Следователь
Шрифт:
– Немцы божатся что да. Но работают они по готовым выкладкам, так что… Короче, гонка колдовских вооружений продолжается.
– И они просто так передадут нам все расчеты?
– Угу, держи карман шире! Всю операцию курируют рейховцы лично. Как я понял, их просто интересуют испытания на Другой такой невероятной силы.
– Хм… – Фигаро почесал затылок. – И Вы думаете, это сработает?
– Кто знает? Лучше бы сработало. Потому что если лиса выживет, немцам придется несладко. В любом случае, это лучше, чем просто сидеть, сложа руки. Да и у Логоса, похоже, есть пара козырей в рукаве. А пока что…
Инквизитор повернулся к следователю спиной и аккуратно забарабанил пальцами по кристаллам-резонаторам, которых
Разговор явно был окончен. Следователь снял с вешалки пальто и вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.
Пальто Фигаро, однако, не понадобилось. Кто-то из колдунов, похоже, пытался изменить переменные в заклятье климат-контроля, дабы привести погоду над Инквизиторием в норму, но, в итоге, добился лишь того, что летняя теплынь превратилась в африканскую жару. Снег растаял и над влажной землей поднимался горячий пар. Между лужами грязи маневрировали французы в майках и сапогах на босу ногу, перетаскивая с места на место какие-то непонятные приборы, парочка младших презираторов, спрятавшись между флигелем и конюшней, втихаря перебрасывалась каучуковым мячиком, запуская его друг другу через неевклидово пространство повышенной дискретности, откуда-то пахло жареной картошкой. У забора стоял молодой немецкий колдун и сосредоточено выводил мелом на стене сарая столбики каких-то головокружительных расчетов.
Но Фигаро не смотрел по сторонам. Следователь, широко открыв от изумления рот, пялился в небо, восхищенно щелкая языком.
Небо над городом исчезло. Вместо глубокой зимней синевы над головой Фигаро теперь переливалась внутренняя поверхность розово-алого купола, по которой время от времени пробегали голубые зигзагообразные вспышки. Кто-то из колдовской братии, очевидно, решил для чистоты расчетов отсечь все внешние эфирные помехи и, недолго думая, накрыл весь город статик-колбой. Следователь даже не мог представить себе, какие силы и какие расчеты для этого понадобились.
Изумляли даже не масштабы происходящего, а несоответствие задействованных мощностей и цели, ради которой это было проделано: девушка в подвальной камере Инквизитория и десятки колдунов высшей квалификации – поистине, дешевле и проще колоть орехи паровым молотом!
«Другая», – поправил себя следователь. «Ты думаешь о ней как о человеке, но она – Другая. Помни об этом»
– Что, Фигаро, любуетесь пейзажем?
…В белой рубашке-безрукавке и коротких светлых шортах старший презиратор Логос напоминал праздношатающегося студента из богатой семьи, только что оплатившего блиц-доставку с курорта у Средиземного моря. Общую картину дополнял большой кожаный саквояж, эбонитовую ручку которого презиратор сжимал в руке так, словно это была чека алхимической бомбы.
– Скорее, бездельничаю. Теряясь в догадках и размышлениях.
– По поводу?
– По поводу того, что мне делать дальше. Ума не приложу, чем я могу помочь этой банде колдунов. Здесь, кажется, все заняты чем-то жутко важным.
Логос мудро улыбнулся и погрозил следователю пальцем.
– Ай-ай-ай, Фигаро! Уж Вы-то, как сотрудник Департамента Других Дел должны знать, чем все эти бездельники занимаются! Французы зарабатывают себе поощрения с занесением в личное дело – за международную помощь. Им с такой рекомендацией потом можно будет драть за свои услуги с честных граждан по три шкуры. У них там, знаете ли, статусная система оплаты – все на баллах классности, заработать которые сложнее, чем укусить себя под коленкой. Большинство моих коллег – практиканты; они просто отрабатывают свои два года перед зачислением на постоянную службу…
– Немцы испытывают новое оружие…
– Не только, Фигаро! Не только! Знаете, что полчаса назад я отправил в Берлин
– Вы лично «блицали» пиво?!
