Слимперия
Шрифт:
— Да, я не разбираюсь в политике, — Семён почувствовал, что начинает злиться. — Возможно, я и впрямь глупый! Но зато я никогда не применил бы непроверенное колдовство, убивающее колдовство… даже против чужих не применил бы!
— Неужто? — брови Кардинала удивлённо полезли вверх, сонный взгляд прояснился. — Никогда-никогда? Даже если б не было другого выхода? Совсем не было?
— Никогда! — гордо отрезал Семён. — Потому что выход всегда найдётся, даже если его и нету. И вообще: немедленно отдайте мне… нам ваше заклинание!
— А если не отдам? — Кардинал оживился, куда подевалось его безразличие, даже щёки порозовели. — А? Что делать будешь?
— Вызову вас на дуэль! — рявкнул Семён. — Немедленно, сейчас! От этого заклинания зависит жизнь тысяч Миров, наша жизнь! Моя и моих друзей! — Семён в запальчивости вскочил с дивана.
— Ду-у-эль, — насмешливо протянул Кардинал. — Экий ты резвый… Да куда тебе против меня, мальчишка! Дуэлянт, подумать только. Эх, Симеон, Симеон…
— Тогда я вызываю вас на дуэль, — шагнул вперёд Хайк, отодвигая плечом Семёна, — раз вам нужен хороший противник, то сразитесь со мной!
— С клоунами не дерусь принципиально, — сухо ответил Кардинал. — Здесь вам не ярмарка и не балаган, господин чудак.
— Я не клоун! — Хайк гневно упёр руки в бока. — Я — мастер многопрофильного боя из клана Болотной Черепахи, двенадцатый уровень обучения!
— Тем более не буду, — равнодушно сказал Кардинал, меряя черепахового бойца взглядом. — Я против тебя — как Симеон против меня. Не пойдёт.
— Тогда заклинание гони, гад! — завопил Мар, потеряв всяческое терпение. — Если слышишь меня, так гони! А то валяет дурку, понимаешь… Совесть иметь надо, понял?
Кардинал неожиданно расхохотался, до слёз:
— Цирк, сущий цирк! Ну нету у меня того заклинания, понимаете? Нету! Я его составил и записал прямо в книжке первичных заклинаний. А когда увидел, что всё, конец, нет никакой надежды — сжёг ту проклятую книгу! Сегодня утром и сжёг. Вместе с самодельным заклинанием. — Кардинал неожиданно перестал смеяться: промакнув глаза носовым платком, он выжидательно оглядел визитёров.
— Да, жаль, что вы опоздали, очень жаль. Ещё вопросы есть? — Семён отрицательно покачал головой. Говорить с Кардиналом ему было не о чем.
— Тогда прошу вас покинуть помещение, — официальным тоном приказал Кардинал. — У меня неотложное дело, господа. И я хотел бы побыть один. — Он зевнул, протяжно-протяжно.
— Вы негодяй! — сжав кулачки, крикнула Олия. — Вас убить мало! Вы, вы… — она не нашлась, что ещё сказать, лишь тяжело задышала.
— Именно это сейчас и происходит, — мрачно сказал Кардинал. — Я принял перед вашим приходом яд, хороший яд. Мне не будет больно, я просто усну. А после… после откроются все выходы из дворца. Прощайте, юноши. Идите, веселитесь — сегодня праздник, сегодня можно.
— Блеф! — взорвался Семён. — У вас наверняка не одна жизнь в запасе!
— Я не считаю себя вправе жить после всего мной
— Блеф, — неуверенно повторил Семён. — Кардинал?
— Он что, правда себя отравил? — Олия в ужасе схватилась за голову, — Симеон, сделай что-нибудь, скорей! — Семён бросился к Кардиналу, откинул его на спинку стула: глаза у того были открыты, зрачки расширены, в углу рта пузырилась густая пена; Кардинал ещё дышал. Пока что дышал.
— Хайк! — завопил Семён, стараясь поднять тяжёлое, вываливающееся из рук тело, — хватай этого придурка и бегом в бассейн! Кидай его в угол, где стакан лежит, там вода наверняка вся живой стала, макай покуда он в себя не придёт, до упора макай! И напиться его заставь! — Хайк молча поднял Кардинала со стула, перебросил тело через плечо, трусцой вбежал в лифт:
— Симеон, код бассейна!
— А, чёрт! — Семён лихорадочно зашелестел страницами адресной книги. — Где же он, где? Блин, не найду!
— Триста двадцать пять, — быстро подсказал Мар, — я помню.
— Триста двадцать пять, — крикнул Семён Хайку: черепаховый боец нажал кнопки и исчез вместе с умирающим Кардиналом.
— Ффу-у, — Семён утёр пот со лба. — Ну и денёк! Кардинал, бывалый мужик, а поступил как девчонка, которая от несчастной любви димедролом травится. Вот уж чего никак от него не ожидал!.. Мар, а откуда ты номер бассейна знаешь?
— Эта… я… — замялся медальон. — Запомнил на всякий случай, когда ты книжку листал. Мало ли… эта… если тот номерок срочно потребуется.
— Меня оживлять, да? — невесело улыбнулся Семён. — Ты, Мар, сплошная забота и опёка! Ангел-хранитель, ей-ей.
— Да не, — ещё больше засмущался медальон. — Типа если… ну… если ты приватизировать бассейн всё ж надумаешь, чтобы номерок тебе сразу подсказать, для быстрого оформлении документика на вступление в право обладания. С последующей немедленной инвентаризацией объекта. Во как.
— Мар, ты меня убиваешь, — Семён расхохотался, схватившись руками за живот, — заботливый ты наш! Инвен… инвентаризатор хренов! — и рухнул спиной на диван, от смеха стуча ногами по полу. Рухнул и продолжил смеяться во весь голос.
— Симеон, — Олия растерянно заметалась вокруг дивана, не зная, что делать, — Симеон! Прекрати! — но Семён её не слышал, смеялся безостановочно, словно внутри него раскручивалась туго скрученная смеховая пружина — хохотал до тех пор, пока Олия с размаху не влепила ему крепкую пощёчину.