Следствие ведёт... Попаданка

Лисицына Ника

— Где я? — спросила, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально уставшим.

— Ты всё ещё в отделе, — негромко сказал Эмиль.

Распахнув наконец глаза, столкнулась взглядом с его синими, излучающими беспокойство глазами.

— Что произошло? — спросила и осмотрелась по сторонам.

Мы находились в просторном помещении, чем-то напоминающим лабораторию и медкабинет. Вокруг стояли стеллажи с пробирками, какие-то приборы, столы с разложенными на них документами и что-то наподобие сейфа.

Мужчина, чей голос я слышала,

оказался среднего роста, худой, светловолосый и кареглазый. А ещё на нём был надет белый халат.

— Ты потеряла слишком много сил, — начал говорить де Лоруш. — В результате этого у тебя чуть не случилось магическое выгорание. Вероника, как ты себя чувствуешь?

— Уже нормально, — не покривив душой, ответила я.

Повнимательней приглядевшись к Эмилю, с удивлением поняла, что после моих слов с его плеч словно камень упал, до того он выглядел напряжённым. А потом, он прикрыл свои невозможно синие глаза и облегчённо выдохнул.

— Хвала небесам, — прошептал он. — Пойдём я провожу тебя до гостиницы. Пара дней покоя тебе не повредит.

Поднявшись с кушетки, я села на её край и спросила:

— Эмиль, а почему я тогда не в больнице?

— В лазарете имеешь ввиду? — удивился он. — А зачем? У нас есть отличный специалист, знакомься Ника, это Хейн Новарро, он и лаборант, и лекарь и артефактор. Хейн, это Вероника, наша новая сотрудница, — представил нас друг другу Эмиль, и помог мне спуститься с кушетки.

Поздоровавшись с Хейном, я убедилась, что могу уверенно стоять на ногах, и поддерживаемая под локоть Эмилем, двинулась к выходу.

— Слушай, — вспомнила, идя по длинному коридору департамента. — Я же так и не подписала документы.

— Может не сегодня? — спросил Эмиль.

— Нет, я не хочу откладывать, — уверенно проговорила и состроила умоляющую моську.

Усмехнувшись, Эмиль кивнул и повёл меня в отдел трудоустройства.

Ничего страшного там не произошло, в общем-то, я и волновалась-то и зря. Просто поводили над головой каким-то предметом, фиксируя данные на стоящем рядом приборе, прокололи палец, выцеживая немного крови, и одну каплю я капнула на документ. Вот и всё!

— Поздравляю, теперь у тебя есть работа, — улыбнувшись, проговорил Эмиль. — Пойдём, я тебя провожу домой.

Мы вышли из управления и сели в карету, а через несколько минут оказались возле таверны.

— Спасибо за всё Эмиль, — негромко сказала и вылезла на улицу.

— Вероника, могу я проводить тебя до комнаты? — он спросил это таким голосом, словно ему было важно это сделать.

— Почему бы и нет? Пойдём! — ответила непринуждённо, а сама мысленно просто ликовала.

Войдя в таверну и поднявшись на второй этаж, я подошла к своей двери и остановилась. А стоило только обернуться, как встретилась с синими, слегка светящимися глазами Эмиля, и в ту же секунду оказалась припечатана к двери его телом.

Его губы, такие мягкие и нежные коснулись моих в жадном, голодном поцелуе.

Он словно пил меня. Пил так, как путник, изнеможенный жаждой, оказавшийся в пустыне, припал бы к прохладной и живительной влаге.

Я не могла отказаться от этого головокружительного поцелуя, не могла оттолкнуть Эмиля, потому что и сама в нём нуждалась.

Но вот, спустя несколько секунд, мужчина оторвался от моих губ и носом уткнулся в мои волосы, глубоко вдыхая их аромат.

— Это какое-то безумие, — шепчет он, крепко сжимая меня в своих руках.

Чуть отстранившись, Эмиль заглянул в мои глаза. Я затаила дыхание, шокированная тем отчаянием, что плескалось в его взгляде.

— Почему ты встретилась мне только сейчас? — хрипло прошептал он, вглядываясь в моё лицо, словно искал ответа на свой вопрос.

— Дьявол, — простонал он, прислоняясь лбом к моему лбу. — Почему только сейчас?

Я понимаю, что это риторические вопросы, потому и стою, молча, наслаждаясь моментом близости.

— Это не правильно, — на грани слышимости шепчет он. — Этого не должно быть, — и в опровержение своих же слов, вновь припадает к моим губам в страстном поцелуе.

Я уже и сама отчаянно цеплялась руками за Эмиля, мечтая, чтобы этот поцелуй продлился вечно, но… он снова отстраняется и резко отворачивается от меня.

Господи, ну почему он опять меня отталкивает?

— Отдохни пару дней, — не оборачиваясь, словно, что-то решив для себя, сдержанным голосом говорит Эмиль. — А потом мы возобновим тренировки, — и уходит…

Впервые в этом мире по моим щекам катятся слёзы. Я стою, провожая взглядом, словно старающегося поскорее сбежать отсюда мужчину и плачу.

Глава 25

Весь день я проспала как убитая, а проснувшись под вечер, вспомнила наш с Эмилем поцелуй и… снова заревела.

Вот зачем он так, в самом деле? Почему, сперва сам тянется ко мне, словно оголодавший, а потом снова отталкивает? Я же не игрушка! Я живой человек и тоже чувствую!

Зачем все эти поцелуи, если сам же и считает, что это не правильно? Зачем это всё?

Кое-как успокоившись, приняла ванну и поняла, что если тело за время дневного сна и отдохнуло, то морально я просто разбита.

Спустившись вниз, попросила приготовить мне успокоительный отвар и, выпив его, вновь вернулась в комнату и уснула, теперь уже до самого утра.

Раздавшийся стук в дверь вырвал меня из объятий Морфея. Потянувшись, я выползла из постели, и поняла, что хоть и проспала почти что целые сутки, но легче мне не стало. Накинув на себя халат, подошла к двери и отворила её.

— Привет, Ника, — улыбнулся Марк.

— Привет, — ответила без особой радости. — Ты чего здесь?

— Попроведовать тебя решил, — ничуть не обидевшись на мою резкость, сказал парень. — Как ты?