Сломанный Компасс
Шрифт:
Миша повернулась, и я начал замедлять шаг, опуская голову, чтобы наши взгляды встретились. Я хотел полностью сосредоточиться на этом разговоре.
— Связь между вами так и не укрепилась?
Я действительно не знал, что на это ответить. По правде говоря, наша связь так и не достигла того уровня, которого я ожидал. Мы с Кардией делили постель, делились мыслями и разговорами, но… в моей паре была холодность, которая меня не устраивала. Даже когда мне пришлось отправиться в Волшебную страну на поиски Джессы, я не горевал о том, что покидаю ее. Теперь я осознал
— Черт… я никогда не думал о ней как о стае, — пробормотал я. — Вот что было не так. Мои братья, Джесс и вы все — товарищи по стае или гнезду для моего вампира, но он так и не принял ее.
Миша кашлянула, и я увидел, как ее щеки снова заливает румянец.
— Ты считаешь меня членом стаи?
Прежде чем я успел ответить, она сказала:
— Я не часто встречала настоящих партнеров, но, судя по Джесс, Брексу и моим родителям, кажется, что в отношениях между тобой и Кардией было что-то серьезно неправильное. Есть ли какой-нибудь способ выяснить почему?
Черт, похоже, Брекстон был прав. Мне не нравилась мысль о том, что моя жизнь и эмоции были испорчены. Кардия была моей настоящей парой, и что-то стало причиной разрыва? Или эта связь была каким-то образом создана, чтобы я поверил, что она — моя пара? Почему это могло случиться? Чем закончилась игра Кардии, которая проникла в мою жизнь?
— Могло ли это быть связано с Живокостью? Или с его дочерьми? — спросила Миша, каким-то образом уловив ход моих мыслей. — Могли ли они использовать Кардию в качестве «человека внутри»? Дочери Живокости действительно многое знали о нас. Они использовали эту информацию, чтобы заставить меня согласиться с их планом. В то время я этого не понимала, но, оглядываясь назад, вижу, что они точно знали, на какие эмоциональные кнопки нажимать.
Я замер, все мое тело напряглось. Рычание снова сотрясло меня, но на этот раз я позволил ему вырваться наружу, поскольку ярость бурлила, как извергающийся вулкан.
— Ты хочешь сказать, что, возможно, все это было сделано для того, чтобы убедиться, что ты — одна, чтобы они могли использовать тебя, издеваться над тобой, манипулировать тобой и почти убить тебя, зная, что на твоей стороне не будет никого, кто смог бы тебя защитить? Что Кардия была подставой, чтобы занять меня, пока будет твориться все это дерьмо?
В этот момент я закричал, что было глупо, но я не мог себя контролировать. Если бы Миша умерла в румынской тюрьме, наш ребенок тоже бы умер. Ребенок, о котором я бы никогда не узнал. Сама мысль о том, что я мог потерять их обоих в тот день, была невыносима для меня.
Миша вывернулась из моих объятий, и, хотя я этого не хотел, я позволил ей встать на ноги.
— Я не знаю, Макс. Это кажется слишком экстремальным, просто чтобы убедиться, что я нахожусь в уязвимом положении.
Мои удлинившиеся клыки снова заставили меня шепелявить. Мне нужна была кровь и поменьше ярости. Моего вампира сейчас было не так-то легко усмирить.
— Потому что они знали, что я был к тебе ближе всех. Ты полагалась на мое руководство, когда Джесс была занята Брекстоном и другими своими проблемами, отмеченными драконом.
Миша замолчала. Я видел, как дрожат ее конечности, слышал учащенное биение ее сердца, когда она пыталась взять себя в руки. Не в силах сдержаться, я обнял ее, притягивая к себе. Мой размер не позволял ей двигаться, но по какой-то причине мы идеально подходили друг другу. Кардия была слишком маленькой, и нам было нелегко обниматься. Но Миша… она была само совершенство.
— Мы разберемся с этим, — пробормотал я. — Я собираюсь докопаться до сути того, что, черт возьми, произошло со мной в убежище. У Кардии были вампиры-партнеры по гнезду. Возможно, они смогут рассказать мне кое-что из прошлого. Я никогда не узнавал о ней так много личного, она была очень сдержанна в отношении информации. Я никогда не давил на нее, потому что на самом деле мне было все равно. Я понятия не имел, откуда она родом, за исключением того, что большую часть своей жизни она провела в убежище из-за метки.
Дрожь Мики утихла, когда я обнял ее. Когда она отстранилась, на ее лицо вернулось свирепое выражение.
— Макс, на нее не действовал призыв короля-дракона. Я знаю, мы думали, что это из-за ее связи с тобой и вашего призвания победить короля, но что, если у нее никогда не было метки дракона? Эта метка могла быть татуировкой или каким-то волшебным образом закрепиться на ней. — Ее брови приподнялись, а бездонные глаза затуманились. — Такое ведь может случиться, правда? Магические татуировки и все такое?
Я кивнул.
— Да, это определенно может случиться. Ей было бы легче всего подделать метку. Как она прошла через двери убежища — это гораздо более серьезный вопрос.
Мое сердце дрогнуло. Чувство нелояльности было сильным в моем разуме и теле. Расспросы о Кардии были предательством нашей связи, но в то же время я был бы идиотом, если бы не задался вопросом о проблемах, которые были в наших отношениях. В то время было легко не обращать внимания, особенно когда столько всего происходило, но теперь… Что ж, я собирался все выяснить.
Мне потребовалась секунда, чтобы успокоиться, воспользовавшись тишиной природы, запахом леса, криками животных вокруг меня. Я не был уверен, стало ли мне лучше или хуже. Тот факт, что брачными узами, возможно, манипулировали, означал, что я был не просто холодным, бесчувственным ублюдком по отношению к своей паре, но это также означало, что какой-то мудак испортил мою жизнь и мою стаю. Они причинили невыразимое горе. Я мог пропустить рождение своего ребенка. Если бы Джесса не настояла на моем возвращении, и если бы у меня не было обязанностей перед моими братьями и нашим городом, я сомневаюсь, что вернулся бы домой надолго.