Следак

Базилио

— Отличное место, — изобразив я оптимизм, — ладно, мне идти пора. Дела.

— А ждать ты нас разве не будешь? — спросил Жарков, на рефлексах пожимая мне руку.

— Лех, давай вечером встретимся и поговорил, хорошо? — попросил я, распознав обиду в его голосе.

— Ну иди, раз надо, — Леха пожал плечами.

Девушки промолчали: Татьяна — обиженно, Ленка — сложно все с Ленкой — на ее лице отразилось и недовольство, и злорадство, и еще какая-то фигня.

— Что-то слишком деловой он стал, — услышал я за спиной голос Голдобиной и уже с издевательскими нотками, — зря ты Лебедева за ним бегала. Не оценил…

Не

оборачиваясь, я дошел до общежития, поднялся в комнату переодеться, а затем вышел за территорию студгородка. Нужно было проветриться и все обдумать.

Значит, что мы имеем. Появилась цель — свалить из страны. И есть препятствия для ее осуществления: неподходящее место службы и незнание современных реалий.

Как можно решить эти проблемы? Со вторым понятно — обживаться, изучать здешнюю жизнь и готовить побег. Я так и хотел поступить, когда зацепился за вариант Юрова — совхоз недалеко от Черного моря. Планировал устроиться, узнать соседей, завести знакомства и приятелей, стать своим. Выяснить кто чем живет, со временем выйти на тех, кто занимается контрабандой. При таком варианте получилось бы даже безопаснее, чем при том, что я обдумывал утром. Чужака с большей вероятность кинут или даже утопят по пути к вожделенному турецкому берегу. А вот у знакомого знакомых или даже "своего парня" шансы на развитие такого сценария значительно снижаются.

Но не срослось. И как решать первую проблему — ума не приложу.

Протокол комиссией подписан, я включен в план по распределению и моя фамилия уже внесена в распределительную ведомость. Не переиграть.

Просто всех послать и свалить не получится. Найдут, вернут, еще накажут каким-нибудь извращенным способом, но типичным для этого времени.

Похоже я попал. Попал на три года, что неприемлемо, я здесь столько не протяну. Может есть какая-то возможность перевестись, пусть даже тем же следователем, но в другой регион, туда, где берег омывают воды Черного моря? Буду думать, узнавать. В общем, промежуточную цель на ближайшее время я себе наметил.

Так, размышляя о своих дальнейших планах, я незаметно дошел до Дома быта, где на днях подстригался. Постоял возле него, обдумывая свой дальнейший маршрут, а затем вспомнил, что на втором этаже видел ателье.

За прилавком-витриной, что перегораживала помещение ателье меня встретил сутуловатый с зачесанной остатками волос лысиной мужчина.

— Здраствуйте, мне нужно пошить пару костюмов, — начал я объяснять ему, попутно осматриваясь.

Прямо за прилавком стояла длинная вешалка, на которой висела готовая одежда. У другой стены расположилась примерочная и дверной проем, что вел в смежное помещение, откуда раздавались женские голоса и шум от работающих швейных машинок. А вот ни полок, ни стоек с рулонами ткани я не приметил. О чем сразу же и спросил.

— А где у вас ткань?

— Молодой человек, у нас запись на начало августа. Вас записать? — вместо ответа выдал он какую-то странную фразу.

— Чего?

Мужчина пару раз моргнул, взирая на меня с абсолютным спокойствием и повторил.

Теперь уже я заморгал — до меня дошло.

— Нет, это неприемлемо, — категорично заявил я, — костюмы мне понадобятся в скором времени.

— Ничем не могу помочь, — не удостоив меня даже дежурной улыбки, ответил он.

— А что может вас подвигнуть мне помочь? — чуть наклонившись и понизив голос,

поинтересовался я.

— Не понимаю, о чем вы, — поджав губы, мужчина покосился на дверь за моей спиной.

— О денежном стимулировании и мужских деловых костюмах, — вежливо напомнил я.

— Костюмы в множественном лице? — уточнил портной.

— Ну да, я же объясняю, мне нужны костюмы, — озадаченно выдал я.

— И сколько вам нужно костюмов? — приподнял он бровь, наконец-то показав заинтересованность.

— Ну… — задумался я, — для начала штук пять или шесть.

— Все костюмы одного размера? — уточнил портной, а я начал думать, что разговариваю с идиотом.

— Вы что издеваетесь? Конечно одного, — кажется, я начал заводиться.

— Понятно. То есть все костюмы на вас, — задал он контрольный вопрос.

— А на кого еще? — еще немного и я взорвусь.

— Извините, — дождался я таки дежурной улыбки, — просто обычно ограничиваются заказом одного костюма, несколько костюмов идет в групповых заказах, — пояснил он и тут же проявил уже не ожидаемую мною от него смекалку. — Я так понимаю, ткани на костюмы у вас нет? — букву "ы" в слове "костюмы", портной произнес на распев.

— Правильно понимаете, — поощрил я его кивком, — Мне нужна хорошая костюмная ткань. У вас такая есть?

— Пройдемте.

Портной поднял крышку прилавка, приглашая меня проследовать вовнутрь.

По пути к незамеченной мною ранее двери, он крикнул какую-то Мариночку, велев той вернуться уже на свое рабочее место.

Я ожидал увидеть стеллажи с тканью, но ошибся. В комнате кроме высокого шкафа, еще одной примерочной и пары столов, один из которых стоял посередине помещения, ничего не было.

Мужчина, подошел к шкафу, и достал оттуда сперва один рулон ткани, затем второй, и на этом прикрыл дверцы.

— Это пока все что есть, — пояснил он мне.

— Не густо, — честно прокомментировал я ассортимент, рассматривая и щупая ткань.

Мужчина дежурно вздохнул и развел руками, но заверил, что в июле обязательно что-нибудь подкинут.

— Хорошо, теперь давайте с фасонами определимся, — не стал я углубляться в тему местного дефицита.

Вышел я из ателье спустя час. Сперва спорили по фасону, затем с меня снимали мерки. После чего я упомянул о рубашках и галстуках. Вениамин Анисимович, так звали портного, тут же пообещал мне пошить одни и найти вторые. Настроение его с каждой минутой все улучшалось, а когда я не стал ужасаться выставленной им ценной, оно уже било фонтаном: на лице появилась искренняя улыбка, сменив дежурную, и даже сутулость куда-то исчезла. Так что провожал он меня как лучшего клиента этого года.

Возвращаясь в общежитие я сделал небольшой крюк и зарулил на центральный колхозный рынок — именно так он назывался в это время. Меня интересовали цветы. Нужно было отблагодарить Ефремову Любовь Михайловну за авоську и за поддержку на защите диплома. А вот декан обойдется общим подарком от выпускников. На защите он мне, конечно, помог, зато на распределении знатно подгадил.

Спросив у подвернувшегося прохожего, в какой стороне продают цветы, я прошел по указанному маршруту. Цветочный торговый ряд оказался небольшим и в основном на прилавках стояли ведра с гвоздиками, пара ведер с тюльпанами и столько же с красными розами. Нужного мне не было. Я остановился напротив грузина, что продавал розы.