Следы на воде

Ефанов Сергей Алексеевич

– Дмитриев?
– обратился Миша ко мне.

– Нет. Он должен ответить за свои слова.

– Тогда займите свои места!

Мы с Храпой одновременно поднялись в воздух и зависли в метрах пяти от берега.

– Готовы? Начинайте!
– крикнул Велтистов, махнув рукой.

Первое, что я сделал, это сотворил максимально сильный силовой щит. И, как выяснилось, вовремя. Храпа атаковал сразу, из его рук вырвалась молния и ударила в мой щит, зазмеившись по нему, с характерным треском. Похоже, он решил сбить меня первым же ударом.

В следующий момент, пока он пытался создать

новое заклинание, я нанес по ему псиудар. Псионика была тем, что я изучил лучше всего, так что не воспользоваться этим было просто глупо. Конечно, я не смог полностью пробить псизащиту Храпы, но я у меня получилось вывести его разум из равновесия, так что он потерял концентрацию и его заклинание рассеялось, так и не создавшись. Храпу здорово хлестнуло отдачей, и он скривился. Именно это и было мне нужно. Я тут же сотворил небольшой огненный шар и метнул в его сторону. Шар летел не очень быстро, так что Храпа попытался уклониться, но я тоже не бездействовал. Я снова ударил по его псизащите, на этот раз на полную мощность. Вот тут Храпа и замер. Ему пришлось сконцентрироваться на отражении удара, и сил на перемещение в пространстве у него просто не осталось. Ещё через секунду мой огненный шар попал в него, разбив вдребезги его слабый щит. После чего он с криком рухнул в воду.

Храпу вытащили его дружки. На животе у него красовалось большое прожженное пятно и он тяжело дышал.

– Сволочь! Ты мне форму испортил!
– прокричал он в истерике. С него ручьями лилась вода, а погода была не слишком тёплой.

– Ты извиняешься?
– спросил я его.
– Или повторим?

– Извиняюсь!
– выплюнул Храпа и посмотрел на меня взглядом, полным ненависти.

С этого момента мои отношения с одногруппниками более-менее наладились. Больше меня никто не доставал. Хотя Храпа всё так же меня ненавидел, но делал он это молча, не нарываясь на драку. Проблема была только с Вороной. Этот гад всё также мешал мне жить, как и раньше. Я подумал, что стоит и его вызвать на дуэль, но Егор меня отговорил. Ворона был в друзьях у Валеры Зорькина, а связываться с этим товарищем Егор мне настоятельно не советовал. Валерку называли «паханом» училища, и звание это было заслуженно. Так же, как и я, он был Асом, но, в отличии от меня, его баллы по псимагическим дисциплинам были одними из лучших. А если учесть ещё, что он был третьекурсником, то мне с ним было точно не тягаться. Пришлось терпеть.

Моё дополнительное обучение шло черепашьими темпами, из-за недостатка практики. Ведь помогать мне должен был как раз Ворона. Но я даже и не заикался ему об этом, понимая, что он ничему учить меня не будет. Я думал, что смогу хотя бы наверстать теорию, но и тут у меня всё шло не очень. Ворона мешал мне заниматься всеми доступными способами. Читать в нашей комнате было просто невозможно, так что в конце концов я стал сидеть по вечерам в библиотеке.

Единственными светлыми пятнами на этом мрачном отрезке моей жизни были приезды мамы по выходным. Мы сидели с ней на лавочке у выхода и разговаривали о всякой ерунде. В этот момент я отдыхал и забывал все свои невзгоды. Вот только возвращаться в общежитие после этих свиданий мне совершенно не хотелось.

Так прошло ещё три недели. В один из вечеров меня обнаружил в библиотеке капитан Макаров.

– Сергей? Как твои успехи?
–

спросил он меня тут же.

– Не очень, господин капитан, - ответил я честно.

– Почему? Что тебе мешает? И почему ты сидишь здесь, а не у себя? Разве Воронов тебе не помогает?

– Воронов?
– переспросил я, отводя глаза. Рассказывать всё как есть мне не хотелось, но и молчать было глупо.
– Честно говоря, я его не просил.

– Так, - взгляд капитана Макарова стал очень серьёзным.
– У вас что с ним, плохие отношения?

– Нуу... честно сказать, не очень, - проговорил я, всё так же смотря в сторону.

– Пойдём!
– сказал он мне, и двинулся прочь из библиотеки.

Мы прошли по коридору до его кабинета. Капитан открыл его, приложив руку к сенсорной панели, и впустил меня внутрь. Там он сел за стол, указал мне на стул перед столом и сказал:

– Рассказывай!

– Что?
– спросил я его.

– Всё! И с самого начала!

Взгляд капитана был серьёзен и строг, так что я понял, смысла что-то скрывать нет никакого.

Я вздохнул и начал говорить. По мере того, как я рассказывал историю нашего знакомства с Вороновым, лицо капитана Макарова становилось всё мрачнее и мрачнее. Под конец он даже выругался.

Дослушав меня до конца, он произнёс:

– Тебе нужно было сразу прийти ко мне, а не скрывать всё это. Понятно?

– Да, господин капитан.

– Дурак, ты потерял целый месяц времени!
– воскликнул он.
– Ну да, что теперь говорить! Я переведу тебя к другому старшекурснику. Он хороший парень, и я думаю, вы с ним поладите. А с Вороновым я разберусь, он у меня ещё пожалеет об этих фокусах!

Капитан Макаров отвёл меня в общежитие и сказал постоять около двери комнаты, пока он будет разговаривать с Вороновым. Сам он зашел внутрь. Дверь была чуть приоткрыта, так что я прислушался.

– Воронов! Встать!
– сказал капитан, войдя в нашу комнату.

– Ну что, Воронов, значит, ты опять взялся за свои прежние штучки, да?
– голос капитана был гневно-саркастичным.
– А кто обещал мне, клялся и божился, что он больше никогда и ничего, а?

– Вадим Сергеевич! Пожалуйста! Не знаю, что он вам там наплёл, но я с ним как с младшим братом был! Правда! Поверьте мне! Вадим Сергеевич!
– голос Воронова был жалок и жалобен.

– Воронов, ты меня за дурака-то не держи, а? Если бы ты ему помогал, он бы не сидел каждый вечер в библиотеке! Нет, Воронов, я твои штучки хорошо знаю.

– Ты меня разочаровал, Воронов. Совсем разочаровал. И теперь, пощады не жди! Если бы я мог, я бы тебя прямо сейчас пинком выгнал из училища, но, к сожалению, не могу. Но вот в характеристику твою я запишу, что тебя к работе с людьми подпускать нельзя. А ты понимаешь, что это значит. Будешь сидеть в подпоручиках всю оставшуюся жизнь.

– Вадим Сергеевич, не губите! Пожалуйста!
– я услышал, как что-то стукнуло об пол. Похоже, Воронов бухнулся на колени.

– Нет, Воронов, тебя уже ничего не исправит. Это уже четвёртый случай, и пятого не будет. Конечно, жаль терять такой боевой талант, как у тебя, но лучше тебе подумать о другой карьере. Всё. Я сказал. Зайдёшь завтра к майору Дуралёву.

– Так точно, господин капитан, - произнёс Воронов мрачно.

Капитан Макаров вышел, и мы пошли по коридору.