Слушатель
Шрифт:
Он уехал, оставив за собой клубящиеся облака пыли.
Продолжив свой путь и посещая помеченные крестиком места обитания недавно умерших людей в маленьких городках, он испытывал смешанные чувства. Он продал две золотые Библии за шесть долларов и одну за три, потому что больше денег старая вдова просто не могла вытащить из своей копилки. Около полудня Джон Партнер остановился рядом с каким-то грязным озером, съел несколько крекеров из своих запасов и запил их оранжевой содой «Nehi». Его последняя остановка не увенчалась успехом, потому что его встретил пустой дом с прибитой к двери табличкой «ПРОДАЕТСЯ».
Двигаясь по своему маршруту, он весь день думал о том, как эта маленькая девочка
Ему давно казалось, что люди не понимают, как тяжело он трудится ради того, чтобы заработать свои доллары. Пожалуй, не менее тяжело, чем рядовой землекоп. Изучая некрологи недавно почивших отбросов общества, живущих в мелких городках, он добывал имена, адреса и любую сопутствующую информацию, которую только мог использовать, а затем — с помощью своего маленького штамповочного пресса, который позволял ему менять надпись и печатать чернилами золотого цвета — помечал нужным образом первую страницу. Сами Библии и коробки от них обошлись ему всего в четверть стоимости в компании «Форт-Уорт», но вот чернила были чертовски дорогими — по семьдесят пять центов за пузырек, им пришлось проделать путь из самого Нового Орлеана.
Джон Партнер думал, что продает ценный товар, но люди этого не понимали. Закон этого не понимал. Он продавал вечную память. Мечту. Он продавал золотую нить, связывающую свободные концы жизни и смерти. Он делал общество скорбящих жен и матерей чуточку счастливее и хорошо с ними обращался.
Не давай этому человеку ни цента.
Это не оставляло его ни на минуту. Эти слова грызли его внутренности, пока крекеры и содовая переваривались внутри. В нескольких милях от города Уортон ему пришлось остановить «Окленд» на обочине дороге. После этого он почувствовал себя чуть спокойнее — эта остановка помогла собраться с мыслями и понять, что делать дальше. Джон Партнер сидел в своей машине. Он скрутил сигарету и поджег ее серебряной зажигалкой, на которой была выгравирована пара рук, сложенных в молитве — прямо как на его застежке для галстука. Затем он направился в Уортон и в магазине «Все-За-Пять-С-Половиной» купил бейсбольную биту детского размера.
Он был удивлен, обнаружив, что в Уортоне есть свой кинотеатр, в котором показывали «Кинг-Конга» — он видел этот фильм в прошлом году, когда тот только вышел на экраны. Фильм ему понравился, и он был не прочь посмотреть его еще раз. Когда он вышел из кинотеатра, на улице начало смеркаться, и, поскольку ему все еще надо было убить время, он решил потешить себя тарелкой свиных колбасок с репой и кремовой кукурузой в небольшом кафе в квартале от кинотеатра. Он выкурил еще одну сигарету, выпил чашку кофе до последней капли, немного позаигрывал с рыженькой официанткой, и та втайне от босса принесла ему кусок пирога. Затем Джон Партнер заплатил по счету и ушел.
На следующем перекрестке государственных дорог под светом звезд и полумесяца он снова направил свой автомобиль в сторону Фригольда.
Не давай этому человеку ни цента.
Несправедливость этих слов почти заставила его заплакать, но лицо его осталось невозмутимым — на нем не отразилось ничего, кроме решимости, а глаза были сухими, как прерия.
Судя по наручным часам, время перевалило за девять вечера, когда Джон Партнер свернул со Стейт-Роуд 60 и остановился примерно в тридцати ярдах от грунтовой дороги, ведущей к дому Эдсонов. Он подумал, что ему нужно действовать быстро на случай, если рядом остановится полицейский патруль, но сегодня он уже видел, что на этом участке дороги
Он взял детскую бейсбольную биту запасной бак с топливом и направился к дому.
В доме Эдсонов было много света. Похоже, это были фонари, и каждый из них в отдельности давал слабое освещение.
Электричества нет, — понял Джон Партнер и направился к амбару. Дверь оказалась не запертой. — Что ж. Тем лучше.
Войдя внутрь, он щелкнул зажигалкой. Недавно ощенившаяся собака мгновенно вскинулась на своем красно-черном пледе и начала рычать, но шестеро щенков, которых она кормила, требовательно тянули ее вниз. Перед тем, как собака сумела все же освободиться и атаковать, Джон Партнер нанес ей удар битой по голове. Вторым ударом он добил ее, вложив в это движение все свои силы — просто для уверенности. Затем он посмотрел на то, что натворил, и лишь утвердился в своем намерении закончить начатое.
Он накрыл щенков горстями соломы.
Налил бензин.
Его зажигалка вспыхнула.
В красном свете ее пламени Джон Партнер больше не походил на ангела. На мгновение показалось, что пламя осветило то лицо, что находилось под ангельской маской, а Джону Партнеру вовсе не хотелось демонстрировать это лицо широкой публике.
Он поднял последнюю горсть соломы и коснулся ее огнем.
— «J-o-d-i», — тихо произнес он. Глаза его были мертвыми.
Он бросил горящую горсть соломы на пропитанных бензином щенков и промокшее одеяло рядом с телом их матери. Пламя занялось, сопровождаемое жалобным визгом. Оно взметнулось так высоко, что едва не опалило брови и кудрявые светлые волосы Джона Партнера, но он вовремя отступил.
Неважно, насколько ему хотелось остаться и посмотреть, как горят эти мелкие твари — пришло время выбираться. Но он оставил бейсбольную биту. Джесс найдет, как ее использовать.
Джон Партнер вернулся к своей машине, чувствуя, как тяжелый груз спадает с его плеч. Теперь ужасная несправедливость была улажена, его честь была восстановлена. Он убрал бак с бензином в багажник, и — все еще имея при себе множество экземпляров Золотого Издания Библии — уехал прочь, в темноту.
2
— Сколько вы планируете оставаться у нас, мистер Партлоу?
— Не могу точно сказать. Мне может повезти.
— Хм? Что вы имеете в виду?
Джон Партлоу встретился взглядом с серыми глазами, поблескивающими за стеклами очков. У старика было волевое лицо с россыпью возрастных пятен на лбу и седыми бровями — мохнатыми, как веники.
— Механик в гараже — он представился Генри — сказал мне, что он как можно быстрее доставит из Шривпорта нужную для моей машины запчасть. Он обещал это сделать в течение трех дней, если все будет хорошо.
— Я знаю Генри Балларда. Хороший работник, но он имеет особенность все преуменьшать. Думаю, за время пребывания у нас вы успеете хорошо отдохнуть. Хотя… — он помедлил, — все зависит от того, какая именно запчасть вам нужна.
— Увы, мне нужен новый карбюратор. Моя машина сломалась примерно в пяти милях отсюда, пришлось тащить ее на буксире. Если бы мне не посчастливилось остановить грузовик, я бы все еще стоял на обочине!
— Хм, — протянул старик, представившийся Гровером Невинсом, пока его жена Хильда маячила позади него, старательно делая вид, что не вслушивается в разговор. Чета держателей пансионата находилась за черной лакированной стойкой, на которой Джон Партлоу только что расписался в журнале регистрации.