Скипетр всевластья
Шрифт:
Вот оно, слабое место. Виверна самоуверенна, не допускает даже мысли, что кто-то может ею пренебречь. Гневается, а в таком состоянии ошибаются даже создатели. Удар в больную мозоль — первый ход в партии.
«Смотри закрытыми глазами».
Аспен! Ириния дёрнулась и тихо вскрикнула. Что-то хрустнуло, из раны на запястье засочилась кровь.
Девушка покорно сомкнула веки. И охнула. Мир предстал в светло-серых красках, как на непроявленной фотоплёнке, и в этом сосредоточении монохромности
Догадка оказалась верной. На бортике одной из разрушенных кабинок сидела фурия. Ириния видела облако зелёно-серебряной энергии, до мельчайших деталей сконцентрированное в силуэт злобной драконницы. Правое крыло было криво сложено, словно кости еще не успели срастись. Что ж, это пригодится. Осталось только воплотить в жизнь оставшиеся ходы безумного плана. Безумного, но дочери первого помощника терять было нечего. Она сделала выбор, когда покинула фамильный особняк. Трусости предпочла бой.
— Забавно. Великая, бесстрашная, бессмертная покровительница, а влюбилась в простого человека, — плача от боли, Ириния шевелила раненой рукой. Здоровой размазывала кровь по железу, насыщала металл энергией.
— Дерзкая тварь. Я буду медленно выдирать из твоей груди по одному ребру и пронзать ими тело подобно гвоздям!
— А он остался верен обычной женщине, моей маме. Отмахнулся от могущества в пользу истинных чувств. Представляю, как ты опечалилась.
— Я выпью тебя до дна, — в голосе слышался шелест молний, — а крохотный мозг сварю прямо в черепе и съем на ужин.
Очень страшно. Иной раз, клиенты угрожали более ужасными вещами. Считай, подготовили к встрече с сумасшедшей богиней.
— Мне жаль тебя. Грозная, всесильная, а на самом деле — глубоко несчастная. Даже сестра презирает и наверняка обманет. Присвоит лавры победы, а тебя выставит дурой.
Вой разъярённой виверны сотряс парк.
Чувствуя мелкую дрожь, Ириния вела обратный отсчёт. Окровавленные пальцы скользили по горячему и влажному металлу, ощущали каждую зазубрину и выступ, словно намечали рукоять кинжала.
Ну давай же! Давай!
Ярость затуманивает рассудок. Превращает грозного, осторожного врага в уязвимую мишень — закон был справедлив для всех разумных существ. Что для двадцатипятилетней девушки, что для богини, чей возраст вряд ли кто мог сосчитать.
Подул ветер.
Три, два, один…
Захлопали крылья, и в ту же секунду младшая Хедлунд выдернула прут и ударила покровительницу. Закалённая сталь пронзила шею, и только это спасло Иринию — когти длиной с палец человека пробили стенку подобно картонной коробке.
Закашлявшись, Савана
— Я горжусь тобой, Ния.
Дыхание Аспена окутало фурию. Рубиновое пламя заключило соперниц в кокон, содравший плоть с одной, и мягко согревший другую.
Сгусток чистейшей энергии опустился на крышу игрушечного автодрома. Дорожки и газоны затопил шалеак — озёра и ручьи смолянистой лавы плавили всё подряд. Лишь холм спасал аттракцион от неминуемого уничтожения.
— Отпусти, — Фаррел пытался разжать пальцы Иринии, — она сейчас неопасна.
— Неопасна… — прошептала инспектор. Слова долетали до неё как из тумана. Раненая рука пульсировала, пальцы не гнулись.
— Слава всевышнему, ты жива, — Ариадна обнимала дочь.
— Я сдерживаю сестёр.
Взмахом хвоста дракон указал на две мумии, опутанные лентами огня. Трёхглазые, с поломанными крыльями и ошмётками кожи, покровительницы напоминали реквизит для фильма ужасов. Использованный.
— Как вы….
— Одолели Вальду? Злюка-змея и так была ранена. Тем более, все они крайне самоуверенны, не приняли нас всерьёз. Дескать, «мы раздавим этих муравьёв и не заметим», а вышло-то иначе, — журналист взъерошил пламенную шевелюру, — но, признаюсь, без уроков керра Астриха я бы пропал.
— Где… где он? — приподнялась девушка.
Принц молча указал на бушевавший посреди кольца американских горок вихрь. Внутри мелькали вспышки, а грохот стоял такой, будто солдаты стреляли из пушек и гаубиц. Дул поистине «дьявольский ветер».
— Что мы можем сделать?
— Ничего. Твой отец должен одолеть рогатого до заката.
— Если он не успеет? — Ужаснулась Ириния.
— Тогда сквозь разбитую дверь пройдут остальные.
— А наш огонь…
— Безвреден для демона.
В сердцах Фаррел ударил по крыше.
Солнце коснулось горизонта.
Астрих видел, как боролись Ириния и Савана, Фаррел и Вальда. Дочери и принцу помогал лорд-дракон (кто бы знал его истинный статус!). Крупный, неповоротливый чешуекрылый рассчитал верно: передав часть искры, он обрёл два воплощения, которые противостояли богиням. Сам бы не справился, — ловкость и манёвренность стремились к нулю — но так, довёл дело практически до конца. Точнее, исполнил всё, что было в его власти. Против рогатого пламя рубина бесполезно.