Слепое пятно
Шрифт:
– Это он?
– поинтересовался охранник Виктор, показав на Маслова.
– Этот ваш Ишакхарбаев?
– Возможно, - озадаченно бросил Еремин.
– - Вроде он, только бороду успел сбрить. И очки раздобыл где-то. Резвый парень. Спасибо вам, товарищи.
– Подполковник пожал руки Вите и Саше.
– Ловко вы его… Вроде бы он поспокойнее выглядит, чем вчера. Матерый, матерый бандюган, скажу я вам. Хорошо хоть, без жертв сегодня…
«Это он про меня, что ли?» - удивился Игорь.
– Товарищ подполковник, - сказал он, - вы меня сейчас отпустите, да?
– Вы - гражданин Маслов? Игорь
– Ну да.
– Вы задержаны. По обвинению в убийстве.
– Как же так?!
– взвыл Игорь.
– У вас же есть там один то ли Иштархаддон, то ли Маслов! Вам что, мало? Вы их коллекционируете, что ли?
– Арестованный Игорь Михайлович Маслов, выдающий себя за сирийца Иштара, исчез сегодня из камеры содержания, - глухо сообщил подполковник.
– Как - исчез?
– Это вас надо спросить, как вы оттуда исчезли.
– Лицо подполковника быстро меняло усталый сизый оттенок на разъяренный багровый.
– И с этим мы, конечно, разберемся в полном объеме! Главное сейчас состоит в том, что вы, Маслов, - он бросил взгляд на часы, - исчезли из ИВС в семь тридцать утра и объявились в университете в восемь пятнадцать. Где и были задержаны. Я думаю, вам, гражданин Маслов, не нужно объяснять, что это означает?
Что там объяснять-то? Любому известно, что тюрьма в Нижнем Новгороде находится на проспекте Гагарина. А исторический факультет университета - на площади Минина. Дураку понятно, что сорока пяти минут вполне достаточно, чтобы сменить одежду, сбрить бороду (для конспирации!), пересечь пяток километров в жуткой давке общественного транспорта и явиться на работу к своей любовнице…
Бред собачий. Просто невероятная бредятина.
– У меня есть алиби, - сказал Игорь.
– Железное алиби. И дайте мне адвоката!
– Алиби… Слова-то какие знают! Пойдемте. Разберемся сейчас с вашим алиби.
– Товарищ подполковник, - окликнул Еремина профессор Вязников, когда Маслова уже вывели из кабинета.
– Позвольте задать вам вопрос.
– Да.
– Я только что видел видеозапись инцидента. Там был какой-то человек… Я в этом не разбираюсь, но он действовал очень профессионально. Это что, и есть тот самый пенсионер Ледяев? Пенсионеры обычно так не дерутся.
– Так точно. Пенсионер и есть. Военный пенсионер. Подполковник спецназа. Операции в Афгане, Анголе, Эфиопии и так далее. Ведущий консультант нижегородского СОБРа.
– Следователь вздохнул.
– Хороший мужик был Иван Алексеич. И так по-дурацки погиб…
– Неужели наш Игорь Маслов так хорошо владеет оружием, что сумел справиться с подполковником спецназа? Неувязка тут какая-то.
– А так бывает, - заявил Еремин.
– Какой-нибудь тихоня, аспирант-ботаник, с виду - соплей перешибить можно. А по вечерам ходит в секцию к каким-нибудь братьям-мусульманам, осваивает холодное оружие. Принимает ислам. Коран изучает. Между прочим, у них там, у сектантов этих, наркотики чуть ли не на бутерброд заместо масла мажут. И вот в один вечер некий Игорь М. накачивается дурью до такой степени, что начинает себя считать Иштаром Хадоном, сирийцем, и идет громить неверных…
– Это ваша рабочая версия?
–
– Да. Если хотите, именно так. Рабочая версия. Причем очень правдоподобная.
– Иштархаддон называл себя не сирийцем, а ассирийцем!
– громко произнес Вязников, тщательно выговаривая каждую букву.
– Какая разница?
– Огромная! Государство Ассирия перестало существовать в конце седьмого века до нашей эры! Более чем за тысячу лет до возникновения ислама, смею заметить! А вы валите все в одну кучу.
– Владислав Николаевич!
– Следователь смотрел на Вязникова с укоризной.
– О чем вы говорите? Какое может иметь значение, кем именно называет себя Маслов - сирийцем или ассирийцем? У нас есть гематоэкспертиза. Как я могу с ней спорить?
– Как?
– Профессор прищурился.
– А я скажу вам как. Каким образом вам удалось скрутить вчера преступника? Он же такой непобедимый!
– Две пули. Одна - в правую руку, другая - в левую. Не в кость, конечно. В мякоть. Для острастки. Но испугался он, говорят, очень здорово. Сдался как миленький.
– Тогда все очень просто.
– Профессор горько усмехнулся.
– Разденьте Игоря Маслова и посмотрите на его руки. Я думаю, вам все станет ясно.
– Какой же я дурак, - шептал профессор Вязников, наконец-то оставшись в одиночестве, прислонившись лбом к холодному стеклу окна.
– Старый дурак! Почему я не догадался сразу?
Глава 2
– Уберите руки, - строго произнесла девушка-фотограф.
Голый Игорь Маслов стоял в полный рост в ослепительном свете софитов и прикрывал руками свои мужские принадлежности.
– Я стесняюсь, - сказал он.
– Товарищ подполковник, почему у вас фотографом девушка работает? У вас же преступники, наверное, в основном мужики?
– Преступников-женщин тоже много, - сообщил Еремин.
– Они стесняются фотографа-мужчины. А с женщинами, знаете ли, приходится быть деликатнее. Права арестованных и все такое. Всякие там правозащитные организации…
– Вам надо завести двух фотографов. Для мужчин и для женщин.
– А зарплату на двоих фотографов кто выделит? Может быть, ваш университет? Хватит болтать, Маслов. Руки с половых органов уберите.
Игорь вздохнул и опустил руки как положено - кистями вниз, ладонями вперед. Девушка в форме младшего лейтенанта произвела фотографирование.
– Ну как там они?
– поинтересовался он у девушки.
– Кто?
– Половые органы.
– Так себе, - холодно сказала девушка.
– Повернитесь спиной.
– Товарищ подполковник, - Игорь смотрел теперь в стену, - зачем вы все это делаете? Фотографии эти, анализы крови, образцы тканей, рентген черепа? Психотестирование это ваше… Одних «пальчиков» уже недостаточно?
– Недостаточно. Две тысячи пятый год - это вам не шутка. Царство науки и всяких там технологий. Когда я в академии учился, думал, что свихнусь. А теперь понимаю - необходимо все это! Генотипическая идентификация - это ещё не определяющий фактор. Она должна совпадать с фенотипической. Вот так-то! Одевайтесь, Маслов.