Склеп

Ван Вогт Альфред Элтон

Господин Горсон был крепкого сложения мужчиной, которому едва перевалило за пятьдесят. Он вел активный и здоровый образ жизни. В его памяти хранились суровые воспоминания об иных климатах и планетах, где он побывал. Тварь уловила своей сенсорной системой динамизм его натуры и следовала за ним уважительно и настороженно, колеблясь в отношении необходимости немедленных действий.

"Я прошел долгий путь, - размышляло Нечто, - начиная с примитивной формы жизни, не способной стабильно сохранять свои очертания. По замыслу создателей я наделен способностью усваивать новое и развиваться. Сейчас мне уже проще бороться с тягой к саморастворению, легче быть человеком. В отношениях с Горсоном я должен

четко помнить, что моя сила неодолима тогда, когда она используется надлежащим образом".

Оно скрупулезно прозондировало в мозгу своей потенциальной жертвы точный маршрут, которым тот шел к своему офису. Отчетливо просматривался вход в большое здание. Затем - длинный, облицованный мрамором проход к автоматическому лифту. Тот доставляет его на восьмой этаж к сравнительно короткому коридору с двумя дверями. Одна ведет в приемную Горсона и далее в его личный кабинет. Вторая - в кладовку, использовавшуюся привратником. В свое время Горсон не раз заглядывал туда, и поэтому в его памяти, помимо всего прочего, четко проступал образ большого ящика...

Нечто ожидало, когда ничего не подозревавший Горсон подойдет к двери в свой кабинет. Скрипнули петли. Удивленный Горсон обернулся. Он не успел сделать даже малейшего жеста в свою защиту, как огромный стальной кулак буквально размозжил ему череп.

На сей раз создание уже не повторило своей прошлой ошибки и не поддерживало никакой связи с мозгом своей жертвы. Оно на лету подхватило падавшее тело и вынудило свой стальной кулак вернуться в прежнее состояние подобия человеческой плоти. В страшной спешке оно засунуло атлетическое тело Горсона в большой ящик и тщательно закрыло крышку.

Затем существо быстро покинуло кладовку, прошло в личный кабинет господина Горсона и село за тщательно отполированный дубовый стол. Служащий, появившийся после вызова, увидел перед собой Джона Горсона, который распорядился:

– Криспин, я хочу, чтобы вы немедленно начали продавать вот эти акции через обычный наш тайный канал. Продавайте до того момента, пока я не дам знака приостановить операцию, даже если вы считаете её безрассудной. Сведения, полученные мною из надежного источника, позволяют мне провернуть на бирже крупное дело.

Брови Криспина по мере ознакомления с перечнем подлежащих продаже акций поднимались все выше и выше.

– Боже мой!
– воскликнул он наконец с той фамильярностью, которая является привилегией близких советников.
– Эти акции на вес золота. Все ваше состояние неспособно выдержать операцию такого размаха.

– Я вам уже сказал, что не один участвую в ней.

– Но это ведь незаконно - вызывать крах рынка, - запротестовал служащий.

– Криспин, избавьте меня от ваших комментариев! Выполняйте указания. И главное, не пытайтесь войти со мной в контакт. Когда будет нужно, я сам свяжусь с вами.

Нечто, которое было теперь Джоном Горсоном, поднялось, не обращая ни малейшего внимания на поток исходивших от Криспина полных смятения мыслей. Оно вышло через ту же дверь, что и вошло. Покидая здание, оно подумало: "Мне достаточно будет физически устранить с полдюжины финансовых гигантов, начать продавать их акции, а затем..."

К часу дня все было кончено. Биржа закрывалась не ранее трех, но уже в час новость прошла по всем телетайпам. В Лондоне, где к этому времени наступала ночь, вышел специальный выпуск газет. В Ханчжоу и Шанхае занималась великолепная заря, а разносчики газет уже стремглав мчались по улицам в тени небоскребов, выкрикивая, что Дж. П. Брендер признал себя банкротом и что с минуты на минуту начнется расследование...

На следующее утро председатель комитета по расследованию банкротства заявил в своей вступительной речи:

–

Мы столкнулись с одним из самых потрясающих совпадений в истории. Старая и уважаемая фирма, чьи отделения открыты во всех странах мира, которая имеет интересы в более чем тысяче компаний самого различного характера, объявлена банкротом в результате неожиданного падения курса всех ценных бумаг, находившихся в её портфеле. Потребуются месяцы, чтобы выявить, кто несет ответственность за эти неуместные продажи акций, которые привели к катастрофе. Тем не менее я не вижу никаких причин, чтобы не удовлетворить требований кредиторов, как бы это ни было прискорбно для интересов всех друзей покойного Дж. П. Брендера и его сына, и не ликвидировать всю движимую и недвижимую собственность этой фирмы путем продажи с молотка или любым другим подходящим и законным образом...

– По правде говоря, я её не осуждаю, - говорила одна из женщин своей подруге, когда они прохаживались в просторных покоях китайского дворца Брендера.
– Я не сомневаюсь, что она действительно любит Джима Брендера. Но никто не имеет права всерьез требовать от неё оставаться теперь его супругой. Она женщина высшего света, и совершенно исключено, чтобы она разделила участь человека, который будет низведен до уровня простого пилота или даже рядового на марсианских линиях.

Появление командира Хьюза из Межпланетной Лиги в кабинете своего работодателя было бурным. Несмотря на небольшой рост, он обладал железной мускулатурой. Нечто, которое к этому времени стало уже Льюисом Дайером, испытующе взглянуло на него, отдавая себе отчет в силе и мощи этого человека.

– Вы получили мой рапорт в отношении Брендера?
– начал Хьюз.

Нечто нервно подкрутило усы Льюиса Дайера, затем, взяв в руки досье, громко зачитало:

"По причинам психологического характера опасно... брать Брендера на службу... он потерпел целую серию последовательных неудач. Разорился, утратил положение в обществе... от него ушла жена. Ни один человек в таких обстоятельствах не сумеет сохранить свою уравновешенность. Надо его поддержать... предложить пост... какое-нибудь тепленькое местечко или определить по меньшей мере на административную работу... где требуются большие способности... но ни в коем случае не брать на космический корабль, где необходимо проявление высочайших физических, духовных и моральных сил..."

Хьюз прервал его:

– Я настаивал именно на этих моментах. Я хорошо знал, Льюис, что вы поймете меня.

– Ну конечно же я понимаю вашу мысль, - сказало создание с язвительной улыбкой, поскольку с некоторого времени оно ясно осознавало свое превосходство.
– Ваши идеи, мысли, методы так прочно запечатлены в вашем мозгу, и...
– оно поспешило добавить: - вы никогда не давали оснований сомневаться в вашей позиции. И все же, несмотря на все это, в данном конкретном случае я вынужден настаивать. Джим Брендер не согласится занять ни одного ординарного поста, который могли бы предложить ему друзья. Смешно требовать от него ходить в подчиненных у людей, по отношению к которым он выше по всем статьям. Он командовал своим личным космическим кораблем. Что касается математических аспектов нашей работы, то он разбирается в этом лучше, чем все мы вместе взятые. Это не значит, что я критикую наших служащих. Он прекрасно знает все трудности, связанные с обеспечением космических полетов, и считает, что сейчас ему нужна именно такая работа. Поэтому я приказываю вам, Питер, впервые за многие годы нашего тесного сотрудничества, определить его на борт космического корабля Ф-4961 вместо рядового Парелли, который впал в нервную депрессию после той забавной встречи с космическим существом... Кстати, вы отыскали... э-э... образец этой твари?