Скользкий
Шрифт:
– Оставьте!.. – проорал он прямо мне в лицо.
Сморщившись от тошнотворного запаха, я свободной рукой несильно пихнул его в гипертрофированную челюсть, и он повалился на землю.
– НАС!
– Проходите быстрее, – рванул меня за рукав дружинник, и мы с Верой в обход очереди начали пробираться к воротам.
– В ПОКОЕ!
Вывалившись из очереди к пропускному пункту прямо перед крыльцом.
– ОСТАВЬТЕ!
Я огляделся по сторонам и придержал начавшую протискиваться к ступенькам Веру.
– НАС!
– Зачем ты его ударил? –
– А что, мне с ним целоваться надо было? – Теперь понятно, почему такая очередь. Запускают только по три человека. И это еще здесь, куда идут только с ручной поклажей. А что тогда на воротах творится?
– В ПОКОЕ!
Надо найти наших и всем вместе двигать. Тем более что все документы у Гриши.
– ОСТАВЬТЕ!
Железная дверь пропускного пункта приоткрылась, но сунувшегося туда мужчину выпихнули обратно.
О! Эта лысина определенно мне знакома!
– В ПОКОЕ!
Напалм выглянул из двери, взглядом нашел нас и замахал руками. Я выхватил у Веры сумку и, проталкиваясь сквозь толпу, начал пробираться к крыльцу. С другой стороны, не церемонясь и распихивая людей, лезли Первый и Второй.
– ОСТАВЬТЕ!
Мы встретились на крыльце и вместе ввалились внутрь. Железная дверь с лязгом захлопнулась, и крики сразу же стихли. Не пропали совсем, но теперь, по крайней мере, можно было не опасаться оглохнуть.
– Ваши? – спросил стоявший около двери инспектор у весьма выразительно посмотревшего на меня и Веру Хана.
– Наши, – кивнул тот.
– Все теперь? – Инспектор поставил четыре галочки в блокноте.
– Все.
– Красный сектор. Зал ожидания. – Служивый почесал кончиком карандаша переносицу и, вздохнув, скомандовал стоявшему у входной двери рядовому: – Минута – и новую партию запускай.
Расположившиеся по обеим сторонам выхода из предбанника автоматчики даже не шелохнулись, когда лязгнул электромагнитный замок, и мы, распахнув дверь, начали проходить мимо них. Хоть бы дверь придержали, что ли. Бездельники…
В небольшой комнатке за дверью нас уже ждали. Начальник караула сверился с записями, дождался утвердительного кивка прикомандированного к посту колдуна и, лишь после того как мы расписались у него в журнале, приказал нас пропустить. Стоявший по ту сторону решетки рядовой лязгнул запором и открыл нам проход на лестницу.
Там, что ли, красный сектор? Ни разу не был.
– Слышь, Напалм, не знаешь, чего уроды взбеленились? – спросил я у пироманта, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Причина должна быть. И причина веская. Не могли же они с перепою такое учудить. Слишком все это на спланированную акцию похоже.
– А Лига предложила их из Черного квадрата выселить. – Налегке прыгавший через ступеньку парень обогнал нас и остановился на лестничном пролете.
– Куда выселить? – Вера попыталась забрать у меня сумку, но я не отдал.
– Да без разницы куда, только бы из Форта. – Напалм заметил попытку Веры и протянул мне руку. – Сестрички сами там обосноваться хотят.
– Зачем
– Те дома восстанавливать надо. – Напалм пропустил Хана вперед. – А в Гетто все налажено. И инфраструктуру, и техукрепленность за неделю в норму привести можно.
– На каком основании они этих бедолаг выселять собрались? – возмутилась Вера. – Не по-людски это.
– Они ж не люди, они уроды, – хохотнул Первый и тут же получил локтем под ребра от Второго.
– Они такие же люди, как мы!
– Вчера опять где-то бабахнули, вот антисоциальных элементов и предложили из Форта турнуть к едрене фене. – Напалм не обратил внимания на излишне политкорректное высказывание Веры. – Лига своего не упустит, тем более такая халява подвалила. Говорят, Сестры какой-то новый проект проталкивают, даже жениться послушницам разрешили. И вроде из мужиков-наемников отряд формируют.
– Я одного понять не могу: как уроды из Гетто просочиться смогли? – Вслед за Ханом я вошел в одну из комнат на втором этаже. – Там же карантин, а их рыл двести собралось, не меньше.
– Ты про уродов? Они стену в двух местах повалили. И это еще половину на Южном бульваре перехватить успели, – ответил Григорий. Он сидел на сложенном из деревянных ящиков невысоком штабеле и крутил в руке здоровенный тесак. Рядом стояло несколько коробок из толстого упаковочного картона.
Я скинул рюкзак на пол и с наслаждением расправил плечи. Уф-ф-ф. Аж хрустнуло. И вроде не тяжелый рюкзак совсем, а как спину ломит. И грудак опять разболелся.
Да, уроды правильно все рассчитали. Теперь о возможных последствиях их выселения задумается и Торговый союз – столько товаров сейчас в очереди у ворот простаивает! – и Дружина, которой подобные инциденты – как серпом по одному очень чувствительному месту. Вопрос только в том, не решат ли власть предержащие, что проще и дешевле решить эту проблему раз и навсегда? Очень такое может быть, особенно на фоне серии взрывов. Кардинальная хирургия – болит голова, отрубаем голову, голова больше не болит – не столь уж сильно позабытая специализация Воеводы. Да и техническая возможность имеется: крематорий, он и круглосуточно работать может.
– Давайте закругляться. – Григорий вспорол ножом картонную коробку. – Разбирайте сухой паек и уходим.
Сухой паек – это хорошо. Это значит, что не на один день из Форта выходим. Будет время по-тихому слинять. Уж что-что, а возвращаться обратно в мои планы не входило. А кто бы на такое решился, прими на него заказ Леший? В здравом уме – никто. Так что чем быстрее мы окажемся за городскими стенами, тем лучше. И так, пока до пропускного пункта шел, чуть не поседел.
Рвать, рвать когти из Форта надо. К счастью, это дело не такого уж далекого будущего. Никто не опоздал, все в сборе. Я бы даже сказал в некотором излишке. К нашему отряду явно собирался присоединиться тот самый тип, вместе с которым Гриша и Илья позавчера меня отловили.