Следователь
Шрифт:
«Да, это так. Но воин умирает в бою. А жертвы Рича, те, кого он предает, погибают в кабинетных войнах, заваленные горами официальных бумаг, утонувшие в реках чернил, затерявшиеся между гроссбухов и архивных полок»
Плевать. Честь воина важнее всего.
«Честь?», – ухмыльнулся внутренний голос. «Ну-ну».
Жао закрыл глаза, медленно повторил про себя короткий стих- мантру, но и это не принесло должного успокоения. Ум его по-прежнему напоминал перестук капель дождя за окном – бессвязный, беспокойный. Наемник тяжело вздохнул
Не дойдя до цели каких-то пару десятков шагов он замер. Глаза Жао расширились от изумления, сердце встрепенулось испуганным голубем и он пораженно уставился туда, где у входа в шатер на тонкой полоске белой ткани лежало тело девочки.
Точнее, лежало раньше.
Смятый белый шелк. Пятна крови на снегу. И больше ничего.
Он молнией метнулся к смертному одру Ли Нобу, упал на колени, коснулся дрожащими пальцами окровавленной ткани. Кровь уже застыла на холоде... Ага, вот и следы!
Не девочки – конечно же, не девочки, что за глупость! – гораздо больше. Следы взрослого человека обутого в бесформенные меховые сапоги. Носок вдавлен сильнее, чем пятка... понятно. Один человек нес другого на руках. Идти ему было тяжело, след неверный, «ломающийся». Человек часто оступался и шел очень медленно. Значит... Значит, уйти далеко он не мог.
По следу! Скорее!
Цепочка следов тянется к лагерю. Тот, кто несет тело девочки, слабеет, сбивается с шага. Не очень-то он силен! И заметно припадает на левую ногу. След ведет к палатке Рича... странно. Что за дьявол?!
– Хо Ши?! Какого?!..
Старик стоял у входа в палатку и молча смотрел на наемника. Губы Хо Ши терялись в густой бороде, но по глазам было видно, что он улыбается.
– Ши! Что это за дела?! Это ты утащил тело Ли Нобу?! – наемник задыхался; сердце, казалось, сейчас выскочит из груди.
Старик медленно кивнул, и в этом жесте было столько достоинства и величия, что Жао окончательно растерялся. Он просто стоял, смотрел на старого колдуна, хлопая глазами, и понятия не имел что ему сказать.
Догадка – внезапная, обжигающая как раскаленная сталь, пронзила его сознание. Наемник задохнулся от изумления и ужаса.
– Ты... Ты... воскресил ее?!
– Я? Воскресил? – старик захихикал. – Спасибо, конечно, что считаешь меня настолько крутым колдуном, но... Я не бог, Жао. Я просто временно вдохнул в нее жизнь, дал ей последние пятнадцать минут. Это все, на что я способен.
– Но... зачем?
– Потому что я не хочу, чтобы эта история так закончилась. Сильные мира сего что-то решают, головы невинных летят с эшафотов, реки крови льются ради общего блага... Война за мир, Жао. Это как оргия за девственность. Так пусть же хоть раз все будет по-другому.
– Я не понимаю, – в голосе наемника сквозило отчаяние.
– Жао, ты хоть представляешь себе, что значит – видеть будущее? Да еще, мать бы его так, видеть вероятное будущее? Которое еще не факт, что произойдет? Когда в каждой
– Где девочка?
– В палатке. Беседует.
– С кем?!
– С той, кого я призвал. Войди и узнаешь.
...Он увидел. И не поверил своим глазам.
Девочка висела в воздухе в центре палатки, как раз над столом Рича. По ее телу струился голубой свет, похожий на десятки маленьких ручейков, берущих свое начало из пустоты и в пустоту же уходящих. И она была жива: глаза Ли Нобу не отрываясь смотрели на существо, стоявшее напротив.
Огонь и голубой свет. Шепот, шорохи, слабое электрическое потрескивание. Гром над горами.
«Ты просишь о справедливости. Я готова помочь тебе»
«Правда?!»
«Правда»
И тогда наемник, наконец, понял, КТО ИМЕННО находится перед ним. Он хрипло вдохнул воздух сквозь плотно сжатые губы и медленно опустился на колени.
«Поразительно, – подумал он, – я и не представлял, что Хо Ши способен вызвать Другую такой силы. Но как я должен поступить? Клятва обязывает меня защитить хозяина любой ценой. Но я не выстою, просто не выдержу...»
«Как ты хочешь наказать того, кто тебя обидел?» – спросил свет.
Жао закрыл глаза. Прислушался к своим чувствам – все хорошо. Он спокоен. Смерть – часть жизни и не ему выбирать, когда она перечеркнет его судьбу, но хорошо, все-таки, что ему предстоит пасть в бою. И с каким противником! Умереть в сражении с Па-Фу, это ведь все равно, что быть сраженным драконом!
Его пальцы легонько, почти нежно обхватили рукоять катаны. Лезвие с легким шелестом вылетело на свободу, тускло блеснуло в свете неземных огней.
И тогда девочка начала говорить.
Жао слушал ее, не веря своим ушам. А когда дослушал приговор до конца, опустил меч и принялся хохотать.
Наемник смеялся, смеялся по настоящему, от души, и холодные едкие, словно щелок, слезы текли по его щекам.
***
Время: 16.59
Презиратор Логос посмотрел на небо.
Купол над Инквизиторием недавно развеялся, и теперь наверху была только вечерняя синева, по которой плыли легкие белые облачка, подкрашенные последними лучами заходящего солнца. Безмятежная картинка, но Логос понимал, что безмятежность эта кажущаяся.
Он физически ощущал возрастающее давление: над ним словно повис многопудовый молот, грозивший рухнуть в любую секунду. Мгновения стали длинными, тягучими, как сахарная патока, и каждое из них могло стать последним.
«Только бы эти придурки не запустили свой карманный апокалипсис раньше времени», – подумал Логс. «С них же станется. Сдохну тут ни за хрен собачий...»
Где-то за рекой часы на башне пробили пять раз. Презиратор с трудом проглотил вставший поперек горла комок и потянулся за брелоком-активатором, на котором «висел» его дежурный блиц-портал. Брелок был горячим и слабо пульсировал.