След лисицы

Красовская Марианна

Ситара и Ингвар даже не пытались что-то отрицать. У них случилась любовь. Первая, детская, но, видимо,

жгучая, как дарханский перец. И они твердо заявили, что хотят пожениться. В Дарханае в некоторых домах девочек отдавали в жены с девяти-десяти лет, но для самого дархана подобное было немыслимым. Да и о какой вечной любви могла идти речь между двенадцатилетним парнишкой и десятилетней девочкой? А они твердо стояли на своем.

Развозили их со скандалом и криками. Принцессу заперли в ее покоях, приставили стражников и нянек. Ингвар ушел на своих ногах — и Неждану

было очень интересно, как его сумели убедить родители. Дархан Серадж довольно вежливо попросил кохтэ больше к его берегам не приплывать, пообещав прислать свою торговую делегацию прямо в степь.

Самого же Неждана убедили хранить молчание. Он пообещал, конечно – не чужие ведь люди. Вот только твердо решил дождаться окончания этой чудной истории: понятно ведь, что Ингвара не убедить сдаться. Его отец тринадцать лет свою женщину ждал. Наверное, и этот дождется. Если, конечно, принцесса Ситара не перерастет свои детские чувства.