Скрытые шрамы

Ричардсон Аманда

— Конечно, доктор, — говорит Орион, протягивая руку. Они пожимают друг другу руки, и через секунду доктор уходит.

— Пойдем, — говорит он, обнимая меня за плечи.

— Я отвезу тебя домой.

ГЛАВА 14

СОВМЕСТНОЕ ПРОЖИВАНИЕ

Орион

Не знаю, как это возможно, но температура поднялась еще выше, пока мы возвращались к моему Bentley Continental - машине, которую Чейз, мой брат, продал мне пару лет назад.

Я до сих пор ругаю его за то, что он взял с меня рыночную цену, но мне нужна была машина на случай, если я не смогу управлять

своим мотоциклом.

Мы с Лейлой молчим по дороге к ее дому, и я не пытаюсь завязать разговор. Ей нужно пространство, чтобы все обдумать, поэтому включаю альбом Sleep Token и позволяю ей расслабиться. Когда мы подъезжаем к ее дому, я выпрыгиваю из машины и открываю ей дверь. Самое меньшее, что я могу сделать, - это убедиться, что она нормально зашла внутрь. Несмотря на то, что я не хочу оставлять ее одну сегодня, хотя знаю, что ей это необходимо.

Когда она отпирает дверь, ее кот Воробей подбегает к входной двери... как и волна сухой, душной жары.

— Черт, — бормочет она, наклоняясь, дотягиваясь до него и беря на руки.

— Опять кондиционер отключился? — спрашивает она его, как будто он может ответить.

— Тебе, должно быть, так некомфортно. Мне так жаль, любимый, — говорит она ему, уткнувшись лицом в его лицо.

Счастливая, мать ее, кошка.

— Все в порядке? — спрашиваю я.

Она вздыхает и, усадив Воробья, подходит к своему термостату.

— Нет. Здесь восемьдесят семь градусов - мой кондиционер уже давно на грани срыва. — Она отводит взгляд, так как ее щеки разгорелись. — Месяц назад ко мне приходил какой-то парень, он взял с меня четыреста долларов и сказал, что мне нужен новый кондиционер, но у меня нет восьми тысяч на новый. Я надеялась, что он продержится до лета... это старый дом...

— У меня есть парень. Я попрошу его приехать и посмотреть.

Я уже достал телефон и отправляю смс подрядчику, которого я использую для домашних дел.

— Нет, все в порядке. Я знаю, что есть возможность финансирования. Я просто не уверена, как скоро он сможет приехать.

Она смотрит на Воробья со сросшимися бровями.

Я делаю шаг вперед и кладу руки ей на плечи. — Лейла, позволь мне позаботиться об этом. Позволь мне снять с тебя эту проблему.

Она вздыхает и слабо улыбается. — Хорошо. Спасибо.

— У него есть переноска? — спрашиваю я, присаживаясь на корточки и поглаживая кота, который выглядит так, будто его ударило током. Лейла качает головой, и я продолжаю. — Ты едешь жить ко мне.

Она встает выше и скрещивает руки. — Нет, все в порядке. Я просто пойду к папе...

— У меня есть бассейн, — говорю я, ухмыляясь. — К тому же у Скотта есть собачья дверь, через которую в тот раз вылез Воробей.

Я имею в виду тот случай, когда Лейла осталась у отца на пару ночей, пока ее дом красили. Воробей придумал, как пролезть через собачью дверь, которую они поставили для своей старой собаки. Ее отец никогда не закрывал ее, а крышки нигде не было.

— Да, ты прав. Ты уверен, что все в порядке?

Я пожимаю плечами. — Наверное, в любом случае будет лучше, если ты останешься со мной. Тогда, когда Скотт будет готов забрать тебя, мы сможем пойти вместе.

— Хорошо. Да. Давай я возьму пару вещей. У Воробья есть переноска в шкафу, вон там, — говорит она, указывая на маленькую дверь из кухни. — Я вернусь через минуту.

Она исчезает за углом, а я смотрю вслед пушистому белому зверьку.

—

Привет, — говорю я. — Что мне нужно сделать, чтобы попасть в твое расположение? Лакомства? Погладить по животу? Или ты собираешься все усложнить?

Он громко мяукает, трется о мою ногу.

Я смеюсь, гладя его, и его спина выгибается, когда я провожу рукой по его мягкой шерсти. Я не очень люблю кошек, но он довольно милый.

— Это было легко.

Подойдя к шкафу, я открываю его. Здесь все пахнет Лейлой. Кроме фотографий, которые она выкладывала, я никогда не видел, что она сделала с домом. Это очень похоже на нее. Каждая вещь расположена с умыслом - от нежных картин, развешанных по стенам, до теплых тонов красок и мебели. Кухня крошечная, но она каким-то образом создает ощущение уюта и домашнего очага. Растения заполняют каждую щель и угол, повсюду пледы, гирлянды и множество свечей. Женская энергия очень сильна, и мне это чертовски нравится. Как будто она каким-то образом создала для себя английский загородный коттедж в центре Лос-Анджелеса.

Я заглядываю в другую комнату: в одной из секций ее гостиной есть уголок для чтения. На большом кресле для чтения лежит смятое одеяло, а на подоконнике лежит книга. Она слишком далеко, чтобы разглядеть название, но я почти уверен, что это мрачный роман.

Наверняка она проводит здесь 90 процентов своего времени, думаю я, улыбаясь.

Когда я иду по короткому коридору, то слышу, как она шаркает в задней спальне, поэтому быстро захожу в другую комнату.

Конечно же, это библиотека - очень неорганизованная, находящаяся в процессе работы. Стопки книг высотой с нее саму стоят у одной стены, а половина комнаты выкрашена в светло-голубой цвет. Как будто она начала рисовать, но потеряла счет времени. Встроенные полки от пола до потолка голые, отшлифованные до сырого дерева, которое, вероятно, досталось ей вместе с домом. Я прохожу дальше и вижу инструкцию к банке с темной краской для дерева, которая лежит на табурете вместе с поролоновой кистью.

Покончив со шпионажем, возвращаюсь в коридор и ищу люк на чердак. Когда я вижу квадрат, я встаю на цыпочки и нажимаю на него. Он открывается, и я задвигаю его на пару дюймов, чтобы впустить горячий воздух, пока ее нет. Затем я возвращаюсь в главную комнату и беру пластиковую переноску из шкафа. К моему удивлению, Воробей мяукает и бежит прямо в нее.

— Спасибо, чувак, —говорю я ему и аккуратно кладу его на стойку, пока ищу еду.

Незаметно положив ему несколько лакомств, я упаковываю пару банок кошачьего корма и бросаю в пакет его миску с водой и едой. Поскольку Лейла все еще собирает вещи, я беру стакан с водой и подхожу ко всем ее растениям, поливая их холодной водой, чтобы они не погибли от жары. Как раз в тот момент, когда я протягиваю руку к растению на верхушке кухонного шкафа, я слышу, как она прочищает горло у меня за спиной.

Когда я оборачиваюсь, ее щеки розовеют, и она выглядит... забавной? Возбужденной? Может быть, и то, и другое. А может, она покраснела, потому что в доме душно.

— Спасибо, что сделал это, — говорит она, жестом указывая на растения. — Я готова.

Мой взгляд падает на рюкзак в ее руках, а также на прямоугольную коробку, которая, как я понимаю, является туалетом Воробья.

— Пойдемте. Кстати, я открыл люк, — говорю я ей, жестом указывая на коридор. — Это поможет перегнать горячий воздух на чердак.