Сказания Земноморья
Шрифт:
– Ну что ж, хорошо, что она умеет прятаться, – сказала ведьма.
– Почему? – резко спросила Тенар. Ей не хотелось сейчас скрывать свое настроение и быть покладистой.
– Да… всякие тут ходят… – сказала ведьма, однако совсем не важничая, а скорее с неохотой.
– Негодяи всякие тут ходят! – заявила Тенар, и тетушка Мох, глянув на нее, даже немножко отодвинулась.
– Ну-ну, успокойся, – сказала она. – Успокойся, милая. Ты вся прямо-таки огнем горишь, вокруг головы свет сияет. Я сотворила заклятие, чтобы отыскать девочку, однако оно не подействовало.
– Да есть тут один, в кожаной шапке, – сказала Тенар. – Такой молодой… Ну хватит так на меня смотреть! У него, кажется, куртка на плече разорвана. Ты его, случайно, тут не видела?
Тетушка Мох кивнула:
– Его в усадьбе на сенокос наняли.
– Я же рассказывала тебе, что она… – Тенар глянула в сторону дома, – что она была тогда с женщиной и двумя мужчинами. Он – один из тех двоих.
– Ты хочешь сказать, один из тех, что…
– Да.
Старуха застыла, словно деревянная статуя.
– Не знаю, – проговорила она наконец. – Мне казалось, что я знаю достаточно. Но это не так. А что… Что будет… А он что же… захочет прийти и повидать ее?
– Если он ее отец, то, возможно, просто потребует вернуть ее.
– Потребует вернуть?
– Она же его собственность.
Тенар говорила довольно спокойно. И при этом смотрела на вершину горы Гонт.
– Но я думаю, что отец все-таки не он. Я думаю, тот, другой. Тот, что пришел тогда в деревню и сказал моей подруге, что девочка «поранилась».
Тетушка Мох еще не совсем пришла в себя, она по-прежнему была во власти собственных чар и видений, ее испугала и ярость Тенар, и то, что неизбежное зло где-то рядом. Старуха в отчаянии потрясла головой.
– Я не знаю, – повторила она. – Хотя считала, что знаю достаточно. Как же он может вернуться сюда?
– Чтобы совсем уничтожить ее, – сказала Тенар. – Уничтожить, поглотить, пожрать. Я больше ее одну не оставлю! Вот только завтра, с самого утра, я, возможно, попрошу тебя, тетушка Мох, посторожить ее. С часок примерно. Сделаешь это для меня? А я пока схожу в усадьбу лорда.
– Конечно, милая. Конечно. Я могу наложить укрывающее от чужих глаз заклятие, если хочешь… Однако… Они-то ведь сейчас как раз там, те посланцы короля из Хавнора…
– Ну так что ж, пусть и они посмотрят, какова здесь жизнь у простых людей, – сказала Тенар так, что тетушка Мох снова отшатнулась от нее: ей показалось, что сноп искр разлетелся от Тенар – словно от костра на ветру.
9
Волшебные слова
Они заготавливали сено на лугу лорда, вытянувшемся вдоль всего склона; луг перерезали четкие утренние тени. Косцов было пятеро – три женщины и двое мужчин, один совсем юный, насколько Тенар могла догадаться издали, а второй –
– Это тот, что с Вальмута будет, иль нет? – переспросила та. – Ума не приложу, куда он подевался.
К ним подошли остальные. Ни один не знал, куда вдруг исчез человек из Срединной Долины и почему он не косит с ними вместе.
– Такие бездельники нипочем работать не станут, – сказал сутулый. – Неумеха. А ты что ж, госпожа, знаешь его?
– Случайно видела, – ответила Тенар. – Он все что-то возле нашего дома вынюхивал… девочку мою испугал. Я даже не знаю, как его зовут.
– Сам-то он себя Ловкачом называет, – удалось вставить мальчишке.
Остальные смотрели на нее молча или старались не смотреть вообще. Они уже начинали догадываться, что она та самая женщина с Каргадских островов, что живет в доме старого мага. Все они были вассалами лорда Ре Альби, а потому подозрительно относились к тем, кто живет в деревне, не говоря уж о тех, кто имел дело с Огионом. Они поточили свои косы и пошли от нее прочь, разбрелись по лугу, вновь принявшись за работу. Тенар по краю поля, мимо посаженных там ореховых деревьев, спустилась к дороге.
Там, словно поджидая ее, стоял какой-то человек. Сердце у нее упало. Она поспешила навстречу.
То был Аспен, волшебник из усадьбы. Он стоял в тени придорожного дерева, изящно опершись о свой длинный сосновый посох. Когда Тенар наконец вышла неподалеку от него на дорогу, он сказал:
– Что, работу ищешь?
– Нет.
– Господину моему на поле нужны рабочие руки. Жара вот-вот кончится, так что сено необходимо поскорее убрать.
Для Гохи, вдовы Флинта, слова его звучали вполне нормально, так что Гоха и ответила ему тоже вежливо:
– Но ведь твое искусство, без сомнения, сможет справиться с дождевыми тучами, пока все сено не уберут.
Однако он прекрасно знал, что Тенар – та самая женщина, с которой перед смертью говорил Огион и которой старый маг назвал свое подлинное имя; и если учитывать, что он это знал, то слова его звучали в высшей степени оскорбительно и на редкость фальшиво – словно скрытая угроза или предупреждение. Она уже собралась спросить, не знает ли он, где теперь человек по прозвищу Ловкач. Но вместо этого сказала:
– Я просто пришла сообщить вашему управляющему, что человек, которого он нанял на сенокос, беглый вор и даже хуже. Он ведь совсем не такого хотел нанять, правда? Хотя и этот, кажется, уже куда-то исчез?
Она спокойно смотрела на Аспена, не отводя глаз до тех пор, пока он с трудом не проговорил ей в ответ:
– Я ничего не знаю об этих людях.
В ту ночь, когда умер Огион, волшебник этот показался ей высоким, молодым и даже довольно привлекательным в своем сером плаще с украшенным серебряным набалдашником посохом. Но он был совсем не так уж молод и вообще как будто высох, съежился с тех пор. Во взгляде его и голосе теперь отчетливо чувствовалось презрение, и она ответила ему так, как ответила бы Гоха: