Служанка Леди Эверсон
Шрифт:
Весь день, пока снова сидела в одиночестве, тем и занималась – пыталась взять превращения под контроль. Иногда получалось, иногда не очень. Но все же результаты меня радовали.
Виен забегал лишь раз – принести обед. Все были заняты предстоящими сборами. Выезд финалисток, королевы и принца вместе со всеми сопровождающими планировался на следующее утро.
– С леди Эверсон всё в порядке, - ответил Виен, когда я спросила его о Мелании. В этот раз мне достаточно долго удалось продержаться в образе человека, и я хотела о многом спросить его. – Она молодец, отлично держится. Хотя всё произошло на её глазах.
А потом снова убежал
Ночью Виен вывел меня из дома. Мы подошли к конюшням, и меня запихнули в карету принца.
– Ты еще слишком слаба. С лошади свалишься, если вдруг станешь волком, - ответил Виен на мои возмущения. – Бегом столько не добежишь.
Пришлось согласиться. Выносливости волка хватило бы, но на раненную лапу было больно наступать, а от потери крови порой плыло перед глазами. Если стану бесконтрольно превращаться в человека и обратно, то точно либо сдам себя, либо сильно отстану от кортежа.
– Но почему я не могу поехать с леди Эверсон? – задала я еще один вопрос.
– Она сказала, что её вторая служанка не знает о твоем даре и очень боится оборотней. Пока она успокоится, может поднять много шума.
Точно, я совсем забыла про Эмму! Что скажет моя родственница, когда узнает, что сама провела в поместье Эверсонов оборотня? Она будет в ужасе, это точно. Эта мысль заставила меня задуматься о своем странном положении.
Я, наверное, была первым оборотнем-телохранителем у лордов. По крайней мере, слышать о таком мне не приходилось. Раньше я была уверена, что оборотни обречены на скрытное существование. То, что благодаря своим родителям – рекомендации матери и советам отца – я попала в поместье лорда, было большой удачей. Если бы так не сложились обстоятельства, то я могла бы и дальше мирно жить в качестве служанки. Но тайное всегда становится явным. И всё же Мелания, даже после нападения проклятого, будто не испугалась меня. А теперь мне даже придется провести несколько дней пути в карете сына самого императора, единственного наследника. Не слишком ли крутой вираж взяла судьба одного маленького оборотня?
Спать в карете было неудобно. С нескольких попыток удалось обернуться волком – так было проще устроиться на узкой лавке. Я хмыкнула, устраивая голову на подушках – их было тут столько, что казалось, будто карета предназначена для изнеженной леди. Тем удивительнее было то, что Альвиана не стесняли условия дома на окраине парка и самодельный стол из грубой доски.
Сам Альвиан появился утром. Вокруг было шумно – обслуга дворца и стражи готовились к дороге. Карета несколько раз качнулась, пока её загружали вещами принца.
– О! Волк Виена! – воскликнул стражник, наверное, видевший меня два дня назад. Он протянул руку, чтобы погладить. А я изо всех сил старалась не превратиться в человека. – А я-то думал, куда он тебя дел? А оно вот как! Оставил волка охранять наследника вместо себя!
Я подняла голову и посмотрела на стражника – что значат его слова? Но тут подошел Альвиан, и стражнику пришлось отойти. Альвиан заскочил в карету и закрыл дверцу. Через несколько минут кортеж начал движение. Сквозь открытое окно я видела, как мы проехали ворота и повернули на дорогу. Впереди было несколько дней пути, сопровождаемые стуком копыт и едва слышным поскрипыванием колес.
– Ненавижу путешествовать
Альвиан опустил занавески, скрывая от меня мелькающие мимо деревья.
– Можешь превращаться, - прокомментировал он.
И я тут же использовала это приглашение, вернув себе человеческий облик. Он непослушно мигал и шел рябью, прежде чем я смогла почувствовать себя прежней. После ночи, проведенной в образе волка, было приятно почувствовать себя человеком. Вдвойне приятно, что после стольких дней странное проклятие начало отступать. Мне нравилась моя сила и мой волк, но в обличии человека было комфортнее.
– Где Виен? – спросила я, когда стала уверена, что не вернусь в тело волка и мой голос не сорвется на рык.
Альвиан пристально посмотрел на меня, и я смутилась своего вопроса.
– Тот стражник сказал, что я вместо него должна охранять тебя, - не стала называть Альвиана «Высочеством», чтобы между нами не повисло прежнее напряжение. До дворца путь неблизкий.
– Ты не должна охранять меня, - Альвиан равнодушно отвернулся к окну. Сквозь неплотную ткань занавески было видно, как меняется пейзаж. – Для этого вокруг достаточно стражников.
Немного помолчав, он все же добавил:
– После допроса убийцы открылись некоторые имена, которые не должны были прозвучать. Это дело слишком важное, чтобы откладывать до нашего прибытия в столицу, и чтобы я мог доверить его кому-то еще. Виен должен рассказать о происходящем отцу. Дальше расследованием пусть занимаются те, кому положено. Не спросишь, что за имена?
Я покачала головой. В моей деревне из лордов знали лишь Эверсонов да пару их соседей. Я и сейчас не помнила даже имен подруг Мелании, считая, что мне ни к чему это знание. Что я смогу понять, услышав имена лордов, которые мне не были известны? Я так и сказала Альвиану:
– К чему мне имена лордов, о существовании которых я не знаю?
Альвиан усмехнулся:
– Он назвал имена не только лордов. Среди них есть и маги Ковена.
– Я всегда знала, что магам веры нет, - ответила, понимая, что имена магов мне так же незнакомы.
– Это серьезное обвинение, - продолжил Альвиан, улыбнувшись моим словам. – Убийца мог и соврать. В мелком городке нет верных короне магов и нужных артефактов, чтобы распознать ложь. Но я склонен верить, что названные убийцей имена все же имеют отношение к некоторым событиям. Конечно, в столице его тоже допросят. Но работать по имеющимся данным нужно уже сейчас.
Я задумалась о сказанном. Пока я жила в деревне, всё эти политические движения мало меня волновали. В конце концов, какая разница, кому платить налоги, если тебя не пытаются изничтожить? Даже в поместье Эверсонов меня волновало лишь благополучие моих хозяев – но я никогда всерьёз не думала о том, что этому благополучию может что-то угрожать. Теперь же, когда моя жизнь оказалась тесно связана с жизнью принца и его невесты, происходящее пугало. С каждым разом становилось яснее, кто наш враг. От того правда казалась ужасающей. Такого врага нельзя было победить мечом или волчьими зубами. Смогу ли я защитить Меланию, если в императорском дворце случится переворот? Мои мысли завели меня слишком далеко, и, видимо, это отразилось на моем лице.