Сломанные девочки
Шрифт:
Он быстро взглянул в ту сторону, куда она указывала.
– Это учительский корпус. Боюсь, я не могу провести вас туда. Его несколько раз затапливало, полы полностью прогнили, поэтому ходить там опасно. Столовой повезло больше, так что мы можем зайти внутрь.
Они двинулись в направлении дома справа от главного здания с очень большими окнами и двойными дверями.
– Все здания в этой школе выглядят по-разному, – заметила Фиона, пока они шли по разбитой тропинке. – Вы что-то знаете о местной архитектуре?
– Почти ничего, – ответил он. – Документов о том, кто строил школу, не сохранилось.
Он
– Если посмотреть вон туда и туда, – он указал рукой в черном рукаве на крышу главного здания, а затем на крышу столовой, – можно заметить, что здания не стыкуются. Из южных окон столовой видна только кирпичная стена главного корпуса. Очень странная конструкция.
– Думаете, постройку планировали в спешке?
– Понятия не имею, – ответил он. – Мы все еще размышляем, как нам быть. Во внутреннем дворе между двумя зданиями был сад, так что прежние владельцы, по крайней мере, пытались что-то с этим сделать. Но там наверняка почти не было света. Непонятно, что в нем выращивали или пытались выращивать.
Когда они проходили мимо, Фиона заглянула в щель между зданиями. И увидела то, что осталось от сада: заросший участок земли, опутанный мокрыми коричневыми лозами вьющихся растений. Солнечный свет падал сюда по касательной, и тени под мертвыми листьями были угольно-черными. Окна обоих зданий слепо уставились вниз.
На двери столовой тоже был электронный замок, и Энтони снова ввел нужную комбинацию. Войдя внутрь, Фиона поняла, что представляла себе столовую как иллюстрацию из «Гарри Поттера» – высокие готические потолки, мягкий свет свечей. Но столовая Айдлуайлда была совсем другая. Штукатурка была сырой от плесени, стены покрыты пятнами влаги, такими темными, что в полумраке они напоминали потеки крови. Вдоль стен стояли тяжелые исцарапанные деревянные столы. Некоторые из них сбились в кучу, один был перевернут, и его ножки торчали вверх, словно кости из открытого перелома. Через голые окна внутрь проникал серый, резкий солнечный свет, ярко выделявший каждую деталь. Если классы казались просто заброшенными, то в этом помещении стояла атмосфера апокалипсиса, как будто здесь произошло нечто столь жуткое, что даже невозможно вообразить.
Фиона медленно вышла в середину зала. По шее у нее бежал холодок. Внезапно ей расхотелось делать фотографии – да что там, даже находиться здесь.
Она взглянула на Энтони и поняла, что он чувствует то же самое. Казалось, его вот-вот стошнит.
Он откашлялся, снова достал из кармана платок и начал свой рассказ:
– Кухня сохранилась в достаточно хорошем состоянии. Разумеется, технику нужно будет заменить, а полам и стенам требуется ремонт, но основа останется прежней. Мы надеемся открыть здесь кафетерий для учениц.
Фиона подошла к одному из окон. Он правда думает, что кому-то захочется здесь есть? Ее замутило от одной мысли об этом. «Люди всегда считали, что в школе живут привидения», – говорил Джейми. Конечно, это было всего лишь заброшенное здание, но, стоя в этом месте и глядя на столовую, Фиона понимала, откуда пошел слух про призраков. Сама она, разумеется, не верила в подобные вещи.
Она подняла фотоаппарат, чтобы сделать еще несколько снимков – пора было закругляться, как они договорились, – но ее отвлекло движение в окне. Угол обзора был другой, но вид
– У меня назначена еще одна встреча, – сказал Энтони, стоявший у двери. Он так и не зашел ни в одну комнату, что ей показывал. – Жаль, что мы не смогли провести с вами больше времени.
– У меня осталось несколько вопросов, – сказала Фиона, не отрывая глаз от происходящего на строительной площадке. Черный ковш экскаватора замер; двое мужчин в касках обсуждали что-то, стоя на траве. Затем к ним прибавился третий, а за ним четвертый.
– Можем попробовать встретиться еще раз, но у меня мало свободного времени. – Он сделал паузу. – Фиона?
– Там что-то случилось, – ответила она и показала на строительную площадку через стекло. – Строители перестали работать.
– Возможно, у них просто перерыв.
– Не похоже, что они отдыхают, – сказала Фиона. Четвертый человек поднес к уху телефон, а со стороны поля для хоккея в сторону всей компании торопился пятый. Видно было, что он встревожен.
– Кажется, они вызвали прораба, – предположила она.
– Откуда вам это знать?
Фиона нутром чувствовала, что что-то неладно. Она смотрела на мужчин, которые стояли голова к голове, напряженные и взволнованные. Один из них быстро отошел к кустам, зажимая рукой рот.
Затем в отсыревшей тишине столовой зазвонил телефон Энтони.
Фиона даже не посмотрела в его сторону – ей было достаточно слышать его голос, который с каждым ответом становился жестче и резче. Он выслушал длинный рассказ звонившего и сказал:
– Сейчас подойду, – и повесил трубку.
Фиона повернулась. Он стоял очень тихо и смотрел вдаль – мужчина в черном кашемировом пальто в заброшенной комнате. Сунув руки в карманы, он поднял на нее глаза – снова побледневший, на лице написана тревога.
– Они кое-что обнаружили, – сказал он. – Я не знаю… Нечто. В общем, там труп. В колодце.
Время словно замерло, когда Фиона резко выдохнула. Она чувствовала удивление, возможно, даже шок. Но какой-то частью сознания она понимала, что это было неизбежно. И что она не ожидала ничего другого.
«Разумеется, тут должны быть мертвецы. Это же Айдлуайлд-холл».
– Отведите меня туда, – сказала она. – Я могу помочь.
Глава 6
Бэрроне, Вермонт
Октябрь 1950 г.
Она постоянно хотела есть, и это надоедало. Сисси было 15 лет, и она чувствовала голод с утра до ночи. Собственное тело казалось ей пустым, как труба. В Айдлуайлде учениц кормили три раза в день, но все, что Сисси съедала, исчезало, как только касалось ее губ. Ей было стыдно, и не потому, что она была толстой, – на самом деле лишь полноватой, – а потому, что голод заставлял ее мечтать о столовой. Никто не мечтал о столовой, потому что это было ужасное место.