Скорпион
Шрифт:
– Зеркало тебе не найти, – произнесла Феофания. – А что до наших попыток, как ты сама выразилась, нам же удалось умыкнуть артефакт у тебя из-под носа!
Гертруда недовольно нахмурилась.
– Легко бравировать, когда находишься под защитой своих проклятых оберегов, старуха! Но ты же не думаешь, что сможешь скрываться от меня вечно? Я найду способ достать тебя!
– Считаешь, что меня защищают лишь обереги? – холодно спросила Феофания. И вдруг шагнула через порог навстречу ведьме.
Глава
СТАЛЬ И СТЕКЛО
Скипетр Макропулоса с громким щелчком раздвинулся в руках гадалки и превратился в некое подобие гарпуна. Серебряное острие почти коснулось лица Гертруды, и зеркальная ведьма испуганно отшатнулась, едва не свалившись с террасы. Но она тут же пришла в себя и взмахнула рукой: доски пола с треском вылетели из пазов и, высоко взлетев, понеслись в сторону Феофании. Но она отбила их скипетром и, замахнувшись для удара, ринулась на Гертруду. Ведьма ловко перехватила скипетр и попыталась вырвать его из рук Феофании. Та сжала руку в кулак и нанесла ей мощный удар по лицу. Но Гертруда лишь хихикнула, а вот Феофания вскрикнула от боли, казалось, что ее рука со всего размаху врезалась в каменную статую.
Матвей и Никита бросились на помощь гадалке, но в этот момент оконное стекло позади них с грохотом взорвалось.
В комнату ворвался Бест, держа в руках точно такой же скипетр, следом за ним в окно прыгнули еще двое мужчин в черной форменной одежде – охранники из имения дворянского собрания.
– Старые знакомые! – усмехнулся Бест, и из его скипетра выдвинулся клинок. – Пора положить конец нашим встречам!
Матвей, ухватившись рукой за край стола, резко поднял его и швырнул в сторону Иннокентия и его людей. Стол, как гигантский снаряд, понесся вперед, и лежащие на нем книги разлетелись в разные стороны.
Бест ударил по летящему столу скипетром, раздался громкий треск, и ветхий стол разлетелся в щепки. Ребята не успели опомниться, как Бест оказался между ними. Раскрутив в руках скипетр, он нанес удар Никите, и тот отлетел к стене. Бест резко повернулся к Матвею и вонзил клинок ему в живот. Раздался скрежет металла по стеклу, и Матвей громко вскрикнул. Острый клинок не причинил ему вреда, но сплав серебра и стали обжег, словно это был горячий расплавленный металл.
Фокусник довольно усмехнулся, замахнулся жезлом и нанес удар Матвею в челюсть. Тот рухнул на колени.
Охранники быстро подскочили к Никите и с двух сторон схватили его. Оборотень издал упреждающий рык. Матвей, сжав кулаки, вскочил на ноги, но Бест уже приставил острие скипетра к горлу Никиты. Послышалось тихое шипение, и тот вскрикнул от боли. Посеребренный клинок обжигал и его!
– Еще один шаг – и я снесу ему голову! – пообещал Бест. – К тебе это тоже относится, старуха!
Это было
– Я не могу войти в эту проклятую развалюху! – крикнула она. – Может, кто-нибудь избавит меня от ее оберегов?!
– Эй, ты! – крикнул Бест Феофании. – Сделай, как она говорит!
– И не подумаю, – поджав губы, отрезала гадалка. – Иначе нам всем несдобровать.
– Убери свои метки! – рявкнула Гертруда.
– Или попрощайтесь с мальчишкой! – Бест еще сильнее кольнул клинком Никиту в горло.
– Мальчик может и сам за себя постоять, – возразила Феофания. – А вот нам совершенно не нужны неприятности, Иннокентий. Проваливайте отсюда, пока целы. Тогда никто не пострадает.
Бест злорадно расхохотался.
– Мы пришли за зеркалом, старуха! Неужели ты думаешь, что мы уйдем, не получив то, что нам нужно?
– Зеркала здесь нет.
– Где же оно?!
– Где ты его прячешь?! – прокричала Гертруда. – Вам не уйти, глупцы, так что отвечайте!
Феофания молча вынула из кармана куртки небольшой пистолет и направила его на Беста.
– Всегда держу его на крайний случай, – с усмешкой сказала она.
– У тебя не хватит духа выстрелить! – усмехнулся Бест.
– Плохо ты меня знаешь.
– Ты дружила с моим отцом!
– Дружила?! – Феофания брезгливо скривила рот. – О, нет. Я лишь многие годы терпела его безумные выходки и выслушивала бредовые идеи!
– Возможно, мы могли бы договориться, – вкрадчиво заговорил фокусник, убирая скипетр. – Ведь можно обойтись и без кровопролития. Отдайте нам зеркало и можете убираться на все четыре стороны. Вам не одолеть нас.
– А может, я хочу попытаться, – возразила Феофания, – остановить вас, пока вы не привели в наш мир нечто такое, чему здесь не место. Вы хотите стать всесильными, Бест. Но с этой силой в наш мир ворвутся подобные ей! – Она кивнула в сторону Гертруды. – И все вы навеки станете их рабами!
– Не слушай ее! – разозлилась зеркальная ведьма. – Не рабами, а представителями новой власти! Избранными, наместниками, которые будут править этим миром!
Феофания встретилась взглядом с Никитой и едва заметно ему кивнула. Матвей тоже внутренне собрался.
Юный оборотень резко пригнулся к полу, сделал стойку на руках и тут же резко ударил ногами в разные стороны. Охранники, не ожидавшие такого подвоха, разлетелись. Один врезался в стену, второй перевалился через низкий подоконник и исчез за окном.
– Бежим! – крикнула Феофания.
Матвей плечом ударил Беста и сбил его с ног. Никита взмыл к потолку и острыми когтями разодрал защитный символ над окном. Теперь путь для Матвея был свободен. Втроем они выбрались через окно и припустились к грузовичку Феофании, припаркованному неподалеку от дома.
– Нет! – выкрикнула Гертруда.
Позади вдруг раздался выстрел, и Феофания громко вскрикнула.
Матвей увидел рядом с домом машину Беста и его людей, за рулем сидел Артур – начальник службы безопасности Клуба Калиостро. Тот тоже их заметил и изменился в лице.