Следы на дне
Шрифт:
Сначала на поверхность поднимают три свинцовых грузила, затем пакет с гвоздями, моток медной проволоки, пуговицы, обломки фарфоровой посуды. Потом появляется большой якорь. На следующий день еще четыре якоря и пушка, вся облепленная кораллами. Напоследок якорь весом шестьсот килограммов.
В принципе ничего нового. Если не считать того обстоятельства, что в ход пущены новые технические средства и что внимание исследователей вновь приковывает старый вопрос: а где же все-таки "Буссоль"?
Ответа все еще нет.
Следующая экспедиция -- в ее состав
Следует заметить, что в обеих этих последних экспедициях немалую роль сыграл новозеландец Рис Дискомб.
Именно благодаря ему в долгой истории поисков кораблей Лаперуза была открыта новая глава. Сделано это было относительно недавно -- в 1964 году.
35. По специальности Рис Дискомб -- электромеханик, но в душе прирожденный исследователь. Его любимое занятие -- подводное плавание. В автономном скафандре он разыскал немало затонувших кораблей. И вообще, с тех пор как в середине 40-х годов Дискомб поселился в Порт- Била (на Новых Гебридах), он проводил не намного меньше времени в море, чем на суше.
В 1958 году Дискомб принял самое деятельное участие в поисках, осуществленных на том месте, где затонула "Астролябия". Годом позже он оказал ценные услуги экспедиции с участием Тазиева.
Местные жители на Ваникоро, с которыми он разговаривает на их языке, давно уже считают его своим: всем здесь ведомо, что он порядочный человек и всегда готов прийти на помощь в беде. Может быть, поэтому островитяне более откровенны с ним, чем с приезжими.
Начиная с участия в первой экспедиции Дискомб "заболел" Лаперузом. Он не только перечитал все, что написано о великом французе, но и внимательнейшим образом изучил все сообщения Диллона и Дюмон-Дюрвилля, все карты. И подолгу беседовал с местными жителями. Его интересует один вопрос: где же все-таки "Буссоль"? Затонула ли она возле Ваникоро -- да или нет? А если да, то где же?
В конце концов он приходит к выводу, что необходимо проверить сведения Диллона. Дело в том, что свидетельства эти в какой-то степени противоречивы. В своем рассказе Диллон утверждал, что "Буссоль" погибла перед Вану, внутри лагуны, в северо-западной части Ваникоро. А на его же карте все выглядит несколько иначе. Оба судна помечены один неподалеку от другого, возле рифа, расположенного напротив Амби и Пайю, на юго-западе.
Два различных варианта?
Дискомб не хочет гадать. Есть один-единственный способ: надо проверить оба варианта.
Сделать это трудно. Трудно, ибо море возле Ваникоро большей частью неспокойно и кругом рифы. Добавьте к этому вечные течения, прихотливо меняющиеся очертания дна. Вспомните, как вообще обстоит дело с окруженными коралловым поясом островками в Тихом океане. Об этом в свое время неплохо поведал Тур Хейердал в своем знаменитом "Путешествии на ``Кон-Тики''".
Но Дискомб храбр и упорен. К тому же у него за плечами огромный опыт.
36.
И в 1962 году находит на глубине пятнадцать метров, в расселине, якорь, весь обросший кораллами, и блоки, похожие на те, что нашли в том месте, где затонула "Астролябия".
Вновь и вновь возвращается он к своей расселине. Она спускается ступенчатообразно вниз. И однажды он находит хорошо уже известные исследователям свинцовые грузила с их характерной маркой, принадлежавшей брестскому арсеналу.
Более мили отделяет то место, где погибла "Астролябия", от подводной трубы, где Дискомб находит все вышеперечисленное. Остатки "Буссоли"? Весьма возможно. Но надо продолжать поиски.
Дискомб не спешит с оглашением своих находок. Методично и внимательно продолжает он розыски в своей "жиле". И в январе 1964 года делает новую находку. Она настолько любопытна, что Дискомб понимает: одному тут не справиться. Пришло время организовать основательную проверку. Ибо ему, очевидно, действительно удалось разыскать место гибели "Буссоли".
Это, собственно, он и сообщает в телеграмме, отправленной французскому комиссару на Новых Гебридах Делонею.
Тот, хорошо зная Дискомба, не заставляет его повторять телеграмму дважды. 6 февраля Делоней вместе с Шарлем, испытанным ныряльщиком, и двумя французскими чиновниками уже в Ваникоро. Они прибыли на "Аквитании", французском судне.
37. Вначале свободное ныряние. Потом, надев автономные скафандры, Дискомб и Шарль принимаются за дальнейший розыск.
Дело не обходится без динамита: кораллы цепко сопротивляются пришельцам. И все-таки сдают свои позиции.
Одна за одной появляются все новые находки: опять свинцовые грузила, такие же, как те, которые были извлечены на месте крушения "Астролябии". За ними ныряльщики доставляют бронзовый блок, медную цепь, бронзовую ступу. Всеобщий восторг вызвала медная пластинка, на которой сохранилась надпись: "Ланглуа, инженер короля. Париж, апрель 1756 года".
Все несомненнее становилось, что Дискомбу удалось отыскать то место, где, вполне возможно, потерпела крушение "Буссоль". Во всяком случае корабль был французский -- в этом сомневаться не приходилось. На его борту находились инструменты, изготовленные в Париже в 1756 году, и, следовательно, корабль этот затонул в том же веке и вероятнее всего входил в состав эскадры Лаперуза. Во всяком случае других французских кораблей, потерпевших крушение в этом районе и в этом веке, просто не было.
Вопрос, однако, заключался в другом: действительно ли на этом месте затонула "Буссоль", или же все найденные предметы принадлежат "Астролябии"? Могло ведь быть и так, что она при ударе о рифы потеряла, прежде чем войти в лагуну и сесть на мель, часть своей "поклажи". Тысяча восемьсот метров, отделяющие место новых находок от того, где затонула "Астролябия", были далеко еще не самым длинным путем: судно, даже сильно поврежденное, могло, разумеется, пройти его.