Сладкая горечь
Шрифт:
Рейни пожелала уехать чуть раньше. Для старой графини было большим огорчением, что внучка наотрез отвергала возможность сохранения помолвки в силе. Мягко, но твердо девушка дала понять бабушке и матери, что намерена дать Клиффорду шанс оправдаться в ее глазах после того, как они сделали все, чтобы погубить их роман.
Андрина де Шани неохотно, но в конце концов смирилась с этим положением вещей. Но в день, когда мать и дочка собирались лететь в Лондон, она шепнула Рейни:
— Возвращайся поскорее… Ко мне и к Арману!
Рейни не ответила. Она по-прежнему не знала,
24
Клиффорд сидел в машине на Кенсингтон-роуд и курил. Он ждал Рейни. Это было их любимое место встречи. Обычно Рейни брала на Найтбридж такси и приезжала сюда. Светило ласковое августовское солнце и слегка золотило листву. Лондон в эту пору был особенно приветлив… Но Клиффорда все раздражало. Все порядочные люди уже давно разъехались кто куда. Даже Лилиан Фитцборн укатила с папашей на итальянскую Ривьеру.
А Клиффорд был вынужден торчать в Лондоне. Работы было по горло. Перед отъездом Лилиан улизнула из дома, чтобы попрощаться с ним. Боже, как она рыдала! Это воспоминание принесло тщеславному Клиффорду тихую радость. Никогда еще эта дебелая блондинка не была в таком расстройстве чувств. Вот в этом самом автомобиле, когда Клиффорд возил ее на прощальный пикник в Ричмонд-парк, Лилиан умоляла его сделать все возможное, чтобы встретиться с ней в Портофино, где они будут отдыхать с тетушкой. У мистера Фитцборна, дескать, неотложные дела в Риме.
Само собой, Клиффорд заявил, что приехать в Италию совершенно невозможно. Но, конечно, он будет ее ждать. Стиснув зубы, он нежно обнимал опухшую от слез блондинку. Перед отъездом Лилиан как будто с ума сошла. Он и не предполагал, что в ней столько страсти.
Ну теперь-то он снова займется Рейни!.. Женщины — создания непредсказуемые и требуют чрезвычайно осторожного обращения. Никогда нельзя предугадать, когда они покажут свои острые коготки. Впрочем, Клиффорд не боялся царапин. Единственно, что его заботило, это держать девушек подальше друг от друга. К счастью, Лилиан укатила как раз вовремя — в день приезда Рейни.
Рейни не заставила себя долго ждать. Вот она вышла из такси, расплатилась и направилась к его «ягуару». Клиффорд щелчком отбросил сигарету. Рейни показалась ему поразительно хрупкой. Серый шерстяной костюм висел на ней, как на вешалке. И все же она была необыкновенно красива. Как всегда. Чего стоили одни ее лучистые глаза!.. Широкополая шляпка с лентой тоже понравилась Клиффорду. Ему следовало действовать со всей решительностью и безотлагательно предстать с ней перед алтарем.
— Добро пожаловать в Лондон, сердце мое! Добро пожаловать в мои объятия! — воскликнул он, распахивая перед ней дверцу.
Рейни села рядом и позволила ему взять ее за руку. Даже ответила на его рукопожатие. Но ее ресницы беспокойно
Клиффорд показался ей симпатичным, как обычно. На нем были серый костюм, дорогая сорочка и шелковый, безукоризненно завязанный галстук. Платок в нагрудном кармане придавал его внешности окончательно импозантный вид.
— Не могу передать, что значит для меня твое возвращение! — прибавил Клиффорд. — Давай куда-нибудь поедем. Туда, где я хоть часок смогу побыть с тобой наедине.
Она кивнула. В душе у нее царило смятение, и язык отказывался повиноваться. Клиффорд развернул «ягуар» и, выехав через парковые ворота, направил автомобиль по Верхней Кенсингтон-стрит. Рейни казалось, что с момента их последней встречи прошло никак не меньше нескольких лет. Он уверял, что нисколько не изменился. Стало быть, она обязана верить… Но раньше каждый миг их встречи отзывался в душе Рейни страстным томлением. Жизнь казалась сплошным праздником; не было ни сомнений, ни страхов…
Утром, подлетая к Англии, Рейни решила, что постарается отнестись к Клиффорду без предубеждений. А также станет избегать воспоминаний о Франции и об Армане… Но разве это было возможно?! Только в одном она была уверена: Клиффорд показался ей все тем же безупречным красавцем, против которого не может устоять ни одна женщина.
Управляя автомобилем, Клиффорд непрерывно болтал о том о сем и даже поинтересовался здоровьем старой графини, а сам думал, что с его стороны, пожалуй, слишком бессердечно везти Рейни именно туда, где еще недавно он проводил время с Лилиан. Но он не мог отказать себе в удовольствии снова посетить Ричмонд-парк. Там столько уютных местечек!
— А как поживает де Руж? — полюбопытствовал он.
— С ним все в порядке, — холодно ответила Рейни, хотя ее сердце затрепетало. — Он и в самом деле вел себя чрезвычайно благородно, несмотря на все, что с нами случилось…
— Не скажу, что я испытал большую радость, когда увидел в «Таймс» объявление о вашей помолвке. Все знакомые бросились расспрашивать меня, в чем дело.
Рейни безучастно смотрела на дорогу. У нее по-прежнему не было сил, чтобы выяснять отношения или спорить. За завтраком мать умоляла ее не ездить на свидание к Клиффорду, но Рейни настояла на своем. Теперь ей подумалось: а может, мать была права?.. Голова у нее шла кругом, и она не могла разобраться в водовороте событий.
До того момента, как Клиффорд остановил машину в тенистой роще, Рейни находилась словно под гипнозом. Он привлек ее к себе и страстно прошептал:
— Наконец-то, любимая!..
Она позволила ему поцеловать себя. Его губы были жадными и настойчивыми, а пальцы, погрузившись в волосы, ласкали шею. В таких делах он был большой специалист, и это было ей известно на собственном опыте. И все же на секунду Рейни отпрянула и попыталась собраться с мыслями. Не то чтобы ее любовь к Клиффорду умерла, просто слишком много между ними было недоговоренного. Рейни снова прильнула к нему и, ответив на его продолжительный поцелуй, прошептала:
— Клифф, милый! Пожалуйста, не останавливайся!.. Сделай так, чтобы я снова тебя полюбила…