек:
– Спасибо за то, что все мне рассказали. Я люблю Смайли. Я... гм... я тоже чувствую себя связанной с ним с самого начала. Он для меня - все.
– Хорошо. Продолжайте ему об этом говорить. Я не шучу. Он еще очень долго собирается беспокоиться, что может ненароком сделать или сказать что-то такое, что заставит вас передумать, и отказаться стать его парой.
– Ему никуда от меня не деться.
– Она улыбнулась сквозь слезы, чтобы его ободрить.
– Я его уже никогда не оставлю.
Джерико весь подобрался, его взгляд сосредоточился на стеклянной стене:
– А вот и он... Обратите внимание - я понятия не имею, как Смайли будет действовать с этим.
Вэнни
– Неужели он плачет?
Джерико фыркнул:
– Вы же слышали Toррента. Похоже, что да.
Грегори свалился на стул, и схватился за грудь:
– Мне действительно нужен врач. У меня есть специалист, который за мной наблюдает. Вы же не хотите, чтобы я умер? Вы вообще знаете, кто я? Вам это с рук не сойдет! Я знаменитость, и очень богат. Я...
– Стоп, - потребовал Торрент.
– Вас все равно не передадут в человеческую больницу, к тому же никто и не знает, что вы здесь.
Дверь снова открылась, и вошел Смайли. Он уже переоделся в один из мундиров ОНВ, и руки у него были перевязаны. Он прикрыл дверь и остановился рядом.
Грегори заскулил, глядя на него с откровенным ужасом.
– Что-то пошло не так, человек? Никогда не думал, что тебе придется столкнуться с мужчиной, которого вы отравили наркотиком и пытались упрятать за решетку?
– Это была не моя идея. Это все Брюс. Я его просто боялся. Вы же его видели... У него есть судимости. Я ни в чем невиновен.
– Заткнись.
– Торрент прислонился спиной к стене.
– Мы же не идиоты. Существовало всего двадцать недостающих доз "препарата размножения," когда вас обоих взяли под стражу. Дин уже признался, что продал вам двести доз.
– Он зарычал и выстрелил в Смайли полным отвращения взглядом, прежде чем продолжить:
– Этот господин поклялся, что использовал их на проституток, которым он платил, чтобы занимались с ним сексом. Тебе известно из первых рук, что сделал этот препарат с твоей самкой. Он не испытывал к этим женщинам, которых сам травил наркотиком, ни капли сочувствия, и продолжал это делать снова и снова. Он самый жестокий сукин сын.
– Торрент сверкнул клыками.
– Вы пытаетесь заодно обвинить и кого-то другого? Тогда поостерегитесь его, болван.
Смайли издал резкий, грохочущий шум:
– Нам бы следовало дозировать вас, и бросить страдать одного. Вы этого заслужили. Этот Брюс работает на вас - и, кстати, Дин Пoлaнтис был весьма информативен, когда мы с ним о вас говорили.
Смайли присел, прислонясь спиной к двери:
– Он признался, каким образом вы с ним связались, угрожая раскрыть связь между "Дрэквуд" и "Meрсил," которую обнаружили ваши следователи. Он назвал это шантажом и признал, что за молчание вы просили его продать нечто такое, что в дальнейшем вы собирались использовать против ОНВ. Вы купили у него препарат, и заплатили бармену, чтобы добавил его в наши с Вэнни напитки в том самом отеле.