Следак
Шрифт:
– Понятно. А зачем? – спросил я, так как на самом деле мне было непонятно.
– Да иди ты сюда, пока не увидели! – Девушка потеряла терпение и перешла с громкого шепота на еще более громкий.
– Слушай,
– Какая комната?! – возмутилась Лебедева. – В общаге полно народу. Давай иди сюда! – Походу, она не поняла, что я ее троллю.
Раз веселье отменяется, я решил выполнить просьбу дамы и шагнул в кусты.
– Мы должны решить, что нам делать, – заявила Татьяна, когда нас обоих скрыла живая изгородь.
Кажется, веселье все же состоится.
– А что нам делать? – уточнил я.
– А ты не знаешь, что о нас по универу ползут слухи? – сдвинув брови, предъявила мне претензии Лебедева.
– Кстати, ты прекрасно выглядишь, – сделал я ей комплимент. На девушке сегодня не было уродующих ее очков, а вместо дурацких косичек волосы были уложены в прическу-ракушку.
– Чапыра! Прекрати! Я ведь знаю, ты это всё
– Хорошо, как скажешь, – не стал спорить я.
– Нам нужно опровергнуть слухи! – продолжила она.
– Соберем пресс-конференцию и сообщим, что мы не пара? – уточнил я.
– Что? – не поняла она.
– Соберем всех в актовом зале и…
– Ты что, предлагаешь комсомольское собрание по этому поводу провести?! – перебила она меня. – Ты что, дурак?! Нас же из комсомола выпрут!
– При чем здесь комсомольское собрание и комсомол? – Я смотрю, здесь любое действие в комсомол упирается, сюрреализм какой-то. – Да и вообще, это была неудачная шутка.
Я уже понял, что Лебедева шуток не понимает от слова «совсем». Скучная она.
– Тебе лишь бы шутить. А мне что делать? – И тут девушка разревелась. Некрасиво, с надрывом, с размазыванием до красноты слез по лицу.
– Тань, ты чего? Ну подумаешь, слухи. Поговорят и перестанут. Да и вообще это последний курс. Максимум через неделю мы все разъедемся и, скорее всего, больше никогда не встретимся, – начал я ее успокаивать.
Конец ознакомительного фрагмента.