Слушаюсь, босс!

Морган Рэй

– Мы только сегодня узнали о ее смерти, – говорил Мэтт. – И мне очень жаль. Она этого не заслуживала. – (Квин кивнул, лишившись дара речи.) – А теперь расскажи, что случилось с ее ребенком.

Тот резко поднял голову.

– С ребенком? – переспросил он, переводя Испуганный взгляд с одного на другого.

– Ну, у нее же был ребенок, верно?

Квин расслабился, словно осознав, что врать нет смысла.

– Да, ты прав. Был.

– Когда он родился?

Парень немного подумал и назвал дату, заставившую Мэтта кивнуть.

–

Это, примерно, через полгода после того, как мы расстались.

– Да. – Квин с легкой улыбкой поднял глаза на мужчину. – Пенни сказала, что он от тебя.

– А где ребенок сейчас?

Парень покачал головой.

– Не имею ни малейшего представления. Она кому-то сто отдала.

Мэтт стоял как громом пораженный.

– Пенни отдала малыша на усыновление?!

– Думаю, да.

– В какое агентство?

Квин поколебался.

– Я не знаю, было это официально или нет.

Мэтту потребовалась вся выдержка, чтобы не сорваться.

– Нет, я ничего не понимаю. Куда, черт возьми, она отдала ребенка?

– Слушай, я не знаю, – испуганно повторил Квин. – Она родила малыша, а потом он исчез. Я его даже не видел.

– А среди ее бумаг ничего не обнаружилось?

– Я лично ничего важного не нашел. Я выбросил почти все ее вещи. Можете посмотреть то, что осталось, если хотите. У нее было не слишком много документов. – Парень кашлянул. – Как и жизни. Бедняжка.

Они помолчали, отдавая дань памяти Пенни. Но у Мэтта еще были вопросы.

– Кто родился: мальчик или девочка?

– Не знаю. – Глаза Квина блеснули в свете вечернего солнца. – Извини, Мэтт, но я правда не знаю.

Шелли кашлянула. Они должны были уезжать. Становилось поздно, а еще предстояло репетировать.

– Жаль прерывать, но нам нора возвращаться.

Мэтт обернулся к ней – так, словно только что вспомнил о существовании девушки.

– Ладно, вы возвращайтесь, – произнес он, отдавая Рейфу ключи от машины. – А я еще немного поболтаю с Квином, после чего он меня подвезет. Верно?

Тот пожал плечами.

– Конечно.

Рейф нахмурился, явно не желая оставлять брата одного в таком месте. Но выбора у них не было. Поэтому он отошел с ним в сторону, переговорил о чем-то вполголоса, а затем вернулся к Шелли. Они пошли прочь по тротуару, а затем девушка заметила, что Рейф усмехается.

– Что смешного?

– Сама жизнь. Черт, – протянул он, – Мэтт появляется на пороге, и все начинает получаться, – восхищенно произнес мужчина. – И так было всегда. Ну и парень!

Шелли изумленно уставилась на Рейфа. Он действительно ни капли не завидовал брату! Ей всегда казалось, что лидером в семье был именно Мэтт. Но теперь девушка поняла, что Рейф ничуть не хуже.

И все же его качества лидера мало кто пенил. Особенно отец.

– Он всегда был героем в твоих глазах, да?

– Конечно.

С одной стороны, это даже естественно. Большинство мальчиков идеализируют старшего брата. Но Рейф

давно вырос, к тому же их с Мэттом своеобразное соперничество должно было медленно, но верно настроить мужчин друг против друга.

– Спорить могу, Дэвид точно так же смотрит на тебя.

– Сомневаюсь, – удивленно возразил Рейф.

– Почему?

Его губы скривились – верный признак того, что этот разговор начинает действовать ему на нервы.

– Ты этого заслуживаешь! – порывисто добавила Шелли.

Он застонал.

– Ты смотришь на жизнь сквозь розовые очки, да, Шелли? Ты не поняла, что люди не всегда получают то, чего заслуживают? – Он покачал головой. – Каждый может рассчитывать только на себя, и больше ни на что и ни на кого. Нет никакой гарантии, что тот, на кого ты надеешься, будет готов помочь в трудную минуту.

Девушка не ответила. Вот и вырвалась горькая правда. Обида все-таки была, правда, похороненная глубоко в его душе. Как Рейф ни старался казаться лучше других, он, в конце концов, такой же человек, как и все.

Репетиция в костюмах обернулась настоящей катастрофой. Реплики, которые совсем недавно от зубов отлетали, почему-то вдруг начисто стерлись из памяти. Фрагменты декорации падали или ломались. Микрофон отказывался работать. Когда наконец после многочисленных споров и ругани он заработал, Кенди поспешила на трибуну, чтобы произнести заготовленную речь. Увы, она споткнулась и упала, сбив только что расставленные стулья. В тщетной попытке удержаться на ногах, несчастная ухватилась за скатерть и свалила макет. Дори попыталась спасти труд бессонной ночи, схватила сто и тоже рухнула плашмя.

– Это уже становится похожим на боулинг. Там точно так же падают кегли, – произнес Рейф. – Может, нужно вызвать машину «скорой помощи» на завтра? Как бы нам не пришлось выносить коллег на руках.

– Чем хуже генеральная репетиция, тем успешнее проходит премьера, – напомнила Шелли.

– Блажен, кто верует, – скептически отозвался мужчина. – Да уж. Хуже некуда. Ладно, завтра посмотрим.

За ужином Шелли взирала на мрачные лица, чувствуя себя немногим лучше других. Мэтт не присоединился к ним, отговорившись отсутствием аппетита. Девушка не могла его винить. Ей тоже кусок в горло не лез, но как «босс» она обязана поддержать команду – хотя бы своим присутствием.

Ужин был закончен, хотя никто толком не поел, и все направились в конференц-зал, чтобы восстановить разрушенное в процессе репетиции. Было почти десять часов, когда совершенно измученные сотрудники «Олмэн индастриз» разошлись по комнатам. Шелли поднялась на лифте вместе с Рейфом.

– Что скажешь? – слабо спросила она. – Есть у нас хоть какая-то надежда?

Он не ответил.

– Положение босса не такое уж завидное, верно?

– У всего есть свои плюсы и минусы. И все же я бы предпочел управлять другими, чем делать то, что мне говорят.