Слезы предательства
Шрифт:
Дмитрий хватает меня за плечо и притягивает к своей груди, и в тот момент, когда его руки обвиваются вокруг меня, я расслабляюсь. Я превращаюсь в неузнаваемый беспорядок.
— Шшш… Я держу тебя, – говорит он, и только тогда я слышу свое собственное сдавленное дыхание. Я чувствую, как мое сердце колотится о ребра, отчаянно пытаясь сбежать от этой извращенной реальности, которая стала моей жизнью.
— Я не могу, – выдыхаю я.
Я не могу с этим справиться.
Дмитрий
— Ты можешь, – говорит он твердым тоном. – Ты сильная, Ариана.
Мое тело инстинктивно поворачивается к Дмитрию, и я обвиваю руками его шею, цепляясь изо всех сил. Утыкаюсь лицом в его шею, рыдания разрывают меня на части, и моя грудь болезненно сжимается.
Дмитрий целует мои волосы, его голос – якорь, который не дает мне утонуть, когда он шепчет:
— Я держу тебя, Малышка. Ты здесь не одна. – Еще один поцелуй, и его руки крепко обнимают меня. – У тебя есть я.
Четыре слова.
Это дает мне достаточно сил, чтобы бороться с бушующим беспорядком внутри меня. Через некоторое время мне удается успокоиться настолько, чтобы перестать плакать, и, слегка отстранившись, вытираю рубашкой слезы с лица.
Поднимая свои испуганные глаза на Дмитрия, я пристально смотрю на него, ища что-то надежное, чему я могу доверять.
Я прокручиваю в голове все, что он мне сказал, и то, как мой отец сказал мне, что я должна доверять только Алексею и Дмитрию.
Теперь я понимаю, почему папа не упомянул Юрия.
Дмитрий похитил меня, чтобы спасти мою жизнь. Я думала, он убьет меня, но вместо этого он защищает меня. В то время как весь мой мир рушится вокруг меня, он единственный, кто держит меня.
Я никогда не чувствовала себя такой уязвимой, как в этот момент. Вся моя судьба в руках Дмитрия.
И точно так же, как и во все предыдущие разы, он читает мои мысли и говорит:
— Со мной ты в безопасности, Малышка. Я тебе не враг.
Я издаю сдавленный всхлип и быстро выдыхаю, подавляя желание расплакаться, а затем выдавливаю из себя слова:
— Слава Богу.
Прижимаясь к нему, я снова обвиваю руками его шею.
— Ты действительно лучший?
Он без колебаний отвечает:
— Да.
— Ты действительно самый опасный, если сравнивать тебя и Алексея?
— Да.
— Хорошо, – я давлюсь этим словом. Проходит пара секунд, затем я хнычу. – Я не знаю, что делать.
Дмитрий проводит рукой вверх-вниз по моей спине.
— Мы обо всем позаботимся.
Я чувствую руку на своем плече,
— Выпей это, малышка.
Отстраняясь, я беру у него стакан воды.
— Просто выпей, – говорит он.
Я делаю, как он говорит, но вместо воды, охлаждающей мое горло, алкоголь обжигает мой желудок, и я начинаю кашлять. Я отодвигаюсь от Дмитрия, сосредотачиваясь на дыхании сквозь жар, затем задыхаюсь:
— Что... за черт… это было?
— Водка. Это поможет тебе успокоиться, – говорит Алексей.
Слезящимися глазами я наблюдаю, как Алексей присаживается передо мной на корточки. На его лице появляется убийственное выражение, когда он говорит:
— Потрать день-два, чтобы все обдумать. Как бы сильно я ни хотел оставить тебя здесь, я не могу. Ты не будешь в безопасности. Ты едешь с нами, и я понимаю, что это будет нелегко, но постарайся подготовиться.
— К чему? – Я дышу, меня охватывает дурное предчувствие.
— К войне. – Кажется, в глазах Алексея мелькает жалость ко мне. – Ты увидишь, как умрут люди.
Боже, как мне подготовить себя к чему-то подобному?
Дмитрий обнимает меня за плечи, затем говорит:
— Этого достаточно.
Алексей кивает и, поднявшись на ноги, делает глубокий вдох, глядя на меня сверху вниз.
— С тобой все будет в порядке, малышка. – Он идет на кухню и, как будто моя жизнь только что не рухнула, говорит. – Ты собираешься приготовить завтрак, пока я не умер от голода?
Дмитрий встает и, взяв меня за руку, помогает мне подняться на ноги. Когда он тянет меня в сторону кухни, я высвобождаю руку.
— Я… Я пойду в свою комнату.
Он поворачивается, чтобы посмотреть на меня, и через секунду кивает. Наклонившись, он запечатлевает поцелуй на моем лбу.
— Я загляну к тебе, как только завтрак будет готов.
— Хорошо. – Направляясь к лестнице, я чувствую, что в голове у меня пусто, а на сердце воцарилась мертвая тишина.
Я захожу в свою комнату и закрываю за собой дверь, затем направляюсь в ванную. Останавливаясь у душа, я кладу руку на стеклянную дверцу и тупо смотрю на ванну.
Юрий хочет моей смерти.
Взрыва эмоций не последовало, и мои слезы высохли.
Мое счастливое прошлое кажется невероятно далеким сном, а на его месте – неузнаваемое будущее, где нет ничего знакомого.
Глава 17
ДМИТРИЙ
Когда над островом опускается ночь, я развожу огонь в камине в гостиной, а затем отхожу в сторону и наблюдаю, как пламя разгорается все сильнее.
Алексей подталкивает меня локтем, и когда я смотрю на него, он протягивает мне стакан.