Слой-2

Строгальщиков Виктор Леонидович

– Вы приезжий? – спросила женщина.

– А что так? – удивился Кротов.

– Московские не подают. Спасибо, мужчина. Дай вам Бог здоровья.

Женщина поклонилась слегка и стала в очередь за Валентином Сергеевичем. Потянуло дождем, столики у ларька были без навесов, и когда «белорус» принес новую водку, Кротов проглотил ее махом, жевнул шашлыка и отошел в сторону, под козырек торговой палатки, прячась не столько от дождя, сколько от женщины в пальто-реглане, осторожно шедшей к их столику с полной тарелкой чего-то густого; это

было уже слишком.

Прошарахавшись с час между торговых рядов и ничего не купив, Кротов тем не менее пришел в благостное духорасположение. Продолжавшийся дождь совсем не мешал, и «белорус» оказался приятным попутчиком, знающим толк в товарах и ценах. Завершая большой рыночный круг, они снова выпили водки у знакомого ларька и побрели к гостинице.

Было начало четвертого. Кротов предложил прогуляться подальше, до магазина «Охотник», но Валентин Сергеевич отказался: промок и хочет спать. Кротов отправился к «Охотнику» в одиночестве, передав «белорусу» ключи от номера и попросив не запирать дверь изнутри, ежели тот действительно вознамерится спать.

В охотничьем магазине он перевертел в руках с дюжину великолепных карабинов, один красивее другого, не чета конфискованному старью «СКС», хотя и понимал, что это игрушки, а «СКС» был оружием. Продавец подавал «стволы» вежливо, но с прохладцей: сознавал, что Кротов ничего брать не будет – так, развлекается.

От нечего делать и ради приличия Кротов купил охотничий жилет наподобие десантного, с камуфляжной раскраской и кучей карманов, сунул сверток под мышку и вернулся в гостиницу около четырех с мыслью подремать вполглаза до Юриного обещанного приезда. Дома, в деловой тюменской круговерти, поспать днем, после обеда, было несбыточной роскошною мечтой.

«Сейчас проверю, как у соседа с храпом», – шутействовал Кротов, когда осторожно открыл дверь гостиничного номера и увидел направленный ему в живот автоматный ствол.

То есть вначале, конечно, он увидел незнакомого высокого парня в спортивном костюме «адидас» с косыми лампасами на штанинах. Парень стоял в углу номера, заслоняя собой мерцавший экран телевизора, и смотрел в лицо Кротову. В руках он держал короткий десантный автомат с пластиковым рожком – плохой магазин, ненадежный, патрон идет наперекос, дурак, о чем я думаю! – и нацелился Кротову в пояс.

Парень глянул куда-то в глубь комнаты и утвердительно кивнул головой. Чужой мужской голос произнес:

– Пусть заходит.

– Какого черта? – сказал Кротов, прикрыл за собой дверь и вошел в комнату.

Валентин Сергеевич сидел на кровати, отвалившись спиной на подушку и раскинув ноги в трико и белых носках. Во всю левую щеку «белоруса» расплывалось багровое пятно. «Ну уж нет», – подумал Кротов и сказал:

– Что вы себе позволяете?

– Вы здесь живете?

Чужой голос принадлежал пожилому крепкому мужчине с коротким ежиком седых волос. Седой держал в руках паспорт и служебное удостоверение «белоруса».

– Да,

я здесь живу. А вы?

– Ваши документы, пожалуйста, – сказал седой. Спортсмен шевельнул автоматным стволом.

Кротов уже догадывался, что это не бандиты, и властно-вежливые манеры седого – не просто игра на публику. Он достал из кармана паспорт и протянул его седому.

– Присядьте.

Кротов остался стоять, скрестив руки на груди.

– Вы были сегодня в корейском буфете, Сергей Витальевич? – спросил седой.

– Да, были. А что?

– Ваша компания вела себя непристойно и угрожала оружием владельцу буфета.

– Это не наша компания, – сказал Кротов. – Мы пришли отдельно и сидели отдельно.

Седой посмотрел на спортсмена, тот молча кивнул головой.

– Но ваш партнер был за общим столом.

– Да, был, его пригласили. Ненадолго.

– Вы знали этих людей?

– Я – нет. Валентин Сергеевич знал одного.

– Фамилия.

– Сейчас, минуточку...

– Лип-пицкий, – прохрипел с кровати «белорус».

– Точно, Липицкий, – подтвердил Кротов.

Седой раскрыл маленькую записную книжку и сверился с записями.

– Правильно. Ещё фамилии вам известны?

– Нет, – твердо сказал Кротов.

– Губайдулин? Скрытченко? Бахарев? Евдокимов? Кандур?

– К-Кандур, – повторил Валентин Сергеевич. – Снабженец из Юганска.

– В каких номерах живут?

– Понятия не имею, – ответил Кротов.

– Т-там визитка, – выговорил «белорус» и указал пальцем в нагрудный карман висевшего на спинке стула пиджака. Седой достал оттуда белый кусочек картона и массивное удостоверение с гербом и золотыми буквами. Раскрыв «корочки», седой хмыкнул и с интересом посмотрел на «белоруса».

– В следующий раз, Валентин Сергеевич, будьте разборчивее в знакомствах. Вы думаете, вашему президенту понравится, если он узнает, как развлекается в Москве его консультант?

Валентин Сергеевич всплеснул руками и уронил подбородок на грудь. Седой положил документы на тумбочку, повертел перед глазами белую «визитку».

– Кандур Игорь Львович, восемьсот пятый... Вперед.

Спортсмен с автоматом опустил ствол и прошел к двери, слегка задев Кротова твердым плечом. Седой двинулся следом, не удосужившись прикрыть за собой дверь. Кротов достал из кармана мокрого плаща сигареты, сжал их в кулаке и в четыре широких шага вылетел в коридор.

– Вы бы хоть извинились, – сказал он в спину уходящему.

Седой прекратил движение и обернулся.

– За что, позвольте спросить?

Кротов смотрел в глаза седому, на ощупь выуживая сигарету из пачки. Спортсмен с автоматом замер у лифтовой двери.

– За что извиняться? – негромко сказал седой. – Ваш друг принимал участие в коллективном издевательстве над стариком, а вы сами доблестно сбежали, не так ли, Сергей Витальевич?

– Все правильно, – сказал Кротов. – Только зачем вы соседа ударили?