Сломленная
Шрифт:
***
— Ну что ж, удачи вам с родными. — Мирослав в последний раз улыбаются, и они расходятся по разным сторонам аэропорта.
— Спасибо, — в ответ кивает рыжеволосая.
Ей казалось, что на родной земле станет легче, но нет. Еще тревожнее. Сердце словно обезумило, стучит сильно и быстро. Волнительно. Хочется развернуться, купить билет и улететь. Снова. Еще на пару лет. Потому что еще не готова встретиться с реальностью.
Виталина собирает всю волю в кулак и выходит из здания аэропорта. За стенами сгущаются сумерки. Небо раскрасилось яркими красками
Она практически сразу ловит такси. И не знает куда поехать. Домой? И что сказать, когда увидит отца и мачеху? Рыжеволосая с легкостью может представить гневный взгляд родителя и презренный мачехи. По телу пробегает дрожь. А что сказать сыну? Я твоя горе мамаша, которая принудительно бросила тебя после родов? Это твой дед злодей, а я ни в чем не виновата. Но ведь виновата. Ведь бросила. Не боролась. Девушка встряхивает головой, будто пытается выкинуть тревожные мысли. Нет, она еще не готова заявиться в дом. Поэтому просит водителя отвезти в хороший отель.
Ехать по городу, наблюдать за улицами и прохожими, та еще пытка. Это ее родной город. Здесь родилась и выросла. Здесь похоронена мама. Здесь впервые влюбилась и родила. Она проезжает мимо знакомых мест, которые практически не изменились. Всё, как и раньше. Только теперь Ви совсем другая. Взрослая, хотя все такая же глупая.
В отеле она снова немного волнуется. Ведь у нее фальшивые документы. Ладони предательски потеют. Глаза беспокойно бегают, но все проходит благополучно. Ви заселяется в скромный номер, хоромы ей сейчас не нужны. Первым делом идет в душ. Нужно смыть дорожную пыль. И чертовы мысли. И как Лекс со всем этим справляется? Уже не однократно всплывает в голове.
За окном глубокая ночь, а сон никак не хочет приходить. Девушка вертится и крутится. Идея позвонить Лекс по видео звонку приходит внезапно и тут же приводится в исполнение. Они не виделись чуть меньше суток, а она уже соскучилась по ней. Лекс стала ей сестрой. Она знала всю историю Ви и никогда ее не осуждала. Только спокойно гладила по волосам, когда у Виталины случалась очередная редкая истерика. Порой, она уставала быть жизнерадостной, и нужно было выплеснуть накопившиеся эмоции.
Гудки идут медленно. Один, второй, третий. И вот уже на нее смотрит болезненно бледное лицо подруги. Видно, как та вымотана и устала. Впрочем, как и она сама.
— Привет.
— Привет.
— Как ты?
Рыжеволосая видит, что плохо. Видит темные круги под глазами, усталость и безразличие в тёмно-карих, почти черных глазах. Другого она и не ожидала.
— Я справлюсь.
Лекс даже и не пытается скрыть как ей плохо. Точно не перед Ви выпендриваться, показывая силу воли, которой, в принципе, нет. Этот человек видел и не такое.
— Записалась на прием к доктору и… — она замолкает ненадолго, — и хочу попробовать себя в роли волонтера в приюте для собак. Десять минут ходьбы от дома.
— Ты молодец. Я горжусь тобой.
И это действительно так. Зеленые глаза загораются неподдельной радостью и гордостью. Самый главный
— А ты как?
Тишина. Они смотрят друг другу в глаза и ответ не нужен.
— И я справлюсь.
Виталина тяжело вздыхает. Ей эти сутки дались нелегко. Алексия понимающе кивает, ободряюще улыбается. Верит, что обе справятся.
— Ты где сейчас?
— В отель заселилась час назад.
— Какой твой план?
Ви вздыхает. Молчит. Смотрит мимо камеры. За все это время к ней в голову не пришло стоящей идеи.
— Я не знаю с чего начать.
— Может разговора с отцом?
— Может быть.
— В любом случаи, знай, я на твоей стороне и поддержу любое твое решение.
— Знаю. — Улыбается рыжеволосая. — Спасибо, тебе.
— Брось, кто если не мы сами будем поддерживать друг друга.
— Ты сегодня на удивление права.
— А ты сегодня на удивление тихая.
— Я и не думала, что родной город может так вымотать. Он будто высасывает из меня энергию. Боюсь представить, что будет в доме.
— Намного хуже, — грустно хмыкнула брюнетка.
— Звучит ободряюще.
— У вас там ночь. Не спится?
— Совсем. — Вздыхает Ви.
— Постарайся отдохнуть. Люблю тебя.
— Хорошо. И я тебя. Позвоню завтра.
— Спокойной ночи.
Они улыбаются друг другу и прекращают видео звонок.
Виталина в миллионный раз вздыхает. Моральный подъем ушел в минус. Настроение там же. Сила воли вообще забилась в уголок и скулит. От былой решимости ничего не осталось. Но она не собирается сдаваться. Она безгранично благодарна Алексии, которая дала ей этот нужный пинок под зад. Ви еще не скоро бы, додумалась сделать фальшивые документы и вернуться в родные края. Она очень сильно боится отца. Мужчина никогда не бросает слов на ветер, а оказаться в психушке напичканной таблетками до смерти не хочется.
Ви уже устала размышлять о поведении отца. Устала задавать вопрос «за что?». Она просто устала. Хочется обычного женского счастья со своим ребенком, перед которым ей и за всю оставшуюся жизнь не искупить вину. Для него она чужой человек. Она не видела первые шаги, не слышала первые слова. Не обнимала когда, болел животик, когда лезли зубки. Не купала, не целовала. Она ничего не делала. Возможно, когда-нибудь Богдан и простит ее, но Ви себя — никогда.
Глава 2. Неудача
Настроение отвратительное. Всю ночь прокрутилась на кровати, так и не смогла уснуть. Какой может быть сон, когда нервы откровенно сдают? Хочется то ли плакать, то ли выть, то ли скулить побитой собакой.
Она так боится предстоящей встречи. Боится оказаться в психушки, так и не увидев своего ребенка. Ее отец очень влиятельный человек и слов на ветер не бросает. Так что да, паника была не без основательной.
Виталина к утру более или менее обдумывает свои действия. Поэтому встав с первыми лучами солнца, приступает к сборам.