СЛОМ
Шрифт:
Олег ответил, переводя дух:
– Про труд Сизифа вспомни миф ты,
И станет ясно сей же час:
Державе нашей не до нас,
Все силы брошены на Марс,
И не осталось сил на лифты…
Некипелов кисло ухмыльнулся шутке и перегнулся через перила. Этажом ниже к ним подкрадывалась стайка любопытных ребятишек.
– А ну, брысь!- рявкнул лейтенант.
Ребятня с грохотом понеслась вниз по лестнице. Левушкин открыл контроллер и связался с базой:
–
– Положите палец на сенсор, стажер,- потребовала диспетчер.
Олег поспешно выполнил приказ.
– Статус подтвержден,- доложила диспетчер.- Доступ открыт. Работайте.
На экране контроллера появился план, испещренный множеством красных мелких пятен – тепловая карта квартиры.
– Ты словно курсант на первом вызове. Брось этот официоз,- посоветовал Виктор.- У нас так не принято.
– А как принято?
– Надо было сказать просто: «Девчата, мы на месте, дайте ПДС».
– Учту,- заметил Олег.- Однако слушай, лейтенант, я вообще не вижу на сканере ни одного кибера.
– Странно,- удивился Виктор, недоверчиво взглянув на экран,- что за притча такая?.. Ладно, сейчас разберемся…
Он взвалил дезинтегратор на плечо и нажал кнопку звонка. Зрачок видеоглазка подслеповато сощурил лепестки диафрагмы, и дребезжащий старушечий голосок осведомился, «кто там».
– Открывайте, открывайте, бабуля! Службу ликвидации опасных машин вызывали?- спросил Виктор.- Вот мы и приехали!
Бабуля потребовала предъявить документ, сначала в глазок, потом, приоткрыв дверь на длину цепочки, долго рассматривала удостоверение через очки. Наконец, удовлетворенная осмотром, она соизволила отпереть дверь целиком.
Первое, что попадалось на глаза в квартире – это были кошки. Кошки, впрочем, были и вторым, что попадалось на глаза, и даже третьим. Они лежали на вешалке в прихожей, под вешалкой, на диване, на стульях, на шкафах, и просто на полу. По дороге в кухню Олег насчитал их восемь штук, без учета фарфоровых и гипсовых статуэток, которых тоже было немало. Незнакомых людей в тяжелых бронированных ботинках кошки царственно игнорировали. У входа в кухонный блок Некипелов аккуратно отстранил бабулю к стенке и, заглянув внутрь, опустил дезинтегратор, шепотом помянув предков майора непечатным выражением.
– Я его просто пристрелю!- пообещал лейтенант, покраснев от бешенства.- Вот скотина! Олег, ты только глянь!
Левушкин заглянул в кухню через плечо Виктора и не увидел ничего предосудительного, кроме еще двух кошек и самого обычного, докибернетического, кухонного комбайна.
– Чего ж вы встали в дверях-то, сынки?- вопросила сзади бабуля.- Вы его уносить-то будете?
– Кого – «его», бабушка?- тоскливо спросил Виктор.- Вы зачем нас вызвали?
– Дык я это… Я сначала хотела сама его выбросить-то. А потом смотрю, по телевизору-то говорят, что сами, мол, не подходите: вдруг, мол, чего… Говорят, мол, приедут и все ликвидируют, если сломалось, да. А я хотела кошечкам фаршику накрутить, как
Олег тихонько прыснул в кулак. Некипелов же, поборов горячее желание высказать бабуле все, что он думает по этому поводу, мысленно досчитал до пяти, потом еще раз до пяти, потом посоветовал так вежливо, как только был в состоянии, взять бабуле чертов комбайн, донести его до чертова мусоропровода и бросить туда ко всем чертям.
Когда лейтенант, грохоча ботинками по пластиковому паркету, шел обратно к двери, кошки уже не смели его игнорировать, и перепугано шмыгали под шкафы. На лестничной площадке ждала толпа мальчишек. При виде команды ликвидации без единого трофея лица их вытянулись от огорчения.
– Дяденька, а вы что, стрелять из этой штуки не будете?- пискнул кто-то.
Лейтенант поднял стекло шлема и одарил собравшихся таким свирепым взглядом, что мальчишки сочли за лучшее ретироваться на улицу. В довершение всего, из двери выглянула все та же бабуля, только с коробкой. Из-за ног ее, затянутых в полосатые чулки, выглядывали кошки.
– Сынки,- позвала бабуля,- так вы, что ж, ликвидируете мне этот агрегат, али как?
Олег, предупредив ответ лейтенанта, поспешно взял у старухи коробку и прикрыл дверь.
– Ну, я устрою ему ложный вызов!- прорычал Виктор.
Весь путь по лестничному маршу он усердно обкладывал родню майора, до седьмого колена включительно, изысканно-непечатными выражениями. Когда же, под восхищенными взглядами мальчишек упаковав дезинтегратор в багажник, лейтенант бухнулся на водительское кресло, на седьмом этаже вдруг хлопнула балконная дверь, и все тот же старушечий голосок дребезжащим фальцетом вопросил:
– Сынки-и! Забыла спроси-ить, вам котеночка не надо-о?
– Наплюй, поехали,- фыркнул Олег.
– Нет уж, погоди!- не по-доброму захихикал Виктор.- Я на минутку, сейчас…
Лейтенант снова нырнул в подъезд, и вскоре показался оттуда, прижимая к броне маленького черного котенка.
– Знакомься, Левушкин,- уже совсем весело заметил он, снова садясь за баранку,- наш новый сотрудник, Варфоломеюшка. Скажи, похож, да? Такой же мордатый, хе-хе…
– Не, не очень, разве что, откормить хорошенько,- заметил Олег.- Есть новый вызов. Класс первый, красный. Мы ближе всех. Берем?
– Лучше бы третий,- вздохнул Виктор.- Руки чешутся пострелять. Ну, ладно, берем.
– Принято. Два километра до цели, пятьдесят метров, направо…
***
Виктор осторожно вел машину по жилым кварталам, с трудом сдерживая желание прибавить тяги.
– Сто пятьдесят метров, налево,- командовал Левушкин.- До цели километр. Класс опасности первый, красный. Устройство с артикулом Т-25-17-3220, в общем каталоге значится, как игрушка, киберкотенок «Ясахо»… сто пятьдесят метров, направо… Неподчинение командам, неуправляемость с дистанционного пульта… Пятьдесят метров, опять направо… Вероятно вирусное заражение.