След нумизмата
Шрифт:
– - Шура, ты знаешь, как у нас в разведке называют продажных двойных агентов? Кротами или крысами. Так вот запомни, крысенок, -- он сильнее сжал пальцы, и диспетчер-аналитик тоненьким голосом взвыл от боли, -- сидеть надо на одном стуле, а то два могут разъехаться, и шлепнешься жопой на пол, понял?
– - Ва... Валерий Николаевич, я ничего...
– - пискнул в руках Киреева щуплый Шурик.
– - Да не вешай ты мне лапшу на уши! Из памяти нашего компьютера ты стер запись о телефонном звонке и посылке факса в Швейцарию. Но в коммутаторе-то информация
– - И, отшвырнув парня в сторону, Киреев кивнул на дверь: -- Пошел вон!
Глядя, как Шура неуверенной походкой пробирается к выходу, прикрывая рукой распухшее и покрасневшее, похожее на пельмень ухо, Киреев подумал: "Как только подвернется случай -- уволю засранца!"
Эта мысль сразу испортила настроение. Все-таки Шуру он считал своим питомцем. Обидно, когда предают самые верные и ближние.
С трудом оторвавшись от самокопания, Валерий Николаевич нажал кнопку селектора и, услышав испуганный голос Шурика, продиктовал ему некоторые указания.
– - Позвони в "Сатурн", пусть подготовят "фольксваген" с обычным составом, только собака нужна не на взрывчатку, а на человека. Я подъеду примерно через час.
Вот поэтому сейчас во дворе балашовского дома Киреев, отбросив свою "англизированность", безбожно материл своих подчиненных. Закончив с этим святым делом, он подошел к стоящему на крыльце Ерхову.
– - Здорово, Михалыч, -- буркнул шеф службы безопасности, подавая руку дворецкому.
– - Приветствую, Валерий Николаевич. Что это у вас за десант?
– - кивнул управляющий на вылезших из микроавтобуса "секьюрити".
– - Да проверить тут у вас кое-что надо, пошляемся немного по дому.
– - Недавно же проверяли!
– - удивился Колобок.
– - А-а, наш Баграев в Швейцарии кислороду перебрал, житья никому не дает.
Валерий Николаевич окинул критическим взглядом поднимающихся по ступенькам охранников и окликнул кинолога:
– - А у вас вроде бы раньше доберман был?
– - Фауст? Подох, бедняга.
– - Что это он?
– - Ветеринар сказал, инфаркт. Служебные собаки долго не живут. А ему как-никак девять лет было.
Нагнувшись, кинолог потрепал лобастую голову широкогрудого ротвейлера и одобрительно сказал:
– - Но Марс у нас тоже молодец, так ведь, дружище?
"Дружище" исподлобья глянул на хозяина, затем ткнулся носом в полиэтиленовый пакет с газетами, в свое время нещадно изрезанными Силиным, и неторопливо затрусил к дому. Но не успел Киреев, стоя на крыльце, закурить сигарету, как явно обескураженный кинолог показался в дверях.
– - Валерий Николаевич, вы извините, но там совершенно невозможно работать. Я собаке нюх угроблю на этом дерьме.
– - Что такое?
– - удивился Киреев, но, войдя в дом, сразу понял проблемы собачатника.
– - Где Ерхов-то?
– - спросил он, но мажордом уже спускался вниз по лестнице со второго этажа.
– - Чем это у
– - При чем тут канализация?
– - недовольным тоном отозвался управляющий.
– Просто плановая дезинфекция, чтобы не заводились крысы, мыши, тараканы. Сейчас осень, эти твари лезут в дом. Уже включили вентиляцию, скоро все выветрится.
Ерхов побоялся рассказывать начальнику охраны об истинной причине вызова борцов за чистоту.
"Опять начнет издеваться, скажет, что мне почудилось, на смех поднимет".
– - Но в доме дышать невозможно, не то что собаке работать!
Словно подтверждая его слова, широколобый Марс совсем по-человечески три раза чихнул.
– - Вот видите, -- кивнул на него Киреев.
– - Хоть противогаз надевай.
– - Ничем не могу помочь, -- развел руками Ерхов.
– - Вытяжка работает на полную мощность, ждите.
– - Ладно, проверьте пока автономку, подвал. Может, со временем эта жуть рассеится, -- велел Киреев.
Тем временем два умельца в форменных комбинезонах начали пристраивать к входной двери массивную продолговатую коробку, крашенную серой молотковой эмалью.
– - Что они собираются делать?
– - заволновался Ерхов, с ужасом наблюдая за этой сценой.
– - Устанавливают дистанционную задвижку. С ее помощью можно заблокировать двери, находясь в любом конце дома.
– - Но она уродует весь дизайн!
Киреев, тонко улыбаясь, развел руками:
– - Ничего не могу поделать. Указание начальника товарища Баграева. Пойду посмотрю, на улице должны установить дополнительные телекамеры.
Когда минут через сорок изрядно продрогший на ноябрьском ветру Киреев вернулся в дом, первая задвижка уже стояла на входной двери. Осмотрев не очень изящное изделие, Валерий Николаевич довольно хмыкнул.
"Вряд ли "мадам" понравится это чудовище", -- с некоторым удовольствием подумал он. Их вражда с Баграевым зашла настолько далеко, что даже дельные предложения шефа он воспринимал в штыки. К удивлению Киреева, на лестничной площадке показался кинолог со своим Марсом. Не торопясь, они спустились вниз, и проводник мрачно отрапортовал:
– - Обошли весь дом, вроде чисто, но хорошо бы повторить дня через три, не раньше.
– - По-моему, эта зараза и через неделю вонять будет.
Спровадив во двор неразлучную пару, Киреев поднялся наверх и не спеша начал обходить одну комнату за другой. В розовой спальне он задержался дольше всего. Разглядывая безупречно застеленную кровать, он испытал то же самое чувство, что в свое время пришло к Нумизмату: Киреева потянуло рухнуть на эту постель как есть, в мокром от дождя плаще, и непременно водрузить грязные ботинки на пуховую нежность подушек. Еле сдержавшись и сплюнув с досады, он вышел в коридор и, пройдя его до конца, уперся в нишу. Приоткрыв дверцы, Киреев несколько секунд рассматривал полутемное, пустое пространство, потом закрыл дверь и продолжил свою экскурсию по дому.