Служанка-попаданка
Шрифт:
– Это было бы замечательно, но я профессионал, а не мечтатель, чтобы всерьёз надеяться на подобный исход, - сухо возразил Ригартон, смерив нового посетителя недовольным взглядом.
– Почему вы до сих пор здесь? Вашему здоровью уж точно ничего не угрожает.
– Жду, когда принесут мою одежду, но этот процесс почему-то затягивается, - развёл тот руками.
– Вот и решил пока выяснить, что тут происходит, раз уж меня втянули в очень странную историю. Причём втянули в прямом смысле этого слова.
Новак вышел, сославшись на то, что
– Я вам уже всё объяснил!
– голосом декана дознавателей можно было замораживать воду, но его ученика это ничуть не смутило.
– Вообще-то, нет. Вы половину моих вопросов просто проигнорировали, - спокойно возразил Клайверд.
– Как и моих!
– не удержалась от замечания, почувствовав невольную поддержку.
– Рад, что тебе уже лучше, Веснушка, - Дрогайриз одарил меня очередной дежурной улыбкой, подошёл и, усевшись на край моей кровати, заявил: - Мы вас слушаем, господин Ригартон. Начинайте и лучше с самого начала.
– С какого именно?
– мужчина явно начал злиться. Что ж, у меня он теперь тоже вызвал в основном такие же чувства.
– Я лично видел девчонку, выпавшую из окна. Она находилась при смерти и никак не смогла бы вернуться к нормальной жизни и работе через каких-то пару дней, - неприятно удивил парень неожиданным заявлением.
– Не говорю уже о том, что человек не может так резко перемениться. Только не нужно рассказывать про потерю памяти. У тела тоже есть память, причём не зависящая от воспоминаний - рефлексы, жесты, невербальное поведение - хоть что-то из этого должно было остаться неизменным.
Мы с Ригартоном переглянулись. Могу поклясться, его тоже застали врасплох. А я предупреждала, что притворяться не умею.
– Не знал, что вы настолько тесно общаетесь с прислугой, господин Дрогайриз, чтобы даже жесты отслеживать, - проворчал он, болезненно поморщившись и устало потерев переносицу.
– Хорошо, вы правы, Риана умерла, а Марина - её родственница, которая любезно согласилась помочь мне вычислить её убийцу.
– Но я уже передумала!
– напомнила мрачно, мысленно обалдевая от того, что здесь происходит.
Прямо день откровений какой-то. Я, конечно, устала лгать, но никак не ожидала, что Ригартон начнёт откровенничать перед посторонними, особенно на фоне того, что мне он постоянно что-то не договаривал. Надеюсь, хоть про мою жизнь в другом мире и мать-преступницу он рассказывать не собирается. Тётя ведь не просто так фамилию сменила, значит, такими родственными связями светить точно не стоит.
– Что ж, это уже больше похоже на правду, - Клайверд посмотрел на меня так пристально, что я невольно подтянула одеяло повыше, вспомнив, что тут, видимо во время каких-то процедур, меня переодели в ночную сорочку.
– А что с внешностью? Она же не могла быть точной копией погибшей. Иллюзия?
– Да, небольшая корректирующая иллюзия, - подтвердил Ригартон, к счастью, не ставший
– Теперь вы удовлетворены? У девушки был трудный день, ей нужно отдохнуть. Идёмте!
– Он демонстративно направился в сторону двери, сделав приглашающий жест.
– Да, конечно, уже иду.
Ригартон вышел первым, а Дрогайриз хоть и поднялся, уходить не торопился.
– И сколько он тебе за это обещал?
– спросил парень, продолжая внимательно наблюдать за мной.
– Что?!
– Только не говори, что согласилась на такое безумие ради родственных чувств?
– Мне не понравилось, как он это произнёс, словно в слабоумии упрекал.
– Не только, но…
– То есть материальный интерес всё же был?
– зацепился Клайверд за эту заминку, и во взгляде зелёных глаз появилось раздражающе снисходительное выражение.
– Как ты там тогда сказала - не настолько отчаялась, чтобы торговать собой. А торговать жизнью - по-твоему, значит, нормально? У тебя самой случайно нет проблем с головой, родственница?
Это он зря. Я и так была на взводе после случившегося, а его пренебрежительное замечание сработало как спусковой крючок, так что не удержалась от гневного выпада:
– Кто бы говорил! А шпионить за членами семьи и всеми, на кого укажут - это нормально?! А соблазнять девушек, чтобы потом их этим шантажировать - это нормально?! Я, по крайней мере, лишь своей жизнью распоряжаюсь, а вы - чужими манипулируете! Самому не противно?! Хотя, наверное, наоборот - приятно!
Возможно, не стоило вот так сразу раскрывать карты, но я просто не сдержалась. Очень хотелось увидеть, как с него слетает спесь, уступая место растерянности. Увы, этого не произошло. Собеседник лишь слегка нахмурился, удивлённо поднял брови и со вздохом резюмировал:
– Снова с Бирсоном общалась? Мне не противно и не приятно, Веснушка, это просто работа. Так зачем он приходил?
– Как раз предупредить о ваших методах… работы, - последнее слово я буквально выплюнула, потому что не представляла как подобное можно воспринимать вот так спокойно и обыденно. А если ему однажды человека убить прикажут, это тоже будет просто работа?!
– И почему он это сделал? Как объяснил?
– продолжал настойчиво допытываться Клайверд, сразу забывший и о нападении на меня, и о том, что я «дублёрша» умершей Рианы. Почему-то это вызывало и облегчение, и раздражение одновременно.
– Сказал, что я не такая пустоголовая идиотка, как остальные, и что хочет, чтобы ты… вы обломались, - сложно соблюдать субординацию в столь неофициальной остановке.
– Это его слова.
– Учитывая почти интимную сцену в душевой, думаю, можем обойтись без церемоний. Не обязательно мне выкать, - отмахнулся Клайверд и озабоченно нахмурился, проворчав: - А вот то, что он выделяет тебя среди других и считает не такой, как все - плохо. Так и до романтических глупостей недалеко.
– Я вообще-то, тоже не в восторге.