Скандал

Плейтелл Аманда

Увидев вошедшего Дугласа, Жаклин грустно улыбнулась.

– Джейми читает папе любимый стишок Милна, - пояснила она. Продолжай, малыш.

– Мамочка, а разве он меня слышит?
– спросил мальчик, глядя на неё полными слез глазами.

– Он всегда будет тебя слышать, родной мой.

Дуглас медленно обвел взглядом палату. Что-то было не так. Молчание приборов, отсутствие медсестер, и на мониторе вместо всплесков пульса высвечивалась прямая линия.

– Жаклин, он ещё жив?
– с оборвавшимся сердцем спросил Дуглас.

–

Нет. Он угасал буквально на глазах. Врачи объяснили, что мозг его уже умер, что никакой надежды нет. И час назад я сказала им, чтобы они отключили его от аппарата искусственного дыхания.

– Но почему ты не подождала? Ты ведь знала, что я приеду.

– Именно поэтому.

– Если хочешь знать мое мнение, Шарон, то ещё бабушка надвое сказала, кто получает большее удовольствие от секса - мужчины или мы, - промолвила Джорджина. Они сидела в Американском баре "Савоя", попивая шампанское.

Сторонней наблюдатель принял бы их просто за двух деловых дамочек, которые расслабляются и сплетничают после утомительного рабочего дня. А вот сидевшая в углу бывалая журналистка, которая вела колонку в "Таймс", просто не верила своим глазам.

– А ты любила Энди?
– спросила Джорджина полушепотом.

– По крайней мере, мне так казалось, - призналась Шарон.
– Как я могла быть такой дурой! Он просто использовал меня самым подлым образом.

– Хорошо еще, что теперь ты свободна. Поверь, в мире ещё много замечательных мужиков.

– Пусть так. Кстати, какие у тебя планы насчет своего нового приятеля?

Джорджина отправила в рот очередной орешек. В баре было и без того шумно, а тут ещё пианист запел, аккомпанируя себе, старую песню из репертуара Фрэнка Синатры. К изумлению Джорджины, Шарон начала вполголоса подпевать ему, мыча себе под нос в тех случаях, когда не могла вспомнить слова.

Джорджине до сих пор с трудом верилось, что она сидит в баре с Шарон и болтает с ней про любовь. Однако, как это нередко бывает, общая беда примирила и даже чем-то сроднила обеих женщин.

– Если честно, то я до сих пор так ничего и не решила, - сказала Джорджина.
– Впрочем, сейчас для нас куда важнее, какие у тебя планы насчет Энди.

– Устроить мерзавцу настоящий праздник, - ответила Шарон и захохотала так громко, что едва ли не все головы повернулись в их сторону.
– Я уже написала заявление, что он обманом подбил меня установить слежку за Дугласом.

– Сама знаешь, одного мало, - сказала Джорджина.
– Почему Совет директоров должен поверить тебе, а не ему?

– У нас будет нечто куда повесомее, нежели мое слово, - ответила Шарон и злорадно усмехнулась. У меня хватит доказательств, чтобы похоронить эту сволочь. Положись на меня.
– И принялась громко подпевать пианисту.

Похороны были намечены на четверг, через три дня, в той самой неприметной церквушке, где братья в детстве получали свои первые уроки в воскресной школе. Возвращаться

в Лондон Дуглас пока не собирался. Бекки должна была прилететь к нему вместе с Фредди на следующий день. На работе его не ждали. У него её и не было. Сидя в кресле самолета, держащего курс на Нью-Йорк, Дуглас пытался привести в порядок свои мысли. Его преследовал образ брата, неподвижно вытянувшегося на больничной койке, плачущих детей. Сумеет ли он когда-нибудь забыть этот кошмар?

Дуглас до сих пор не мог осознать случившегося, всей глубины постигшего его несчастья. Он не мог смириться с потерей брата. Ему казалось, что он лишился части себя самого. Подобно больному, которому ампутировали ногу, ему казалось, что он ощущает, как она болит.

И ещё Дуглас не мог понять: как ему прожить без группы "Трибьюн"? Успех возвысил Дугласа, дал ему положение в обществе. Что с ним станет теперь? И ещё он испытывал мучительный стыд, как после публичной порки. Ни с кем не хотел видеться, или хотя бы разговаривать по телефону.

Дуглас, собрав волю в кулак, заставил себя встряхнуться. "Черт побери, да очнись же!
– сказал он себе.
– Да, ты потерял брата, лишился работы, но ведь сам-то ты жив!". Он сконцентрировал мысли на предстоящей встрече.

Джулиану Стоквеллу, главе лондонского филиала американской юридической ассоциации "Джонсон Квестинг", удалось все-таки через Джулию пробиться к Дугласу, и они договорились встретиться в Нью-Йорке. Дугласа это вполне устраивало, поскольку он хотел оформить бенефициарные права Фредди на компанию "Роузбад, инкорпорейтед". Теперь, после смерти Дэниела, этот вопрос нужно было уладить в самом срочном порядке. Смерть брата заставила Дугласа задуматься о том, что и сам он не бессмертен. А что если с ним что-то случится? Он должен обеспечить будущее своему ребенку.

Адвокатская контора располагалась поблизости от Уолл-стрит. За скромным фасадом из красного кирпича скрывался великолепно отделанный старинный особняк.

– Мистер Квестинг ждет вас в конференц-зале, - известила Дугласа секретарша.

Повернув начищенную медную ручку, Дуглас вошел в зал. Напротив Тедди Квестинга, управлявшего нью-йоркским отделением компании, сидели Жаклин и Келли. На углу примостился Фланаган.

– Что вам тут нужно?
– спросил опешивший Дуглас.
– Мне казалось, мы должны встретиться с представителями "Роузбад, инкорпорейтед".

– Совершенно верно, Дуглас, - сказал Фланаган, смущенно кивая. Однако после вашего последнего разговора с Джулианом ситуация существенно изменилась. Я целую неделю пытался вам дозвониться, однако ваша секретарша, судя по всему, вас не известила.

Дуглас подумал о сотнях людей, пытавшихся дозвониться ему за эту неделю, чтобы выразить сочувствие, или наоборот, поглумиться над ним. Он не мог вспомнить, видел ли в списке фамилию Квестинга или Стоквелла. Он ни разу толком и не просмотрел этот список.