Скополамин

Мамаев Михаил

– Игорь, рад был с тобой познакомиться. – Сказал Демьян, протягивая ему руку, – Надеюсь на долгие взаимовыгодные отношения, а может и будущую дружбу.

– Взаимно, Демьян, – Сказал Игорь, двумя руками пожимая протянутую руку. – Передам наилучшие пожелания Ивану Афанасьевичу. Звони в любое время.

Игорь получил свою куртку в гардеробе и вышел. Демьян набрал Нину Васильевну.

– Привет, Демьян Семенович, – Сразу ответила на звонок Нина Васильевна. – Занят был, небось, а тут я со своими звонками лезу.

– Да нет, что ты, Нина Васильевна, – Сказал Демьян. – был на

встрече, а там обычно телефон не поднимаю. Весь во внимании!

– Я, как обещала, вопрос с Медицинским заключением по нашей теме проработала. – Сказала Нина Васильевна. – Как и предполагалось, уполномоченная Центром по конституционной реформе комиссия создана на базе Областной клинической больницы. Подойдешь к Карлову Игорю Владимировичу, заместителю главного врача, он в курсе. Даст человека, который проведет тебя по всем специалистам и организует сдачу анализов и проб. Будет курировать подготовку медицинского заключения, чтобы не было сюрпризов. При встрече передашь в коробке из-под бутылки Хенесси пятнашку.

– Отлично. Это за нас обоих? – Сказал Демьян.

– Нет это за себя. Обо мне не волнуйся. – Сказала Нина Васильевна. – В остальном пока все идет по плану.

– Спасибо дорогая. Пока. – Сказал Демьян.

Он спрятал телефон. Подошел к стойке гардероба.

Пожилой гардеробщик в клетчатом жилете вышел чтобы помочь Демьяну надеть пальто. Застегнувшись, Демьяну захотелось как в старые времена дать чаевые. Он опять расстегнул плащ достал портмоне и развернул. Меньше чем купюры в 10 долларов у него не было. Для ординара это были баснословные деньги. Но Демьян не стал растягивать сомнения по поводу уместности и протянул гардеробщику 10 долларов. Дед взял купюру и коснулся руки Демьяна, когда он уже стал выходить. Демьян остановился. У пожилого гардеробщика в глазах стояли слезы.

– Не знаю, как благодетель Вас зовут. У меня внучка мерзнет, она в школу в резервной зоне пошла. Не успеваем купить нормальную одежду – растет быстро. Я не верующий, но все равно бог вам в помощь.

Демьян достал из кармана 100 долларов и хотел передать деду. Тот отшатнулся, пробормотав: «Меня уволят не надо».

Демьян, пожал плечами и вышел из ресторана. К нему подскочил охранник.

– Он вымогал у Вас деньги? – Сказал охранник, заглядывая в глаза.

– А тебе делать нечего, такие вопросы выяснять? Конечно нет, я решил помочь, он мне моего деда напомнил.

– Не принято у нас давать: здесь же ординары работают.

– А ты кто? Твое дело охранять, а не других контролировать. – Сказал Демьян.

– Это не имеет значения. Порядок установлен, его всем надо соблюдать.

– Ты, наверное, и с родственниками такой же, – хмуро сказал Демьян, размышляя про себя какая дерзкая в Москве прислуга и что не подобает ему опускаться до перебранки.

Было видно, что охранника задели эти слова и он с трудом держит себя в руках.

– Я смотрю Вы добрый сильно. Здесь таких как вы, богатых Персоналиев из регионов пруд пруди. Кроме денег, которых у вас как грязи, ничем жертвовать не надо. Вон смотрите, там парня с девкой дружинники мутузят. Сейчас оберут до нитки, да еще в фильтрационный центр сдадут. Или перед полицией

представят, как общественно опасных элементов: тогда вообще на месте кокнут.

Охранник замолчал. Ожидая что Демьян прервет его или просто уйдет. Но Демьян продолжал его слушать.

– А парень этот ко мне заходил. – Продолжил охранник. – Мы в одном дворе здесь недалеко жили. Семья солидная была. Персоналиями не стали из-за отца, который за границей тогда остался. Он приехал с невестой показать, где они раньше жили. Буквально на пару часов заехали. И сразу такое. Меня эти дружинники даже слушать не стали. Сами ординары таких же как они ненавидят больше всего. Таким бы вы могли помочь, если просто деньги дать не получиться?

Крики и возня на которые Демьян вначале не обратил внимания доносились справа из-за угла серого здания еще сталинской постройки. В другое время Демьян даже не посмотрел бы что там происходит поскольку это никак не затрагивает его интересов. Но в данный момент все обстоятельства объединились, толкая его туда. Необходимость выйти с сословным достоинством из стычки с охранником, старик гардеробщик, который слышал их диалог, спешить некуда, поскольку до областного центра через блок-посты они приедут к вечеру. Он видел, как Андрей с водителем стояли у машины и смотрели на него. Демьян, не давая никаких знаков Андрею, направился к серому зданию на крики и шум, которые постепенно стихали.

Он зашел за угол. В это время крики уже совсем утихли. Человек пять дружинников в форменных жилетах с дубинками сгрудились вокруг молодой женщины в удлиненной темно-синей куртке и лежащим на земле мужчиной в испачканной грязью черной куртке и блестящих черных туфлях.

Демьян подошел к ним, выделил для себя старшего из дружинников и улыбаясь спросил.

– Что такое они натворили?

– Что надо? – Грубо бросил старший, стоя боком к Демьяну и не поворачивая головы.

Демьян промолчал. Старший посмотрел на него и машинально немного пригнулся.

– Вот задержали мужика и девку его. – Сказал он. В ресторан для Персоналиев зашли, разрешения на пребывание в административно-жилой зоне нет, по виду «чушканы» какие-то. Штраф не хотят платить, карманы и сумку сразу не показали.

– Что с ним? – Сказал Демьян показывая на лежащего мужчину. Не дожидаясь ответа, добавил. – Кому штрафы и сколько?

В это время подошел Андрей, и встал метрах в десяти у торчащего остова когда-то стоящего здесь столба дорожного освещения. Все замолчали. Только лежащий на земле мужчина стонал. Девушка присев, заплаканными глазами смотрела на Демьяна, как и все дружинники.

– Позвольте осведомиться, – Сказал старший, – Вы кто такой? По виду Персоналий, это ясно. Но у нас свои начальники и действуем мы по закону. Штрафы мы уполномочены сами собирать, на месте можем оформить. А вы этих, – старший указал на парня и девушку, – знаете? Если ваши приписанные ординары, то заплатите штраф: по 500 долларов и забирайте их.

– Это не мои люди. – Сказал Демьян. – Мне не хочется оставлять их в таком положении. А вы, по-моему, беспредельничаете здесь. Впрочем, это не мое дело. Могу просто заплатить за них: 500 за обоих.