Сквозь серые стены...

Меньшикофф Март

— Постой. А что случилось — то? Мне будто память отшибло. Я помню только как пришел за тобой…

— Даниэль…

— Дани, мне страшно…Я не знаю… Оно само… Они поняли, что меня нет…. Оружие направили…

— Ашер?

Светлоглазый сжался ещё сильнее. Опустил голову. Прозрачные глаза невольно намокли. В уголки побежали непрошенные слезы. Он слегка отполз в сторону.

Даниэль сел и прислонился к заледеневшей стене. Здесь так непривычно морозно. Он грубо тер ладонями лицо и глаза. Ловил воздух, обжигающий лёгкие холодом.

Память как будто-то сопротивлялась, но поддалась. Отдельные отрывки воспоминаний замелькали в голове, вызывая ноющую боль. Буря из эмоций и чувств захватила его сердце.

— Нет…

— Нет!

Он урывками вспоминал: тонкие пальцы на своем капюшоне; своего друга Вика, который пришел сначала поговорить с Ашером, а затем помогать; как попытку побега заметили; как он сам закрыл Ашера собой; Вик наставил оружие тоже (Откуда?).

* " — Срочно собери одежду! Ты что в окно вылез? "

" — Дан, ты знаешь как я к тебе привязан. Но я в тебя выстрелю, поэтому отойди. — Выл рядом Виктор."

Холодные пальцы Ашера на запястье.

" — Пожалуйста, закрой глаза и верь мне, — его же шёпот." *

Дальше Даниэля только мутит. Мутит. Мутит. Открыв глаза, он увидел только стены. Опять мутит.

— НЕТ!!!

— Что ты сделал?!

Он вспомнил закатанные глаза Виктора. Все вокруг них за минуты упали замертво. И его поволокли к городским бетонным ограждениям.

Даниэль сидел и выл в голос, не в силах справиться. Его разрывали чувства на мелкие куски. Вот теперь и снег западал мелкими хлопьями, танцуя хоровод с поднимающимся ветром. Стало ещё морознее. Будто бы погода вторила его чувствам, заковывая в лёд его душу. Он словно рухнул в бездну одиночества и отчуждения от человека, которого назвал родным. Даниэлю понадобится время, чтобы принять случившееся.

Ашер замер в не решимости подходить. Он хотел бы бросится к нему просить прощения. Ползать рядом. Но почему-то не мог.

— Дани. Он в тебя оружием тыкал… Я только хотел оглушить. Я не знаю как. Я хотел, чтоб на время ослепли. Просто увидел магнитное поле вокруг, точнее излучение и от их приборов. Я просто чуть-чуть направил… Я не жалел им смерти. Я не знал… — лишь вкрадчиво успокаивающим тоном тихонько шептал Ашер с расстояния. Едва унимая дрожь голоса, словно молился.

Дан притих. Прислушался. Сам не ожидал, что истерика так быстро окончится. Даниэль насторожился первым.

Некогда выяснять обстоятельства. В их сторону шли пять громоздких фигур с выраженным агрессивным посылом и подобием оружия. Дан подтянул за толстовку Ашера к себе и за спину, приказал помалкивать…

Глава 8

Массивные мужские фигуры приблизились. В темноте было сложно рассмотреть пришедших. Но, едва различимо, просматривалось оружие: у одного из них в руках обрез, у остальных подобие дубин, обмотанных колючей проволокой.

Угловатые фигуры с торчащими лохмами

волос, одетые в темные несуразные тряпки, не предвещали ничего хорошего. Группа этих людей двигалась напрямую к ним.

В лицо Даниэля направили луч фонаря. Парень щурился. Медленно развел руки в примирительном жесте ладонями вверх. В этот момент из темноты бесшумно выскользнула ещё одна маленькая изящная фигурка, которую Дан заметил боковым зрением. Она повисла на одном из "недоброжелателей".

— Они это! Сэм! Я их слышала! — Она попыталась, протиснулась между остальными.

Затем просто повисла на здоровяке.

— Тихо! — легонько встряхнул ее мужчина, высвобождаясь.

— С тобой ещё разберемся. Не велено было шастать.

— Да не они это. Хилые больно, — раздался голос со стороны.

Направленный свет слепил глаза и фигуры расплывались, но Даниэль быстро сообразил, кто главный и не дожидаясь реакции остальных вступил в диалог первым.

— Послушайте… Кхм… Сэм, кажется? — Начал он максимально спокойно, учитывая обстоятельства, — Ну какая от нас выгода? За нас даже выкупа не дадут. Мы не хотели нарушить ваших границ. Мы идём в поселение подальше. Но, в Сети на моем счету, есть официальные условные единицы…

— Поселение значит… — Прервал его главный.

— Да кончим их, да и все! — Кто-то ещё подал низкий хриплый голос из темноты.

— Погоди. Нельзя же так. Разберемся, что, зачем. А, вы, двое, с нами пойдете.

Ситуация приобрела состояние безвыходности. Позволить Ашеру всех снова угробить Даниэль не мог. Да и просить о таком выше его сил и совести. Он не игрушка и не убийца.

Не убийца. Окончательно и бесповоротно — "своевременное" осознание.

Придётся последовать. Эксперимент на силу мозга Ашера совсем неуместен.

Дан думал… Сам бы он не справился. Если бы их было хотя бы трое. Нет. Врать себе не стоит — он едва стоит на ногах. Воздух плывет. Подходит к концу действие лекарств. Даниэль ругался последними словами, на которое только способен у себя в голове.

Притихший Ашер шел следом. Внутри него словно потушили оранжевый огонек, загоревшийся от красивых фонарей в праздничном Полисе. Он больше не ощущал того, тлеющего теплом, кокона защиты вокруг себя. И убежища от холода снаружи и изнутри будто бы вовсе нет. Сейчас он не мог даже думать. Просто шагал среди остальных словно тень.

*Господи, куда же все таки нас ведут!?*.

Дан пытался сохранить ясное мышление сквозь злость и осторожно поглядывал по сторонам. Дорога долгая, выбитая, некомфортная из каменной насыпи. Как дома. В сумерках практически ничего не видно. Мелькание однообразных кусков жилищ и обломков пустырей сливается в единую массу. Неужели они никогда не найдут путь назад… Рядом с ними проскальзывает тоненькая мелкая фигурка, то отстает на несколько шагов, то приближается в попытках пробиться поближе к незнакомцам. Любопытная.