– Ну, не совсем. Я подписывал разрешение. Но каково, а? Работнички, блин! С дипломами и званиями!.. Инквизиторы тоже бегают как угорелые – тянут на премию за работу в чрезвычайной ситуации…
– … одним словом, все вокруг изображают бурную деятельность, надеясь, что проблема решиться сама собой.
– Или что ее решит кто-то другой. Совершенно верно. Вы, кстати, ознакомились с теми материалами, что я Вам дал?
– Конечно. Надо сказать, спокойней мне от этого не стало. Но ведь это не все, что у Вас есть по Ричу, так?
– Нет. – Презиратор махнул рукой в сторону небольшого садика, раскинувшегося в гордом запустении сразу за зданием Инквизитория. – Идемте. Я Вам кое-что покажу.
У следователя перехватило дыхание.
– Вы хотите сказать…
– Да. Я получил доступ к Обсерватору. Все что я Вам сейчас покажу – секретно и абсолютно запрещено для демонстрации, но, поскольку Вы – консультант, то, думаю, что если я нарушу пару инструкций, ничего страшного не произойдет.
– «Пару инструкций»?
– Ну, скорее, пару сотен. Да идемте же, Фигаро, не стойте столбом!
Следователь ошалело потряс головой и направился вслед за Логосом, который уже прыгал по доскам кем-то заботливо наваленным поверх грязевых луж, пробираясь к саду. Было не похоже, чтобы презиратор шутил или врал – да и какой смысл? Выходит, Логос, действительно, получил доступ к Обсерватору – устройству, которое на протяжении нескольких десятков лет собирались уничтожить государственные мужи – вплоть до Их Величеств, но никак не могли сподобиться подписать необходимые бумаги. Как сказал в свое время Мерлин V: «Малым сим проще возложить на плечи хомут, нежели ответственность». Старый колдун, прославившийся своим кротким нравом и крепким кулаком, сказал это, правда, совсем по другому поводу, но актуальность его слова не потеряли и сегодня. «И не потеряют, пока не сдохнет последний политик», – кисло подумал Фигаро.
…Лет восемьдесят назад, в городишке Белоречье, что лежит на самом севере Королевства, распластавшись у подножья Кудыкиных гор, жил колдун-самоучка по имени Патрик Крэй, прозванный в народе «Чудиком». Был достославный Патрик единственным городским колдуном, имел диплом магистра и даже какую-то государственную награду, однако же, чувства сей благородный муж у горожан вызывал довольно неоднозначные.
О, нет, благородный господин Крей не отлынивал от своих прямых обязанностей, исправно используя свой колдовской потенциал во благо горожан, тем более что жалованье ему за это платили немалое. Проблема была в другом: Патрик жаждал счастья сразу для всего человечества скопом – всем, даром, и пусть никто... Ну, вы в курсе.
То есть, конечно, приступами истерической филантропии грешат многие, начиная с радикально настроенных девиц из Академии Изящных искусств, обнюхавшихся алхимических порошков и до политиков (да, случаются на белом свете и такие чудеса!). Но дело в том, что Патрик Крей считал дело принесения человечеству счастья своим жизненным призванием и прилагал немалые силы для достижения практических результатов.
Ах, да: еще он был изобретателем.
Тут следует сделать небольшое отступление, дабы отдать мастеру-колдуну дань справедливости: иногда у него получались вполне годные и полезные вещи, в большинстве своем, правда, не имеющие к колдовству никакого отношения. Например, именно он придумал систему топливного впрыска, которая до сих пор используется на некоторых паромобилях мануфактур Жаклин Мерседес, а также V-образную систему расположения цилиндров в керосиновых двигателях внутреннего сгорания. Последнее изобретение, кстати, могло бы снискать Крею мировую славу, но – увы и ах! – известность колдуну принесло совсем другое. Однако же не будем забегать вперед.