Сказки о страшном
Шрифт:
Мария не открывала глаз. Она сразу поняла, что это не кто-то из
людей
персонала. В такой час любой из них начал бы с осторожного стука. Нет, за дверью было что-то иное. Или…
Что-то ледяное коснулось её уха, скользнуло к шее. Мария распахнула глаза, схватилась рукой за воздух у шеи. Что-то, какой-то холодок выскользнул из её руки и растворился в воздухе, недовольно зашипев, как кошка.
– Не смей сюда возвращаться, я тебя уничтожу!– произнесла она, и ручка двери снова щёлкнула. До самого утра в отделении царил покой.
А утром она первым делом
– Здесь что-то есть, хозяйничает в отделении. Нужно срочно вызвать священника.
– Ты видел? – спросила она, снимая дублёнку.
– А как же, Доктор Сон! Ты здорово напугала эту сущность! – Дэвид стоял закутанный в плед – квартира не очень хорошо отапливалась.
– Завтра придёт священник, думаю, это ненадолго поможет…
– Почему ненадолго?
– А что, ко мне демон приходит? Христианский бес, посланник Дьявола?– Мария внимательно посмотрела в глаза Дэвида. Он покачал головой:
– Не думаю. Мне страшно. Потому что я не знаю, с чем мы имеем дело.
Мария оказалась права – после прихода священника на работе воцарился относительный покой. Никто не умирал, всегда были в наличии свободные койки, по ночам она высыпалась, и в ординаторской не было холодно. Но она знала, что это ещё не всё, что эта сущность не оставит их в покое…
Она должна была что-то предпринять, только она не знала, что. Если веришь в силу слова Божьего, в распятие и святую воду, бороться со злом как-то сразу становится легче. Но Мария знала, что это не тот случай, поэтому искала силы в себе… Хотя что может сделать её сияние? И чем всё это закончится? Ведь она не книгу читает, в которой развязка точно наступит на одной из последних страниц, а тебе только останется прочитать её. Здесь всё двигалось к
смерти
логической развязке, но она не знала, как и когда наступит эта развязка и что от неё требуется. Она перечитала все книги преподобного Саммерса, легенды и мифы, связанные с куклами, чтобы найти подсказку, как поступать.
Она выяснила, что убить куклу можно, выколов ей глаза, оторвав голову и сломав ноги – таким образом ты отнимаешь её душу и лишаешь её способности передвигаться, – но время Глюино ещё не пришло. Однажды утром – декабрь уже близился к концу – она проснулась со странным чувством, что всё не просто движется к логической развязке, а несётся к ней со скоростью звука, набирая скорость. Как будто весь мир сел на гигантские санки и летит с горки в пропасть.
сущность покинет куклу и вселится в кого-то другого не дай бог это буду я
Дорогой С.К.!
С Рождеством вас!
Ваша М.Э.
Дорогая М.Э.!
И тебя с Рождеством!
Твой С.К.
На Рождество она работала, оставив кукол дома в одиночестве. А поздним утром двадцать шестого, как раз когда она пыталась доспать то, что недоспала ночью, раздался телефонный звонок.
– Эмм… я
Когда она уходила, на родзале как раз была одна роженица. Она родила и успела потерять больше литра крови, пока персонал на пересменке пил чай. К счастью, её спасли.
только бы они не отходили от неё ни на секунду
– Что здесь творится? – спросил Антоныч, когда им выпало общее суточное дежурство – на Новый год.
– Что вы имеете в виду? – невинно уставилась на него Мария. Он не ответил, и в его взгляде читалось «Да брось, ты всё поняла!»
– Антоныч, с миром что-то очевидно не так, – подала она голос. – Со всем миром. И с нашим отделением, как с его небольшой моделью.
– О нет, всё выглядит так, будто у нас тут в последнее время филиал ада. Что ты об этом знаешь?
– Могу только высказать предположение…– Мария потёрла подбородок. Он поверит, конечно, поверит. – Думаю, к нам пришла какая-то сущность. Что за она – не знаю. Раз уж от неё не спасло освящение, то это что-то нехристианское.
– Тогда, может, святая вода?.. – Антоныч достал из-под стола бутылку водки. Мария рассмеялась.
Пить она отказалась, даже за Новый год, но празднование накануне до поздней ночи сказалось, и она уснула, как только её голова коснулась больничной подушки. В отделении поддерживался какой-то постоянный уровень шума – видимо, все остальные сотрудники продолжали праздновать без перерыва. Возможно, к ним подключились и пациентки. Около часа ночи на фоне равномерного шума голосов из анестезиологической сестринской ей послышался сигнал от аппарата – кто-то снял пульсоксиметр.
Мария поднялась с кушетки с закрытыми глазами и даже не проснувшись. На ощупь нашла ручку двери, нажала её, открыла дверь, оказалась в коридоре. Уже у палаты сообразила, что пришла в одних носках и даже без стетоскопа. Одна из двух её пациенток держала пульсоксиметр в руке.
– Что стряслось? – спросила Мария, пытаясь овладеть хриплым от сна голосом.
– Мне плохо… Меня так трясёт…
начинается
Мария не раздражалась на своих пациенток, даже когда они явно переигрывали. В конце концов, это её работа – знать, что с ними не так, усматривать за их жалобами проявление какого-то заболевания. Они-то не понимают, что с ними…
Она на автомате дослушала пациентку и двинулась к шкафчику с лекарствами. В этот момент, наконец, на пороге палаты возникла Алина.
– Позвони в лабораторию, кровь на сахар, – просто произнесла Мария, пока набирала в шприц раствор глюкозы. Здоровая женщина «гипует»? Как-то невесело. И Алина здесь, значит, кукла тоже отдыхает в одном из помещений.
Спустя некоторое время, когда диагноз подтвердился, а женщине стало лучше после лечения, Мария пыталась заснуть. Она заставляла себя подумать о чём-то хорошем, но всё равно последняя её мысль вовсе не была спокойной.
эту куклу надо сжечь
– Он пытается её выследить, – голос Данте прозвучал так близко и так неожиданно, что Дэвид сначала подпрыгнул на кровати, а потом уже проснулся.