Следы на воде
Шрифт:
Узиль понял.
Объяснял он долго и нудно, с эвфемизмами и экивоками, с недомолвками и невнятицами, и по его словам выходило, что давно продуманный и четко выверенный начальством план погубила случайность.
Итак, четырнадцать лет назад молодой женщине надлежало принести весть о рождении у нее чудесного младенца. Так как именно в то время отборные войска Отступника совершили дерзкую вылазку в Верхние пределы, и большие чины были заняты в действующей армии, то с новостью отправили Узиля, сорвав его прямо с поля боя.
Кстати сказать, в те времена он был
И это был крах.
Конечно, весть Узиль принес: приснился женщине в виде огненного шара и поведал о том, что она знала и без него: родится ребенок, и всем будет. Что именно будет, осталось невыясненным соседи сверху, алкаши в десятом поколении пролили кухню, и будущая мама вскочила так резво, что Узиль от неожиданности перелетел аж в третий слой подмира, где эльфы по безграмотности приняли его за Эру Илюватара.
Масштабы краха выяснились после родов. По плану должен был появиться на свет мальчик, гений, вундеркинд и прочая. А родилась девочка. Идиотка, кроме того, с физическим уродством. Запертый в ее теле Совершенный дух, простите за выражение, деградировал, банально забыв о возложенной на него Миссии.
Узиля примерно наказали, на месяц отстранив от благодати. Пока он кружил в хаосе, размышляя о случившемся, Совет восьми пытался найти максимально выгодное решение Вопроса Совершенного. Напрашивался очень простой вариант: умертвить младенца и зачать нового, в нужные сроки и от того, кого надо. Однако на составление нового плана уходило чересчур много времени, а Миссия ждать не могла. И тому же выяснилось, что нужная женщина тем временем развелась с мужем, а балласт в виде ребенка-инвалида сбросила в дом малютки.
Исцелитель предложил вариант, устроивший всех, лишний раз доказав, что в критической ситуации штатские намного изобретательней военщины. Ребенка надлежало вылечить (не до гениальности, но до общественной нормы), передать в приличную семью на усыновление, хорошо воспитать и направить на выполнение миссии, с коей, в принципе, можно справиться и в женском теле. Справилась же Жанна д'Арк с заданием меньшего масштаба!
Случившееся с малышкой называли чудом. За год она догнала в развитии здоровых детей, а физическая ущербность исчезла сама собой, и из всех документов тоже. Потом девочку усыновила семья педагогов, и стала крошка жить-поживать и добра наживать. Совершенный дух тоже оправился от недуга и получил возможность воспринимать себе подобных. Тут и появился
Некоторое время Алина сидела на краю ванной, и в голове не было ни единой мысли, словно рассказ Узиля оглушил ее. Совет Восьми, Миссия. Избранная и уродливая идиотка, усыновленная
Она молчала, глядя на пятнышко на краю раковины. Щипало глаза, но Алина, знала, что плакать не будет, что утратила такую возможность. В ней было тихо, темно и пусто, ее прежний спокойный мир рухнул окончательно, и теперь во внутренней тьме носились осколки планет и дрожали точки, которым не скоро удастся взорваться новыми светилами.
Значит, мама мне не мама, прошептала Алина, значит, я им не дочь
Ничего это не значит, промолвил Узиль. Они воспитали тебя как родную, вот что главное. А твоя биологическая мать больше никогда не вспоминала о своем больном ребенке.
Алина вздохнула и прижала лезвие ножа плашмя к щеке.
В чем же моя миссия? спросила она. Рассказывай.
* * *
Утро началось как обычно: соседи сверху что-то уронили и громко выматерились, за стеной девочка врубила группу Корни на полную дурь и в довершение всего под окном заорали коты, выясняя отношения.
Дэн протянул руку, взял с тумбочки сигарету и щелкнул тяжелой серебряной зажигалкой. Зов стучал в нем, долбил в виски и туманил зрение. Дым вставал комом в горле и легких. Через силу Дэн улыбнулся и загасил сигарету о руку.
Боль встряхнула, заставив взвыть и сжать зубы, зато зов притих, присмирел, словно бы увял. Дэн вздохнул не облегченно, но свободно и сел в постели. Некоторое время он оглядывал комнату, словно не мог понять, куда это его занесло во время сна. Помещение, впрочем, оказалось давно знакомым: линялые обои в цветочек непритязательного бледно-желтого цвета, давно не беленный потолок, письменный стол, заваленный газетами и стеллаж, под завязку набитый книгами. Мебель досталась Дэну от прежних хозяев и большая часть вещей тоже; все это давно пора было выбросить, но Дэн или жалел служившую многим поколениям обитателей квартиры рухлядь, или ему было лень подбирать новые предметы интерьера он и сам не знал точно. Единственной вещью, которую Дэн приобрел для комнаты сам, была пепельница в форме массивной бронзовой змеи, в кольца которой полагалось кидать окурки. При желании ею можно было и убить; покупая пепельницу, Дэн подумал: На всякий случай Случаи в Дэновой жизни действительно были всякими, но отбиваться от противника пепельницей ему еще не приходилось, чему он, надо полагать, радовался.
В окно стучала снежная крупа, было сумрачно и тоскливо. Дэн раскурил сигарету заново, потер шрам под левым соском и вздохнул опять.
Зов тревожил его не так уж часто, в основном, когда Дэн вспоминал о матери. Зов был с ним с тех пор, когда он узнал и понял свою половинчатую суть и вскричал к Небу: за что?
Он был ошибкой Создателя.
Вначале сотворены были ангелы. Совершенные и безупречные. Огненные крылья ветров, солнечные вихри, несущие Славу Божию мирам и кару отступникам.