Славные времена
Шрифт:
— Что значит 'изолирован'? — с удивлением спросил я. — и что такое 'по всему спектру'?
– 'Изолирован' значит, что амулеты понизили мою способность к магической связи, — объяснил Кирмон. — Я как бы кричал, но очень тихо, и потому обращался к всем, кто меня знает. А по всему спектру значит — по всем направлениям.
Я удивился.
— Неужели и я могу принять Зов? Ведь я не дракон.
— Зато ты сын моего друга, и знаешь меня всю жизнь, — улыбнулся Кирмон. — А значит, и я знаю тебя всю твою жизнь. Я послал Зов всем знакомым. Ты услышал
Поразмыслив, я задал еще вопрос.
— А почему, не поняв вашего Зова, я все-таки решил остановиться на ночлег?
— Думаю, что так решило твое подсознание. Оно поняло призыв лучше, чем сознание.
И, предупредив следующий вопрос, он добавил:
— Подсознание — это ты сам, когда не думаешь, а действуешь по наитию, по своим чувствам, по интуиции. Оно работает, когда ты не можешь принять трудное решение, и даже стараешься не думать о нем. Это твоё внутреннее, никогда не спящее 'я', желающее, чтобы ты выжил.
Я не очень понял его слова. Домашнего и офицерского образования явно не хватало, чтобы дискутировать с премудрыми драконами. 'Так не пойдет' — сказал я себе.
— Вы знаете, Кирмон, каждый раз, когда беседую с вами, понимаю, что я — редкая дубина, и что мне надо учиться.
— Конечно, надо, — живо отозвался Кирмон. — С твоими способностями, памятью, живостью ума, широкими интересами ты должен поступить в Магическую Школу. После войны, конечно. Плюнь на политику. К чему растрачивать таланты на придворные интриги? А в военной школе учат только воевать. Что ты делал два года в Кавалерийской Школе? Учился рубиться, командовать взводом или там эскадроном, и спал с фрейлинами. Конечно, это время не вполне растрачено попусту, но можно было сделать много больше. После войны советую бросать мечты о маршальстве и идти учиться магии и наукам. Ты можешь это сделать, и уже хочешь.
— Вы думаете, у меня есть способности к магии? — с замиранием сердца спросил я. Стать магом было моей детской мечтой.
Кирмон внимательно посмотрел на меня и медленно ответил:
— Я уже давно сказал твоему отцу, что ты способен стать даже архимагом. Не забывай, я дракон и вижу многое. Если бы не наступавшая война и не семейные воинские традиции, отец уже послал бы тебя учиться магии… с твоего согласия, конечно.
Я удивленно смотрел на него. Так я могу, по способностям, стать даже магом высшего уровня? Так сказал дракон, а драконы, как знает весь свет, в магических делах зря слов не бросают.
Солдаты с интересом слушали. Но тут дискуссия об учебе внезапно закончилась. Огромная черная тень появилась на краю неба. Солдаты сразу повскакали, бросая котелки и хватая оружие.
'Спокойно! Это свои!'— скомандовал я, зная, кто это. Тень между тем развернулась к нам. Солдаты открыли рты, задрав головы. Ветер пронесся над поляной. Огромный темно-золотистый дракон пролетел низко над нами, взметая снег огромными темными крыльями. Мы задрали головы, разглядывая сияющее золотом бронированное брюхо и лапы с ужасными когтями.
Дракон развернулся в воздухе
— Спокойно! — повторил я. Дракон, казалось, понял, что лучше не пугать людей. Он встряхнул темными крыльями, сложил их и втянул шею. Его тело закрылось облаком свистящего пара, и вдруг резко уменьшилось. Когда пар развеялся, на месте дракона стояла обнаженная девушка.
Я с интересом разглядывал скуластое лицо, широкие плечи, крепкую талию, небольшие груди и сильные ноги. Девушка спокойно сняла с шеи сумку из неизвестного материала и вытащила длинное черное платье. Не торопясь, она развернула и надела его. Затем поправила рукой свои темные волосы и спокойно пошла к нам. Снег шипел под ее босыми ногами, тая и испаряясь. Огни костров и алый свет заката на снегу делали девушку похожей на красную демонессу в черном наряде. Солдаты затаили дыхание — думаю, от страха.
— Как ты, папа? — подойдя, спросила она Кирмона на нашем языке своим музыкальным голосом, что показался мне ангельским.
— Я в порядке, только сильно истощен, — спокойно сказал Кирмон. — Граф спас меня.
Девушка заглянула ему в лицо, взяла за руку, подержала и утвердительно кивнула. Затем она внимательно оглядела бойцов темно-зелеными глазами с вертикальным зрачком, так, как будто распознавала нечисть. Немного испуганные драконом солдаты замялись, начали оглядываться на меня, но не дрогнули. Затем девушка повернулась ко мне.
— Я очень благодарна вам, господин офицер… Ой, да это ты, Сергер! Как я по тебе скучала!
Ее глаза сразу стали нежными.
Не обращая внимания на онемевших кавалеристов, я взял девушку за руку и нежно сказал:
— Здравствуй, Альта!
И она покраснела и обняла меня горячими руками, прижавшись щекой к пуговицам мундира.
— Откуда ты сейчас? — ласково спросил я. Мне показалось, что я не видел ее сто лет.
— Я сидела в Дымящих Горах, это тысяча стадий отсюда. Наблюдала горящие пласты сланца — довольно красиво. Огонь там уже лет двести тлеет. Мой учитель дал задание — придумать, как потушить пожар. И вдруг я слышу папин зов. Ой подожди, не смотри на меня — я вся растрепанная!
Драконесса поправила волосы и собрала в длинный хвост, как я любил. Завязав прическу каким-то шнурком, она взяла меня за руку. У солдат глаза полезли на лоб от удивления.
Прихорошившись, Альта повернулась и посмотрела на кавалеристов. Они опять замялись.
— А это твои люди? — с интересом спросила она. — На прошлой луне я была у вас в замке и читала письма с фронта. Ты писал, что имеешь лучший взвод во всей армии. Действительно, они выглядят героями. Теперь о них даже в Стране Драконов знают. А где твой вахмистр Наргон?