Слуга Государя
Шрифт:
— Ах… спасибо за разрешение, — произнесла принцесса, все еще лежащая на земле.
Ее немедленно, в несколько пар рук подняли и освободили, не переставая рассыпаться в многочисленных извинениях.
Провожая взглядом уезжающий автомобиль, майор задумчиво произнес, вспоминая бородатый анекдот времен коммунистической Америки:
— Я не знаю, кого они там везли, но водителем там Романова.
— Чертовщина какая-то… — пробормотал Игорь Сергеевич Громов, майор полиции, приписанный к Центральному Управлению
— Вы о чем, Игорь Сергеевич? — спросил его ассистент Никита.
— Обо всем этом… словно драматическое представление превратили в детский сад, выступление ясельной группы Колокольчик.
— Не понимаю я ваших шуток, Игорь Сергеевич.
— Да какие уж тут шутки… возьмем например вот этот случай. У террористов все-таки был мастер и какой! Малевич Каземир Антонович и его знаменитый Дар. Рисуешь портрет человека, закрашиваешь Силой в черный квадрат и хоп, тот мертв. Стоило бы ему дорисовать квадрат Силы и вся Гостинка бы провалилась в ад! Но вместо этого мы стоим и пялимся на его труп. И это только цветочки! А ягодка вот она!
Он продемонстрировал запечатанный пакетик вещдока с пулей внутри.
— Рунические боеприпасы! Кто-то только что выстрелил военным бюджетом маленькой африканской страны! И что же это значит, Никита Иванович?
— Что?
— Неизвестный снайпер, среди бела дня, пристрелил «мастера»! И десятки, сотни глаз и ушей ничего не видели и не слышали! Что это за чудо-оружие такое? И кто стрелок? Очередная загадка без ответа.
— Господин майор, — окликнул его криминалист, — вам надо это увидеть. Но предупреждаю, зрелище крайне… мерзкое.
— Да что я, трупов не видел… — проворчал следователь.
— Это не… сами посмотрите.
— Да… — протянул озадаченно полицейский, выходя на свежий воздух. — Это определенно не труп…
— Майор Громов? — осведомился подошедший к нему офицер в форме ИСБ и хлопнул перед ним удостоверением. — Полковник Исаев, Владимир Александрович. Расследование переходит к нам. Возражений, надеюсь, нет?
Полицейский и имперский агент смерили друг друга взглядами, но Громов неожиданно улыбнулся и хлопнул его по плечам.
— Прекрасно! Замечательно. А я уже думал, что вы, ребята, не появитесь и весь этот геморрой придется на мой зад. Удачного расследования, Владимир Александрович. Поверьте, удача вам потребуется.
— Э… — протянул удивленно полковник, явно не ожидавший подобной реакции.
— Что, не верите? А вы загляните в ту комнату.
Полковник нагнал Громова уже на выходе.
— Игорь Сергеевич, возможно я погорячился.
— Ну что вы, Владимир Александрович, — откликнулся полицейский. — Уверен, раскрытие ментального изнасилования насильника, что теперь истекает под себя семенем, самым положительным образом скажется на вашей карьере. Что я забыл? Кучу трупов от неизвестного стрелка-виртуоза? Исчезнувшего Пса Куланна? Убийство Малевича? А сколько открытий чудных вам готовит завтра? Не передать словами. И да пребудет с вами Сила. Она вам
— Ах, мой господин, я так испугалась, — ворковала Мэв, повиснув на руке мужа.
— Я же говорил, не называй меня так, — ворчливо произнес Джон Маккейн. — И уже можно не претворяться.
— Я не притворяюсь, — надула она прелестные губки.
— Да-да. И магию на том несчастном парне ты не использовала…
— Он хотел взять меня силой!
— И все же хорошо, что ты меня послушалась и кровавую баню удалось предотвратить. Иначе мы бы не выбрались из страны живыми.
— Пф.
— Лучше давай подумаем, куда направимся дальше.
— Думаю, стоит навестить Лувр. Если катализатор найдется там…
— Наша мечта станет явью. Белфаст падет. Ирландия станет единой.
— Все ради тебя, мой дорогой…
«Мастер».
Глава 49
— Живой, — с облегчением выдохнул Александр Васильевич, обнимая внука, вышедшего из машины.
— Да я же сразу написал, как связь появилась, — напомнил я.
— Мало ли кто твоим телефоном воспользуется, — и следом нас обоих обнял дед Черномор, да так, что кости затрещали.
— Задушите, — тихо возмутился я, попутно морщась от пьяного перегара.
— Рассказывай.
— Потом, сейчас времени мало, — я освободился от медвежьих объятий и наклонился к окну машины. — Спасибо, что подвезли. Не останетесь?
— Мы бы с радостью… — начала было Уварова Ульяна.
— Но нас очень ждут дома, — улыбнулась Мария, она же Снежана Романова, под недовольное бурчание подруги, которая уже представляла себе размер головомойки, которую ей устроят за цирк с покушением и заложниками.
— Кто там у тебя, Миш? — прогудел Черномор, своим немалым весом навалившись на машину и рассматривая двух девиц. — А… знакомые все лица! Ваше…
— Просто Мария, — сверкнула улыбкой Мария.
— Да-да, та самая лихая дева, что так усердно колотила моих воспитанников, — подхватил «игру» Черномор.
— Всего лишь урок воспитания маленьким медвежатам.
— Чтобы знали свое место?
— Все, нам пора! — оборвал я светские разговоры, пока завуалированные фразы и пьяный язык не создали взрывоопасную смесь скандала, и подтолкнул двух грандов ко входу в здание.
— Порви их всех! — крикнула напоследок Ульяна.
— Обязательно, — махнул я рукой и получил напоследок воздушный поцелуй.
— Хо… — прищурился дед. — Девушка?
Я бросил взгляд на замершую блондинку, открыл рот и сам ненадолго замер в нерешительности. Потом еще раз подумал, стоит ли заявлять подобное в присутствии двух грандов и имперской принцессы. Не то чтобы я боялся… или не был уверен… так, к черту сомнения.
— Девушка, — кивнул я.
— Хы-хы-хы… — дружно заулыбались два старика.