Слуга Государя
Шрифт:
— Магнум пятидесятого калибра, один запасной револьвер, упаковка патронов к нему, — перечислил окончательный набор герр Кох. — Всего три тысячи девятьсот рублей.
— Довольно дешево, — хмыкнул мистер Маккейн. — Даже несмотря на цену в рублях.
— Это родовой магазин, плюс скидка из-за чрезвычайной ситуации.
— Скидки это хорошо, — растерянно отозвался Джон, шаря по карманам.
— Что-то не так?
— Похоже, что деньги и карта остались у жены…
— Я оплачу, — предложил
— Не стоит, юноша. Принимаете чеки?
— Конечно, мистер…
— Джон Маккейн.
Фридрих Кох удивленно моргнул.
— Неудивительно, что ваше лицо мне показалось знакомым. Тот самый Маккейн?
— Михаил, я удивлен, что вы не знаете Пса Куланна.
— Что? — удивился я.
Кухулин? Слуга? Нет, не может быть. Слишком старый, слишком… человечный, вот более подходящее слово. Да и герр Кох обращается так, словно знает эту персону много лет.
— Я не горжусь этим прозвищем, — поморщился ирландец.
— Если вы сделаете благодарственную надпись с фотографией, все покупки для вас бесплатны, — торговец сделал предложение, от которого нельзя отказаться.
Отчасти понимаю. Пиар штука бесценная.
— Не боитесь, что я тогда унесу с собой половину магазина? — усмехнулся Джон.
— Напротив, мистер Маккейн, это станет для меня наилучшей рекламой. И потом, перегруз багажа в самолетах очень дорого стоит.
— Это да, в противостоянии «тяжеленная железяка против миленького платья» моя жена одержит сокрушительную победу.
Вообще-то фирменные магазины обладали службой доставки, которая могла переслать товар хоть в другую страну. Но я благоразумно придержал эту мысль при себе. Нет смысла портить отношения с Фридрихом, да и мистеру Маккейну нет большой пользы от кучи обычных пушек. А вот оптовые поставки армейского вооружения тема уже совершенно отдельного разговора.
— Итак, юноша, каков план? — спросил Джон, расставляя десяток патронов к револьверу на столе.
— Провести разведку, спасти заложников, смыться, чтобы не получить за излишнюю инициативу.
— Не очень подробно.
— Как говорил один человек, ни один план не выдерживает встречи с противником, что уж говорить о неожиданном союзнике.
— Хорошее замечание, — усмехнулся Маккейн.
— Что вы делаете? — заинтересовался я странными манипуляциями ирландца.
Он попросил у торговца маленький скальпель и наносил на металлическую поверхность патронов крошечные символы собственной кровью.
— Если кратко, то создаю аналог рунических патронов на магии крови.
— Вау… — дружно удивились присутствующие.
— Кустарщина и трата денег, — пренебрежительно отмахнулся Джон. — Металл не тот, кровь держит Силу всего несколько минут, да и той же Силы потребляет просто немеряно. Ствол револьвера выдержит в лучшем случае десяток выстрелов. Но в текущей ситуации… сойдет.
И все равно интересная техника. Квин, а ты так можешь?
«Бессмысленно.»
Поясни?
«Ирландец
Как видимо и его оружие, оставшееся в отеле. С ним мастер дистанционного боя превращается в ходячую ракетную установку.
«Пф. Я лучше.»
Учитывая артефактный МПД — не сомневаюсь.
— Итак, юноша, — усмехнулся ирландец, нанося на лицо боевую раскраску собственной кровью. — Сейчас ты узнаешь, почему меня называют Псом Куланна. Насчет разведки…
Заложников согнали во внутренний дворик здания. Казалось бы, это грубейшая ошибка террористов, открывающая возможность для наблюдения и атаки с воздуха. Но первые попытки полицейского спецназа прощупать обстановку наткнулись на мощный барьер, снижающий возможности одаренных до уровня «воинов». А потом их встретили «Белые тигры», что стало огромным сюрпризом для полицейского начальства.
Намерение террористов в отместку устроить показательную казнь нескольких заложников предотвратили чудом. И этого чудотворца звали Котомий Кирилл — обычный священник базилики Святой Екатерины, что пришел сразу, едва услышав звуки стрельбы. Именно ему удалось уговорить отпустить беременную женщину и нескольких раненых, и поэтому даже прибывшие генералы ИСБ были вынуждены с ним считаться. Потому что дальше и без сложная ситуация продолжала ухудшаться.
В южной части Гостиного двора периодически раздавались выстрелы и с каждым разом настроение лидера террористов, опознанного как известного националиста Глеба Киреева, становилось все хуже.
— Я уверяю вас, господин Киреев, имперские власти не имеют к этому никакого отношения, — пытался утихомирить его священник. — Клянусь Создателем!
— Ты думаешь я верю в твои проповеди, святоша?! — орал взбешенный Киреев, размахивая пистолетом рядом с головой плачущей от страха женщины. — Кто-то убивает моих людей! И кто-то должен понести за это наказание!
— Если вам так хочется кого-то наказать — я в вашем распоряжении, — приглашающе развел руки Кирилл. — Но прошу вас, отпустите невинного человека.
— Ты думаешь, я не выстрелю в священника? — оскалился террорист, навел оружие на него и взвел курок.
Он не выстрелил. Прежде, чем он успел опустить палец на спусковой крючок, прилетевшая словно из неоткуда пуля разнесла его голову вдребезги.
— Все так странно, — произнесла Уварова Ульяна, прижавшись ко мне плечом.
— М?
Мы сидели на гостевом диванчике в одной из секций Гостиного двора. Почти наедине, лишь в отдалении Джон Маккейн возился с оружием, производя последние приготовления. Слуга Виктория Квин и Снежана «Мария» Романова, оператор МПД Ратник отсутствовали, отправившись занимать позиции согласно плану.