Сказки
Шрифт:
И он собрался было сказать величественному зверю еще какую-нибудь дерзость, как вдруг на вершине холма заметил своего осла, пасущегося там и со свойственной его племени невозмутимостью жующего пучок колючего утесника.
Пьеро прямо задрожал от радости и, оставив тигра в покое, одним прыжком взлетел на вершину холма. Но осел, который был не настолько глуп, как казалось, не стал его дожидаться. То ли он боялся, что хозяин снова поскачет на нем в бой, то ли, пожив несколько часов на свободе, вошел во вкус прелестей дикой жизни, то ли, повинуясь неведомой
Пьеро бросился вдогонку. Однако Мартин оказался резвее его.
– Ладно! Ладно! – крикнул Пьеро ослу. – Не думал я, что ты такой прыткий. В следующий раз буду умнее!
После безрезультатной двухчасовой погони Пьеро остановился у подножья горы. Любой другой осел воспользовался бы остановкой, чтобы удрать. Но старый Мартин был хорошо воспитан и знал правила хорошего тона. Он остановился и стал ждать, когда хозяин отдохнет. Однако, не желая терять время даром, осторожно, губами, сорвал незадачливый чертополох, просунувший голову между двух камней, и принялся с аппетитом жевать.
Через полчаса Пьеро поднялся. Передышка закончилась, и погоня продолжалась с прежней настойчивостью.
Она длилась до полуночи. Выбившись из сил. Пьеро уже был готов отказаться от своей затеи, как вдруг заметил, что непослушное четвероногое вошло в пещеру.
– Ага! На этот раз тебе не убежать! – воскликнул он и, опустив голову, ступил во мрак.
Не успел он сделать и ста шагов, как почувствовал, что чья-то рука опустилась на его плечо и неведомый голос сказал в самое ухо:
– Входи, Пьеро. Добро пожаловать. Мне надо с тобой поговорить.
– Кто это? – спросил Пьеро, дрожа всем телом.
– Не бойся, дружок! – продолжал тот же голос. – Это я, старая нищенка.
– Старая нищенка? – переспросил он, несколько приободрясь.
– Да, дружок. И мне необходимо с тобой поговорить.
– Вы мне оказываете очень большую честь, добрая женщина, – ответил Пьеро, верный правилу вежливо разговаривать с бедными людьми. – Но сначала скажите мне, пожалуйста, не видали ли вы моего осла?
– Видела, мой мальчик. Я даже отвела его в одно весьма сытое стойло, где он сможет, не очень скучая, дождаться окончания нашей беседы.
Узнав, что его осел не потерялся, Пьеро подпрыгнул от радости:
– Ах, какое счастье!
И, уже обратившись к старой женщине, сказал:
– Теперь я вас слушаю, добрая женщина! Я весь – внимание. Хотя, по правде говоря, было бы намного лучше, если бы мы отложили наш разговор до другого раза. Место и время…
– Тебе кажутся неподходящими?.. Будь спокоен, дружок. Я ждала, что ты придешь сегодня вечером, и все подготовила.
С этими словами старая нищенка стукнула своей палкой по камню, на который опиралась, и вся пещера вдруг раздвинулась, а вместо мрачного грота, где продвигаться можно было только на ощупь, возник фантастически красивый дворец такой белизны, какая может лишь пригрезиться или существовать в волшебной стране.
Это было огромное здание,
Повсюду были видны фонтаны. Их струи взлетали на головокружительную высоту и алмазным дождем падали в бассейны из горного хрусталя, где резвились, плавая вокруг спавших лебедей, крошечные рыбки, покрытые серебряными чешуйками. Изготовленный из цельного куска перламутра пол был покрыт ковром из шкур горностаев; по нему были разбросаны жасмины, митры, нарциссы и белые камелии; на каждом цветке дрожала капелька прозрачной росы.
Но что было совершенно невероятным – хотя я уверен, что уж мне-то вы, дорогие дети, поверите! – так это то, что все предметы обладали некоей светозарной прозрачностью: весь дворец излучал мягкий, спокойный и радостный свет, и можно было подумать, что это был дремотный свет луны, струящийся ночью на темно-зеленый покров земли.
В центре, на массивном и богато изукрашенном троне, восседала хозяйка дворца – прекрасная фея. Ее лицо было белым, словно фарфор, а улыбалась она столь нежно, что невозможно было не полюбить ее с первого же взгляда!
Это была та добрая фея, волшебница из озера, которую, дорогие дети, вы знаете еще и как маленькую красную рыбку и старую нищенку.
Она сидела, задумчиво подперев щеку ладонью, окутанная легким прозрачным облаком. Затем встала.
– Подойди поближе, дружок, – ласково подозвала она Пьеро, стоявшего в нескольких шагах. Но он даже не шелохнулся, ослепленный волшебным видением, а глаза его были раскрыты так же широко, как у статуи «Восторг», что у небесных врат.
– Подойди же ко мне, дружок, – повторила волшебница, указав на первую ступень трона.
И, поскольку Пьеро продолжал стоять, как вкопанный, она спросила:
– Ты боишься меня? Неужели в богатом облачении я хуже, нежели в лохмотьях бедной побирашки?
– О нет! Оставайтесь такой! – воскликнул Пьеро, молитвенно сложив руки. – Вы удивительны в этом прекрасном одеянии!
Он сделал несколько шагов к трону и распростерся у ее ног.
– Поднимись, друг мой, – с очаровательной улыбкой на устах сказала фея. – Поговорим… Я намереваюсь попросить тебя об одной большой жертве. Станет ли у тебя мужества ее принести?
– Я ваш раб, – отвечал Пьеро. – И все, что вы мне прикажете, я исполню из любви к вам.
– Очень хорошо, дорогой Пьеро. Меньшего от твоего доброго сердца я и не ожидала. Но прежде выслушай меня внимательно.
И улыбнувшись своей ласковой улыбкой, так украшавшей ее бледное лицо, она продолжила:
– Во мне ты видишь друга маленьких детей. Хочешь ли и ты любить их так же?
– С радостью! И всей душой! – ответил Пьеро, вспомнив о камзоле, подаренном детьми города, принадлежащего принцу Азору.