Сказки

Дюма-отец Александр

Уже несколько часов двигалась процессия, но ни одна живая душа не встречалась у них на пути. Как вдруг, словно по волшебству, из окружавших дорогу зарослей вышла одетая в лохмотья старуха.

Опираясь на большую белую клюку, старуха подошла к королю, протянула руку и произнесла дребезжащим голосом:

– Подайте милостыню, мой добрый господин. Я очень голодна, и мне очень холодно.

– Назад, старая ведьма! Я тебе покажу, как шляться по дорогам! – заорал сеньор Лисицино. – Ступай прочь, пока я не приказал схватить тебя и бросить в тюрьму!

Но

вид старой женщины был так жалок, что король не выдержал и бросил ей набитый золотом кошелек.

А Цветок Миндаля незаметно сунула ей в руку свое великолепное жемчужное ожерелье.

– Возьмите, добрая женщина, – шепнула она. – Приходите завтра ко мне во дворец.

Едва принцесса сказала это, как нищенка исчезла, и – странное дело! – кошелек короля оказался снова у него в кармане, а на шее девушки засверкало ее колье!

Один сеньор Лисицино в растерянности хлопал себя по карманам, но кошелька найти не мог, хотя прекрасно помнил, что взял его с собой.

Пройдя сто шагов после встречи с нищенкой, славное войско повстречало молодого пастуха. Пастух играл на дудке и присматривал за овцами, которые с трудом отыскивали под толстым слоем снега какие-то жалкие травинки.

– Эй! Послушай! – крикнул король. – Скажи, дружище, где тот страшный зверь, на которого мы охотимся?

– Сир, – отвечал парень, почтительно склонившись перед монархом с таким изяществом и непринужденностью, каких совершенно невозможно было ожидать от юноши столь низкого происхождения, – и Вас, Ваше Величество, и всех остальных просто ввели в заблуждение! Ужасный зверь, о котором Вам рассказывают, вовсе и не является ужасным зверем. Это только невинный маленький мальчик, вчера подобранный дровосеком в лесу…

И юноша принялся подробнейшим образом описывать королю историю находки, и великолепные одеяния мальчика, и самого малыша, и необычный цвет его кожи, что была белее снега. Он настолько преуспел в этом описании, что король, который был великим естествоиспытателем, тут же придумал, как сохранить сие маленькое чудо в банке со спиртом.

– Мне и Цветку Миндаля было бы весьма любопытно взглянуть на это чудесное существо, – заметил он. – Не можешь ли ты, дружок, провести нас к нему?

– К Вашим услугам, Ваше Величество, – отвечал юный пастух, при упоминании о принцессе заалевший, будто маков цвет.

И охотники последовали за своим юным провожатым. Им очень повезло, что их вел пастух, ибо он так хорошо знал здешние места, что сократил путь по меньшей мере вдвое. Не прошло и часа, как они оказались перед избушкой дровосека.

Король слез с коня и постучался.

– Кто там? – послышался серебристый голосок.

– Это я! Король Богемии!

При звуке этих магических слов двери отворились, как в сказке про Али-Бабу, и на пороге появился малыш с войлочной шляпой в руке.

Если бы кто-то из вас, дорогие дети, оказался лицом к лицу с одним из самых великих королей мира, я думаю, он был бы весьма смущен. Многие тут же забились бы в угол и спрятали лицо в ладони – разве что чуть-чуть раздвинув пальцы, чтобы подсмотреть:

действительно ли короли устроены так же, как все. Но не таков был наш малыш! Он изящно приблизился к Его Величеству, преклонил колени и поцеловал край его мантии. Где он этому научился – право, не знаю!.. Затем, повернувшись к Цветку Миндаля, он весьма и весьма галантно приветствовал ее, подал ей свою белую руку и помог сойти с лошади.

После, ничуть не заботясь об ожидавшем таких же почестей сеньоре Лисицино, мальчик изысканным жестом пригласил короля и принцессу сесть.

Дровосек и его жена в тот день приступили к обеду часа на два раньше обычного, но при виде столь высоких гостей застыли неподвижно. Сердца их так и забились!

– Добрые люди, – сказал им король, – я вас сделаю богатыми – и даже очень! – если вы, во-первых, отдадите мне этого мальчугана, которого я хотел бы приблизить к себе; а, во-вторых, позволите отведать мне этой дымящейся похлебки. Я с самого утра в дороге и ужасно проголодался.

Просьбы монарха так поразили дровосека и его жену, что те не могли произнести ни слова.

– Сир, – отвечал человечек. – Вы можете располагать мной по собственному усмотрению, но только позвольте мне взять этих добрых людей с собой. Они подобрали меня в лесу, и я люблю их, как отца с матерью. Что же касается похлебки, то она ждет, чтобы Вы ее отведали! Я же осмелюсь просить чести быть вашим стольником, хоть я и невелик ростом.

– Будь по-твоему! – король дружески потрепал малыша по щеке. – Ты малый со смыслом, и я подумаю, кем тебя сделать.

С этими словами он и Цветок Миндаля уселись за стол на место дровосека и его жены, а те только дивились, что король проехал столько лье, чтобы отведать их скудной пищи.

Однако застолье прошло очень весело. Отдохнувший король даже пошутил несколько раз, чему малыш весьма учтиво аплодировал.

По окончании трапезы охотники стали собираться в дорогу, чтобы к ночи вернуться во дворец. Дровосека и старую Маргариту, которых король решил облагодетельствовать, с трудом усадили на мула позади сеньора Лисицино. Малыш проворно вскочил на спину обнаруженного в стойле старого осла. При виде столь блестящего собрания осел заорал изо всех сил, чтобы выразить свое полное удовлетворение. Хуже всех пришлось молодому пастуху, который кое-как устроился за спиной начальника королевской охраны.

Ехали молча, чтобы не потревожить короля, который задумался, пытаясь подыскать малышу имя – но увы! – как всегда, безуспешно!

Пусть король и его спутники следуют своей дорогой, а мы расскажем о незначительном событии, произошедшем в это время во дворце.

Мы помним, что во время враждебной выходки принца Азора негры-рабы сбежали. Но вскоре они сообразили, что сеньор Лисицино не откажет себе в удовольствии отдать приказание повесить их, если узнает о дезертирстве. Поэтому они вернулись к паланкину, осторожно подняли его и перенесли во дворец. Там они переложили королеву на постель из золотой парчи, облегченно вздохнули и удалились в переднюю.