Скандал
Шрифт:
Саймон свирепо уставился на Эмили:
— Опасность улиц и есть одна из причин, почему вы никогда не должны ездить в город без сопровождения, мадам. И раз уж речь зашла о поездках… Тетя сказала мне, что получила для вас приглашение в Олмак.
— Она упоминала об этом, — рассеянно заметила Эмили, угощаясь чатни . — Но признаться, Саймон, мне не особенно хочется туда идти. Селеста говорит, что балы у Олмака ужасно скучны. Туда ходят только для того, чтобы подыскать мужа, а мне ведь этого не требуется, правда?
— Да, но появиться в Олмаке не помешает, —
— Я предпочла бы не ездить. Саймон, ваш шеф-повар готовит совершенно изумительные блюда. Вы отыскали его на Востоке?
— Да, Смоук был там со мной несколько лет.
— А почему его так прозвали — Смоук? «Дым»? Потому что у него еда пригорает?
— Нет, потому что он незаконный сын островитянки и британского моряка. Он был никому не нужен с самого рождения и выжил, потому что научился передвигаться, словно струйка дыма. Всегда тут как тут, но никем не замеченный.
Весьма полезная способность, когда зарабатываешь на жизнь, выуживая у людей кошельки в грязных портовых городах, заметил про себя Саймон.
— А как вы с ним повстречались?
— Кажется, он попытался меня ограбить, — проворчал Саймон.
Эмили рассмеялась от удовольствия:
— И это заставило вас предложить ему место повара?
— Он просто счастлив готовить пищу, к которой я пристрастился на Востоке. Имея его на кухне, мне не придется есть традиционные английские блюда, вроде седла барашка, жирных колбас и тяжелых пудингов.
— Я обратила внимание, что мы едим много блюд с лапшой и рисом, — заметила Эмили. — Они мне нравятся. А чудесные приправы весьма будоражат чувства…
Саймон бросил на нее нетерпеливый взгляд, прекрасно понимая, что она пытается сменить тему.
— Вы отправитесь в Олмак, дорогая моя, — тихо и подчеркнуто выразительно произнес он.
— Да? — Она казалась восхитительно равнодушной к светской суете. — Я посоветуюсь с леди Мерриуэдер. Ведь она просто кладезь мудрости во всем, что касается умения вести себя в свете, не так ли? Саймон, я подумываю открыть свой литературный салон. Я посетила один сегодня днем и, признаться, была очень разочарована. Мы едва коснулись литературных тем. Всем хотелось поговорить о капиталовложениях.
Последним замечанием ей удалось сразу переключить внимание Саймона.
— Вот как? — Он откусил еще кусочек карри и внимательно посмотрел на жену. — И кто же посещает этот салон?
— Он проходит в доме леди Теркбуля, — легким тоном отвечала Эмили. — Собрался небольшой кружок. Признаюсь, я забыла некоторые фамилии… — Она сосредоточенно, нахмурилась. — Но там был некто Крофтон. Его я запомнила, потому что он мне не особенно понравился.
Раз там был Крофтон, значит, неподалеку находился и Эшбрук, мрачно заключил Саймон. Он решил попробовать узнать побольше:
— По-моему, я как-то познакомился с Крофтоном у входа в его клуб. На меня он тоже не произвел приятного впечатления.
— Ну… — Эмили метнула в него осторожный взгляд. — Еще двое других. Я же сказала, что не уловила всех имен.
Значит, Эшбрук действительно был там, и Эмили почему-то пытается это скрыть. Саймон вдруг похолодел от гнева, одним взглядом услав из комнаты Гривза. Он подождал, пока останется наедине с женой, усердно трудившейся над куском карри с чатни.
— Эмили, мне бы хотелось знать все, что произошло сегодня в салоне леди Тернбулл.
— Дело в том, милорд, — серьезно заявила Эмили, — что я предпочла бы не говорить вам, пока не буду знать наверняка, что все получится…
Саймон уставился на нее в яростном недоумении.
Черт подери! Уж не собирается ли она сбежать с Эшбруком во второй раз? Конечно, он не верил ни во что подобное, но в то же время внутри у него уже начала разгораться ревность.
— А что же именно должно получиться, мадам?
— Пока секрет, милорд.
— Я хочу знать.
— Если я вам скажу, милорд, это уже не будет секретом, — рассудительно заметила Эмили.
— Эмили, вы замужняя женщина. У вас не должно быть секретов от мужа.
— Дело в том, что мне будет ужасно стыдно, если все кончится неудачно.
Саймон, взявший было бокал с вином, поставил его обратно, чтобы он не хрустнул в его невольно сжавшихся пальцах.
— Вы скажете мне, в чем дело. Боюсь, я вынужден настаивать, мадам.
Эмили тяжко вздохнула и бросила на него пытливый взгляд:
— Вы даете мне честное слово не говорить об этом ни единой живой душе?
— Уж конечно я не собираюсь сплетничать о своей собственной жене.
Эмили немного успокоилась. Глаза ее вспыхнули, и возбуждение, которое она явно сдерживала весь день, вдруг прорвалось наружу.
— Да, думаю, что так. Ну что ж, милорд, секрет заключается в том, что Эшбрук обещал прочесть мою поэму и сказать, достаточно ли она хороша, чтобы передать ее издателю Уиттенстоллу. Я так волнуюсь, что теряю всякое терпение.
Саймон почувствовал, как под выжидательным взглядом Эмили холодный узел внутри него ослаб. Разумеется, она не собиралась сбежать с Эшбруком. Он, должно быть, спятил, подумав о таком. Он достаточно хорошо ее знает. Эмили беспомощно влюблена в своего мужа-дракона.
Однако его реакция на столь маловероятную угрозу ясно показывала, как сильно влияет эта женщина на его самообладание. Саймон нахмурился.
Но теперь другая проблема встала перед ним. Эмили-то, может, и не собирается позволить поэту соблазнить себя, но Саймон ни на минуту не сомневался, что у Эшбрука далеко не невинные цели. Эмили быстро становилась гвоздем сезона, а Эшбрук считал себя необычайно модным. Любовная связь с очаровательной своеобразной женой графа Блэйда, без сомнения, привлекала поэта как интересное и опасное приключение. Возможно, ему любопытно, что же он потерял пять лет назад, когда Эмили опустила на его голову горшок.