Скорбь Тру
Шрифт:
Кристалл доела свой рожок и перевела тему на магазин, давая Джемме небольшую отсрочку, уводя разговор от событий прошлой ночи.
— Я видела, что новые детские тренажеры использовались в магазине, и мне интересно, в чем дело.
— Ты должна была видеть его, когда мы играли по всему магазину. Кеннеди выбрала все эти наряды для него. «Темный Принц», «Цветочный Принц», который был веселым и, конечно же «Прекрасный Принц». Он не сопротивлялся, как это делают некоторые ребята. Он посмотрел в лицо этой маленькой девочки и сказал,
— Похоже, он любит этих детей, — сказала Кристалл.
— Он любит. И так сильно, Крис. Он хочет, чтобы они чувствовали себя в безопасности и любимыми, и я не сомневаюсь, что он сделает все, что нужно, чтобы убедиться в этом, — так же, как он сделал для своей матери и брата. Боль в ее сердце усилилась с этой мыслью. — Я вчера поступила очень плохо с ним.
— Тогда почему его голос звучит так, будто потерял лучшего друга в этой машине и почему вы в одиночестве, вместо того, чтобы проводить время вместе?
Джемма посмотрела на воду. Она дискутировала сама с собой снова и снова и собиралась поговорить с ним после обеда. У нее было так много вопросов, но каждый раз, когда она собиралась озвучить их, печаль поглощала ее.
— Ты когда-нибудь хотела парня так сильно, что при мысли о том, что ты не можешь быть с ним, ощущала желание плакать, но ты не можешь предельно точно назвать причину этому — ты просто чувствуешь это в костях? — спросила она неуверенно.
— Да. Помню тринадцатидюймовый Тео, парень из средней школы о котором я тебе рассказывала?
— Так много приключений, и так мало времени, — сказала Джемма. — Я серьезно.
— Тогда ответ нет, потому что я никогда не встречала человека, который мог бы иметь дело со мной, не думая, что я фрик по той или иной причине.
Джемма посмотрела на свою великолепную черноволосую подругу. У нее было несколько пирсингов в одном ухе, и одета она была как панк-рокер из восьмидесятых большую часть времени. Но она была смешной, доброй и щедрой. Она была самым верным и честным другом, какого только может иметь человек. Так что, если она и была адреналиновым наркоманом, который, вероятно, ходит по канату над Нью-Йорком, есть ли кто-то смелее ее?
— Я не думаю, что ты фрик, — сказала Джемма.
— Это потому, что тебе нравится мой фрикерский вид. И потому, что ты наименее субъективный человек, которого я знаю.
— Я думаю, что была такой, а теперь не уверенна, — она сделала глубокий вдох и рассказала о разговоре с Трумэном. К тому времени, как она поведала обо всем, глаза были уже не настолько заплаканы, и она была не так взволнована, как прошлой ночью.
— Святое дерьмо, — Кристалл уперлась ногами в песок.
— Я знаю.
— Его собственная мать посадила в тюрьму, после того, как он спас ее задницу? – сердито сказала Кристалл. — Кто так поступает?
— Наркоманы, я думаю. Это то, что ты выделила больше всего для себя?
— Ну, нет, — сказала Кристалл, — Вся эта
Просто один звук его голоса разрывал Джеммы. Было трудно думать о чем-то подобном с участием своей матери. По правде говоря, ей было трудно думать о своей матери в принципе. И, действительно, это запутанная ситуация. Дело в том, что ее мучил вопрос, как она расскажет матери, что встречалась с человеком, который сидел в тюрьме за сознательное непредумышленное убийство.
— Это также объясняет все то, что ты говорила о нем. Не удивительно, что он такой защитник.
Он был именно таким. Она знала, что был.
— Но…он убыл человека.
— Насильника и наркоторговца, — указала Кристалл. — Совсем не столп общества.
— Как человек мог пройти через это?
— Как человек или как ты? – спросила Кристалл, — Потому что это звучит так, словно он старается жить дальше вот уже на протяжении многих месяцев, а то, как ты говоришь о нем, дает мне понять, что он справляется с этим куда лучше, чем большинство парней, которых я знаю.
Джемма откинулась на песке, глядя на посеревшее небо. Кристалл легла рядом с ней.
— Если бы ты ничего не чувствовала к нему, и если бы думала, что он представляет угрозу для тебя или детей, ты бы уже позвонила в Социальную службу по защите детей или мне, чтобы защитить вас. Ты боишься его? — спросила Кристалл.
Джемма покачала головой.
— Нет, — честно ответила она. — Нисколько.
— Чего ты боишься? Что твоя золотоискательница-мать взовьется в приступе гнева или того, что он невнимательный и не такой стабильный, как твой отец?
Джемма повернулась к ней лицом. Даже если эти вещи были правдой о ее родителях, она ненавидит высказывать это вслух.
— Нет. Я имею в виду, мы знаем, что, вероятно, моя мать запрет меня в башне и выбросит ключ, если обнаружит это, но для этого ей придется покинуть свой трон. Мы обе знаем, что этого не произойдет. И Трумэн более, чем заботлив, и я не думаю, что он не стабилен.
Если бы он был таким, я бы заметила уже это, правильно? Они не позволили бы выйти ему из тюрьмы. К тому же, нестабильный человек не делает приоритетом своего младшего брата после того, как съезжает, или держится подальше от наркотиков, потому что знает, что они делают с человеком. Нестабильный человек будет выбирать легкий путь и принимать наркотики, чтобы убежать от этой жизни.