Скандал
Шрифт:
— Не все считают власть самым главным в жизни, милорд.
— Ошибаетесь, Эмили. Так же, как и во многом другом… Идите сюда.
Эмили поколебалась и потом, очень медленно, подчинилась. С большой осторожностью она приблизилась к кровати, по-прежнему сжимая на груди халат. Она вдруг поняла, что сегодня, в этот вечер, имеет дело с раненым драконом. Пусть раны старые, но они открылись снова. Боль может заставить даже человека с таким благородством и силой характера, как у Саймона, кинуться на любую оказавшуюся в пределах досягаемости,
Но она также поняла и то, что сейчас ее дракон, как никогда, нуждается в ласке и любви. Она нужна ему. И хотя он может опалить ее своим огнем, но зла не причинит.
Саймон никогда не причинит ей зла, даже за миллионы лет. Она вспомнила его обещание, данное ей в брачную ночь: «Клянусь, я всегда буду тебя защищать, Эмили. Что бы ни случилось, знай, я всегда буду заботиться о тебе».
Эмили остановилась у кровати и позволила халату соскользнуть на пол. Она видела, как взгляд Саймона устремился на очертания ее бедер, вырисовывавшихся сквозь тонкую ткань ее сорочки. Этот горячий взор медленно, целенаправленно прошелся вверх — туда, где ее соски выступали под легкой материей.
Эмили чувствовала себя выставленной напоказ. Она привыкла видеть на лице Саймона сдержанную страсть, а не это откровенное поддразнивающее выражение. Она юркнула в постель и натянула одеяло до самого подбородка. С беспокойством ждала она его прикосновения. Она почему-то верила, что, как только он дотронется до нее, все будет хорошо.
Саймон не пошевелился. Он заложил руки за голову и разглядывал ее с насмешливым удивлением:
— Ну так что, мадам? Как вы собираетесь одарять меня вашей пылкостью чувств из-под этой горы одеял?
Эмили заморгала:
— Вы хотите, чтобы я… что-то сделала?
— Я жду, что вы покажете мне, чему успели научиться как жена.
— О-о! — Эмили с трудом понимала услышанное.
Кажется, он хочет, чтобы она первая начала любовную игру. Что ж, сия мысль чрезвычайно ее заинтересовала. Если она будет командовать в их любовных ласках, то сможет изучать его в полное свое удовольствие. Она сможет узнать каждую линию его тела. Показать ему, как она его любит.
Эмили повернулась на бок, лицом к Саймону. Испытующе протянула руку и дотронулась до его плеча. Он не пошевелился. Она придвинулась под одеялом к нему поближе и поцеловала его в обнаженную грудь. Его запах всколыхнул ее чувства.
Эмили нежно сжала пальцы в жестких волосах. Она придвинулась еще ближе и поцеловала плоский мужской сосок. Саймон сделал глубокий вдох.
— Похоже, вы быстро учитесь, мадам жена, — пробормотал он.
Эмили не обратила внимания на его колкость:
— Мне так нравится гладить вас, Саймон. Вы такой крепкий, гибкий, сильный. Словно ожил один из ваших красивых драгоценных драконов.
— Вы не боитесь, что я разорву вас в клочья? Она слабо улыбнулась, покачала головой и коснулась его груди кончиком языка:
— Вы этого не сделаете.
— Вы так уверены в своей
— Тут дело не во власти, Саймон. Дело в любви.
Осмелев, она начала поглаживать его легкими неторопливыми движениями. Она почувствовала, как напряглись его мышцы, и с изумлением поняла, что ему стоит немалых усилий владеть собой.
— Расслабьтесь, милорд. — Она медленно сжала его мускулы. — Вы слишком напряжены. Мне кажется, это из-за того, что вам пришлось сегодня сделать для спасения моего брата.
— Вы считаете, что я напряжен?
— Очень. Но давайте посмотрим, не сумею ли я помочь вам расслабиться.
Эмили отшвырнула одеяла и присела на колени рядом с Саймоном. Не обращая внимания на его возбужденный фаллос, она начала нежно, но крепко сжимать и растирать мышцы его вытянутых ног.
— Что за чертовщиной вы занимаетесь? — поинтересовался Саймон, наблюдая за ней из-под полуприкрытых век.
— Я видела, как мой отец проделывал такое с лошадьми после длительной утомительной поездки. По его словам, это не дает мышцам затвердевать.
Эмили продолжала свое ритмичное сжимание и поглаживание. Она медленно прошлась от бедра до щиколотки, разминая мышцы левой ноги Саймона. Закончив, принялась с тем же усердием трудиться над правой ногой. Кружевные складки ее ночной рубашки задели его возбужденное естество. По его телу пробежала дрожь.
— Вот черт! — пробормотал Саймон.
— Вам лучше, милорд? — Эмили приостановила свои труды и посмотрела на него.
— По-моему, я все еще чувствую напряжение… в некоторых местах.
Эмили ободряюще улыбнулась:
— Скоро вы у нас будете спокойны и в полном порядке, милорд. — Она прошлась вниз по его правой ноге и потом легонько похлопала его. — Перевернитесь, пожалуйста.
Он не сводил с нее взгляда. Теперь его глаза пылали горячим желанием.
— Перевернуться?
— Чтобы я поработала над мышцами спины. Вы никогда не замечали, как деревенеют плечи, когда разыграются нервы?
— Эмили, уверяю вас, я не страдаю нервами.
Тем не менее Саймон все же неохотно перевернулся на живот. Он скривился и протянул руку вниз, устраиваясь поудобнее.
Эмили начала работать над его широкими плечами, почувствовала неудобство, так как ей не удавалось нажимать с нужной силой, и придвинулась поближе. Когда и новое положение оказалось неудобным, она приподняла край ночной рубашки, смело перекинула ногу через бедро Саймона и уселась на колени.
— Хватит там прыгать! — проворчал Саймон в подушку.
— Хорошо, милорд. — Наклоняясь вперед и начав разминать твердые мышцы его спины, Эмили слегка задохнулась от неожиданности. Это и в самом деле очень действует на такое страстное создание, как она, поняла Эмили. Она чувствовала коленями твердые бедра Саймона, и сие ощущение весьма напоминало то, которое испытываешь, когда сидишь верхом на горячем жеребце. Или на драконе…