Скользкий
Шрифт:
– То есть бандиты сказали: мы не будем использовать огнестрельное оружие, – и все к ним побежали? Бред.
– Они пообещали людям стабильность. – Пиромант вытащил из сумки холщовый мешочек и вытряхнул из него на ладонь серую пулю.
Я протянул руку, и он передал свинцовый шарик мне. Ух ты! К моему удивлению, пуля оказалась куда тяжелее, чем ей полагалось быть. Внушительно весит, внушительно…
– Они не зависели от изредка поступавших с той стороны патронов, – продолжил рассуждать Напалм. – Они не тратили средства на приобретение
– Чародеи здесь при чем?
– А куда, думаешь, сэкономленные средства вкладывались? Уж точно не только в этот, как ты выразилась, хлам.
– Если все так замечательно, почему они сейчас женщин к себе принимать начали? – нашла слабое место в рассуждениях Напалма Вера. – Димочка вон разве что кипятком не писает.
– Они уже полностью использовали фору, – пиромант забрал у меня пулю. – А теперь переходят к следующему этапу развития. Лига, между прочим, тоже поняла бесперспективность однополого существования. Но они пока телятся.
– Им бы с Братством объединиться, – хмыкнул я.
– Не, как говорится: двум пернатым в одной берлоге не ужиться. – Напалм протолкнул пулю в ствол и потянулся за вторым пыжом.
– Лед, ты ходил уже, – наклонился ко мне незаметно подошедший Второй, – как в толчок пройти?
– Как к выходу идти, вторая дверь по правой стороне.
– Минуту внимания, – заявил вернувшийся Григорий и подошел к очагу. – Отвлекитесь на одну минуту от ваших дел и подойдите все сюда.
– Чего опять? – Сунув за пояс метательный топорик, Димитрий остановился рядом с Напалмом.
Не успевшие выйти из подвала близнецы вернулись и уселись у огня. Колдун оставил в покое свой хрустальный шар и, потеснив Димитрия, начал оплавлять конец распустившегося синтетического шнура, которым он обмотал несколько железных колец. Хан приглашение проигнорировал и остался сидеть на лежанке, осматривая стертую неразношенным ботинком ступню. Мрачный дядя Женя с раненой рукой на перевязи встал за спиной у Григория.
Началось… Сейчас что-то будет. Ишь, как Мельников глазами по нам зыркает. Рассчитывает по перекосившемуся фейсу шпиона вычислить?
– Давайте короче, – сморщился я от запаха горящей синтетики.
– Наши планы немного изменились. – Никто не обратил внимания, но как бы невзначай ладонь Григория оказалась рядом с расстегнутой кобурой. Эксцессов опасается? – Операцию будем проводить не в Рудном, а в одном заброшенном поселке недалеко отсюда.
– В каком еще поселке? – нахмурился Димитрий.
– В нормальном поселке, – нехорошо заухмылялся Мельников, внимательно следя за выражениями наших лиц.
– Планы изменились? – Напалм невозмутимо забил
– Есть разница? – спросил у него Григорий.
– Огромная, – постучал по левой подошве дулом пистолета пиромант. – Если начались резкие телодвижения, ничего хорошего ждать не приходится.
– Так все и задумывалось, – даже не запнувшись, соврал Конопатый. – Мы опасались утечки информации.
Да чем там колдун воняет? Он отравить нас хочет?
– Где будет проводиться операция? – повторил вопрос Димитрий, когда близнецы отошли от очага.
– Какая разница? – не торопился отвечать Григорий. – Придем – увидишь.
– Что значит, какая разница? – возмутился бывший брат. – Мы же должны знать, в каких условиях придется работать!
– Зачем?
– Чтобы подготовиться.
– Будет у тебя время подготовиться.
– Когда?
– Завтра. Я не понял, ты чем-то недоволен?
– Я всем доволен.
– А чего тогда?
– Да ничего. – Димитрий развернулся и тут же, крутнувшись на одной ноге, пнул Ялтина в голову.
Колдун растянулся на полу, а в руках у отпрыгнувшего от костра Димитрия появились короткие жезлы «свинцовых ос».
– Руки! Руки! – стараясь никого не упустить из виду, заорал он.
И пока ему это вполне удавалось. Ни у кого и мысли не возникло дернуться. Самоубийц нет.
Используя выражение Хана, нам – звездец. Я и не подумал о возможности схватить винтовку. Даже если успею, этого гада простой пулей не достать – фон активированных защитных амулетов ощущался даже отсюда. И неизвестно, как поведет себя в защитном поле «Ангела-хранителя» чародейский заряд. Хорошо, если срикошетит. А ну как рванет?
– Сядь обратно, – заорал Димитрий на Веру, попытавшуюся помочь валявшемуся на полу колдуну. – Лед, брось…
Я нехотя разжал пальцы, и метательный нож, звякнув, упал на пол. Углядел-таки, сволочь.
– Напалм, очень медленно положи пушку на пол.
Пиромант, перехватив пистолет за дуло, убрал ладонь с рукояти, и наклонился вперед, чтобы положить его на пол.
– Хан, живо сюда!
От оглушительного грохота заложило уши. Практически обезглавленное тело Димитрия, покачнувшись, рухнуло навзничь. Напалм бросил на пол дымившийся пистолет и принялся разминать запястье левой руки.
– Вот гондон, – прошипел Хан, которого основательно забрызгало каплями крови.
Вера подскочила к колдуну и оттащила его от огня. Первый и Второй обалдело хлопали себя по ушам. Григорий и дядя Женя молча подошли к трупу Димитрия.
– Как так? – поковырявшись указательным пальцем в левом ухе, спросил у Напалма я. – Ты же к спусковому крючку не прикоснулся. Да и курок взведен не был.
– А зачем? – досадливо поморщился тот и вновь вытащил из сумки набор для ухода за пистолетом. – Сам напрямую заряд подпалил. Дар у меня такой.