След Сатаны
Шрифт:
Часто члены тайных обществ пользовались для людоедства и другими способами. Например, американские индейцы, жители Океании и некоторых других регионов были буквально оплетены системой различных запретов (табу), нарушение которых влекло немедленное умерщвление с поеданием. Разумеется, запреты устанавливались шаманами и колдунами и известно множество фактов, когда «представители богов» сами провоцировали нарушения запретов, чтобы иметь легальный повод сожрать соплеменников. Чаще всего в эти ловушки попадали молодые, красивые девушки. Подобные примеры читатель найдет на страницах используемой нами книги Ю. Е. Березкина.
Что касается сексуальной характеристики всех этих тайных жреческо-шаманских обществ, то мы можем ограничиться обобщающим выводом, сделанным специалистами-психиатрами: «Сам по
Подробнее о «шаманском комплексе» мы писали в предыдущей главе и читатель, вероятно, помнит, что гомосексуальная «юная смена» подготовлялась служителями языческих культов еще в утробах матерей. Добавим только, что операции по перемене пола человека (трансвертные операции) проводились и над взрослыми людьми. Вот как описывается эта процедура:
«…Казалось, что все религиозные обряды ацтеков и майя были рождены в мозгу безумца, одержимого жаждой крови. Там было все — от человеческих жертвоприношений и до обрядового каннибализма.
Жрецы майя называли себя сынами солнца. Но прислужников они выбирали себе из простых смертных, что считалось большой честью. Однако этой почести счастливые избранники боялись почти так же, как жертвенного ножа. Торжественный обряд посвящения в сан прислужника заключался в том, что с помощью каких-то варварских операций из мужчин делали женщину. Этих злосчастных прислужников испанцы называли мухерадо, от испанского корня „мухер“, то есть „женщина“».{262}
Термин «мухерадо» почти идентичен термину «анареи» (немужчины), которым обозначались иранские жрецы культа огня и тем вайнахским терминам, обозначающим одновременно евнухов и гомосексуалистов, а также жрецов огня (см. начало данной главы). Об этих же извращенных нравах свидетельствует тот факт, что «женщины никогда не допускались в Митраистский Орден, но туда допускались мальчики задолго до наступления зрелости».{263} Об этом боге известно, что «Митра, возникающий из камня, есть просто солнце, встающее над горизонтом».{264} Земные воплощения солнца, фараоны древнего Египта, «которые носили хвост Львицы или Коровы сзади, были мужчинами спереди и женщинами сзади»,{265} хо есть «священными» гомосексуалистами.
Конечно, сексуальные ориентации «элиты» нельзя считать исключительно однополыми, так как ее представителям был свойственен и обычный, тривиальный разврат, который превратил языческие храмы в легальные публичные дома; там, впрочем, все делалось не за плату, а на «энтузиазме». В нашумевшей книге Л. Л. Иванова эта «свободная любовь» описывается в следующих выражениях: «Боги и богини древности, надо отдать им справедливость, не отличались целомудрием и мало чего стеснялись… Почему же человеку, созданному по их образцу и подобию, не следовать божественным примерам? Сперва жрецы, эти высшие прелюбодеи, а затем и граждане всех рангов и положений стали искать любовных утех у алтарей, посвященных Афродите, жрицы которой не имели права отказать им в этом. Таким образом было положено начало культу богини любви, превратившему храмы в дома терпимости».{266} Вспомним, что «богини любви» во всем древнем мире являлись покровительницами не только храмовой проституции, но и «священного» гомосексуализма.
Чтобы выявить полную картину сходства богов и прислуживающей им «элиты» нам осталось найти среди последней признаки «священного» инцеста, кровосмесительства. Общеизвестно, что на родных сестрах женились «сыновья солнца» — инкские короли и египетские фараоны. Но эти два примера — лишь незначительные фрагменты во всеобщей мозаике языческого кровосмесительства. Так, браки*на сестрах были широко распространены среди вождей племен Океании, объяснявших
Женились на сестрах цари-жрецы в Финикии,{271} хеттские цари заботливо выдавали своих дочерей замуж за своих же сыновей, иногда и против воли последних.{272} Инцест иранских царей был обыденным явлением вплоть до принятия в этой стране Ислама.{273}
Некоторые египетские фараоны, вступив в обычный брак со своей сестрой, не ограничивались этим и шли в кровосмесительстве гораздо дальше требуемого. Так, один из фараонов, Аменхотеп III, был женат сразу на нескольких своих дочерях и усиленно разглашал эту связь в своих надписях и изображениях.{274} Известны были в древнем Египте и фараоны-гермафродиты. Так, одна из предшественниц Аменхотепа III, царица Хатшепсут, свергнувшая своего брата-мужа фараона Тутмоса III (дедушка Аменхотепа III), приказывала обращаться к себе в мужском роде и изображалась с бородой.{275} Стоит добавить, что эти два фараона довели культ солнца до такой степени почитания, что в истории Египта их превзошел только Эхнатон, внедривший в годы своего правления «однобожие» солнца, то есть сделавший «тайну» жрецов всеобщим достоянием, за что, кстати, и поплатился.
Таким образом нравы богов-убийц, людоедов, распутников, гомосексуалистов и кровосмесителей в точности воспроизводились земной элитой и считались одним из признаков, отличавших представителей этой элиты от простых людей.
Повторим для себя: свихнувшиеся дегенераты породили во тьме первобытных пещер культ Верховного Существа (Огня, Солнца, Камня) и затем сам этот культ с неизменным постоянством, притягивал к себе и воспроизводил таких же безумных выродков, захвативших власть над всем человечеством. И об этом «кольце зла», к сожалению, не приходится говорить в прошедшем времени…
5
Наши сопоставления не будут полными, если мы не затронем еще один аспект культа Верховного Существа — то, что с некоторой условностью можно обозначить как империализм. Мы уже видели, как Яхве у евреев и Ашшур у ассирийцев в дошедших до нас источниках неизменно являются инициаторами завоеваний соседних территорий, с порабощением и уничтожением побежденных народов. Эти походы служили, с одной стороны, доказательством покорности царей и вождей воле Верховных богов, и, с другой стороны, уничтожаемые люди и города преподносились как жертвы тем же богам. Развив эти древние представления до их логической завершенности, мы придем к поразительному выводу — армии снаряжались в завоевательные походы для обеспечения богам непрерывных и массовых человеческих жертвоприношений. В таком выводе не больше радикализма, чем в марксизме, который любое «шевеление» в истории объяснял сугубо материальными потребностями «классов», ставя религию в прямое подчинение этим потребностям.
Манию «избранничества» мы находим не только у иудеев. Каждый народ (и не только древний), расширяя свои границы и порабощая другие народы, через свою жреческую или интеллектуальную элиту провозглашал, что это — какая-то «миссия», какое-то «предназначение». Вначале эта «миссия» формулировалась как служение приказам Верховного Существа (Ашшура, Яхве и т.д.). Затем — какой-то «идее». И там, и здесь — «жертвы на алтарь».
Инки, у которых идея империи, порабощения и ассимиляции других народов, была выражена очень сильно, обращали к Верховному Существу такие молитвы: