Слепой царь
Шрифт:
— Живой, живой. Куда я денусь. Это вы тут воевали, а я валялся без памяти.
— Подошёл Кожемякин с Кичиро Кумагаи.
— Всё в порядке, Ваше сиятельство. — Доложил он по-военному.
— Подробности потом, — попросил я, — сейчас коротко. Где бандюги?
— Все связаны, ждут наказания.
— Где этот придурок, правитель?
— Сейчас приведут.
— Найдите дом или помещение, где бы можно было бы с ним поговорить. И заодно, подумайте, как нам защитить себя от этих идиотов?
— Зачем? — удивился подошедший Виктор Петрович. —
— Фу! — С облегчением выдохнул я. — Слава тебе господи! Выходит, что мы к ним могли прийти, а они к нам нет. Это уже хорошо. Пленных под охрану и отправить на работы по благоустройству Солнцеграда. И стеречь их, чтоб не разбежались. Спуску не давать. Разрешаю даже плётки использовать если лениться кто пожелает.
— Тогда надо создавать Охру. — Произнёс полковник.
— Если надо, значит, создавайте. Но три года работ им обеспечено. Дальше будет видно. Если будут адекватные, можно оставить у нас. Прочих вон из наших пределов. Но до этого ещё далеко. Так, нашли местечко?
— Пойдём. — Раздался рядом голос китаянки.
— Сяо! Вот молодец, что пришла. — Обрадовался я.
— Я не могла не прийти. Мне кажется, что сейчас будет нечто любопытное.
— Когда кажется, креститься надо. — Посоветовал я.
— Я не крещёная.
— Ладно тебе. Это поговорка такая. Так что тут, по-твоему, намечается?
— Первая война.
— Чего?! — Искренне изумился я.
— Пошли. Сам увидишь.
В комнате, где намечались переговоры, уже ждали Матвей и Николай Никанорович. Кичиро Кумагаи следовал за мной тенью. И вошёл он последним. Меня усадили на деревянную кровать у стены, подложив под спину кучу подушек. Рядом присела Сяомин. С другой стороны Лина. Матвей стоял у окна, Кичиро Кумагаи остался стоять у дверей, а полковник занял место во главе стола. Напротив его сидел парень лет тридцати. Жиденькие усы, такая же бородка неопределённого цвета.
— Ну, что? Будем знакомиться? — Первым заговорил Николай Никанорович.
— Да куда уж я денусь. — Высоким тенорком ответил хозяин дома.
— Вы путаете понятия. Мы не агрессоры, и не собираемся устраивать тут невесть что. Мы вообще освободили своих людей и уйдём. А вы тут что хотите, то и делайте. Просто перед уходом мы решили познакомиться с Вами. Цель нашего визита, почему мы здесь оказались, как раз и состояла в том, чтобы познакомиться с соседями. А тут!..
— Да уж!.. Плохой из меня правитель вышел. — Невесело усмехнулся хозяин. — Зовут меня Владамир. Я правитель названной Руси. Только вот Руси теперь нет.
— Почему нет?
— Я разрушил её собственными руками.
— Каким образом?
— Снял черту, теперь нет границ и я уже не правитель.
— Почему не правитель? — Вмешался я.
— Потому что моим условием открытия границ было полный отказ от владычества.
— Не понял?! — Удивился я. Поясните?
— Владетелем станет тот, кто победит.
— Вы хотите сказать, что отныне я владелец Ваших земель? — Спросил Николай Никанорович.
— Да.
— Сяо, —
— Уже смотрю. — Так же тихо ответила китаянка. — Ничего подобного. Либо Кожемякин действительно стал правителем, либо тут что-то не так.
— Владамир, — обратился я к правителю. — Где Ваша книга?
Тот недоумённо посмотрел на меня, сунул руку за пазуху и достал книгу.
— Вот, держите. — Протянул он её мне.
— Увы. Покачал я головой. — Попробуйте передать её победителю.
Владамир протянул книгу Кожемякину. Тот посмотрел на меня, потом на Сяомин. Та согласно качнула головой. Полковник протянул руку, но она прошла сквозь книгу.
— Вот видите. — Констатировал я. — Никуда Ваши права не делись. Вы как были хозяином Руси, так и остались.
— Но?! — Переводил он взгляд с меня на Николая Никаноровича. — Я же!..
— Я не знаю, что Вы там за клятву давали, но, как видите, она не действует.
— Я не давал никаких клятв. — Сказал Владамир.
— Вот то-то и оно. Без клятвы Ваше заявление не действительно.
— Я клянусь!.. — Заговорил хозяин Руси, поднимаясь.
— Стоп!.. Стоп!.. Стоп!.. — Остановил я его. — Никаких клятв. Давайте разберёмся.
— Но я не хочу быть плохим владетелем. Я и так много горя доставил своим жителям. Большая их часть прячется в ближайшем лесу, а от оставшейся части и четверти не будет, потому, что остальных угнали эти сволочи к себе в рабство.
— Вот тебе и война. — Прошептала мне на ухо Сяомин.
— Торопишься, жёнушка. — Ответил я ей, и обернулся к Владамиру. — Хорошо. Политесы мы тут можем долго наводить. Давайте тогда решать быстро и чётко. Вы отказываетесь от правления и желаете стать обыкновенным человеком?
— Да, но!.. — Засомневался хозяин Руси. — Но, сначала надо спасти всех моих людей.
— Увы, условия ставить буду я, а не Вы. — Жёстко осадил его я. — Без полного права на Ваши земли я не смогу вступиться за Ваших людей. Я могу защищать только своих. Поэтому, либо Вы сейчас же приносите мне клятву отречения, либо мы просто уходим, а Вы делайте что хотите.
— Нет! — Вскричал Владамир. — извините, Вы меня не так поняли. Я отказываюсь от всех своих прав и желаю стать обыкновенным жителем. Только спасите моих людей.
— Погодите, не торопитесь. Вам известно, как приносится клятва отречения?
— Нет, откуда?!
— Станьте на колени и от всей души произнесите свой текст отречения, одновременно протягивая мне Вашу книгу.
Он тут же бухнулся на колени и начал тараторить:
— О, великий и могущественный человек, спасший меня и моих людей от позора. Прими в дар все мои владения и все мои умения. Я желаю стать Вашим подданным, не отличающимся от других жителей Вашего королевства.
Сяомин подтолкнула мою руку, слегка направляя. Я взял его книгу, которая тут же исчезла. Под книгой появился ключ. Владамир немного удивлённо поглядел на него и протянул мне.